Мертвый лед
Шрифт:
четвертое место на территории. И это ничего тебе не сулит, ничего! Ни охранников, ни почестей. В прошлый раз ты воспользовался гиенами, чтобы ранить Аниту, Сина и Никки, поэтому у тебя больше ничего нет.
Ричард все еще обнимал меня, но от силы эмоций его тело гудело, так что это совсем не утешало. Я поглаживала ладонями его руки, пытаясь его хоть немного успокоить, потому что-либо это случится, либо мне придется встать.
– В твоих руках почти было целое королевство, - сказала Мика, - но без Нарцисса, в твоей руке осталась только чужая
– Это прекрасна сделка, - ответил Ашер и поцеловал любимого мужчину, подтверждая свои слова.
– Если ты о любви, тогда я соглашусь, что Кейн для тебя стоит этого, но, если говорить о силе, тогда он слаб, Ашер, и ты это знаешь.
– Ты ничего не знаешь, кот, ничего не знаешь ни обо мне, ни о Кейне, ни о Жан-Клоде.
– Почему ты постоянно цепляешься к Мике?
– спросила я.
– Ему не нравится Мика, потому что тот не нашел его привлекательным, вот и все, и Ашер не может этого пережить, - заговорил Дэв. Он смотрел через комнату на своего возлюбленного, единственного, кому он когда-либо предлагал брак, и сейчас словно впервые видел его. Говорят, алкоголь делает всех красивыми, а вот трезвый взгляд все портит... Что ж, любимый человек всегда кажется прекрасным, а когда чувство проходит, ты видишь истину. Это может освободить тебя, но сперва неприятно поразит.
– Ты к этому не имеешь отношения, Дэв, - сказал Кейн.
Ашер проигнорировал Дэва.
– Мне не нравится Мика, потому что тот держит тебя на расстоянии, Жан-Клод. Я помню, как губительно было для меня видеть твою близость с другими, пока ты вновь не сделал меня своим любовником. Я не люблю Мику, потому что он предлагает тому, кого я люблю, такую же боль.
– Мика единственный, кто тебя не хочет, Ашер, и именно это тебя и выводит, - возразил Дэв.
Никки поднял руку.
– Меня Ашер тоже не привлекает, так, к слову.
– И меня, - добавил Домино.
– Ашеру на вас обоих плевать, на самом деле. Он бы поимел вас разочек, если бы думал, что смог бы вас соблазнить. У него пунктик на тему того, чтобы быть у натуралов первым, если не единственным, любовником. Это его навязчивая идея, - сказал Дэв.
– Этому не бывать, - отозвался Домино.
– Он бы не был моим первым, - сказал Никки.
И это захватило всеобщее внимание.
– Ты же говорил мне, что не по парням, - напомнил Дэв.
– Это так, но благодаря суке, меня вырастившей, я на несколько лет стал своего рода женоненавистником. Не будь я таким ярым гетеро или попадись другой терапевт, я возможно до сих пор бы цеплял парней.
– Похоже, я недостаточно привлекателен, - заметил Дэв.
– Ты довольно быстро отбрил меня в душе с Анитой.
– Единственное, на что я обращал внимание в парнях, когда был подростком: чистоплотность, отличный минет и согласие на анальный секс.
– Эй, это все про меня, - Дэв притворно надул губы.
Никки улыбнулся, покачал головой так, что разметались спадающие на лицо волосы, и сказал:
– Если бы я все еще был по парням, я бы тебя трахнул.
Дэв ухмыльнулся ему.
– Пустые слова, Рекс, потому что ты знаешь, что никогда этого не сделаешь.
–
– поинтересовался Никки.
– Дэв тебе не нравится даже больше меня.
– Дэв мне нравится чертовски больше тебя.
– Но недостаточно, чтобы трахнуть его, даже когда вы оба обнажены в душе.
– Мы с тобой были голышом в душе, и я не хотела тебя, - напомнила я.
– Я не сплю с девчонками.
– А я с дураками, так что мы оба в безопасности.
Кейн поднялся. Ашер пытался усадить его назад, но на этот раз он не поддался и устоял. Я тоже встала, и Ричард не пытался меня удержать. Его руки были сжаты в кулаки. А мои расслаблены в ожидании принятия решения, стану ли я драться.
– Я уже доказала, что могу надрать тебе задницу, Кейн. Тебе действительно на этот раз нужны зрители?
– В раздевалке ты жульничала.
– Ты сантиметров на тридцать выше, руки и ноги почти вдвое длиннее моих, ты мужчина, ты гиена. Между нами просто не может быть честной драки.
– То есть ты признаешь, что жульничала.
– Так говорят любители, Кейн.
– Я не любитель, - ответил он.
– Ладно, - сказала я и наполовину отвернулась от Кейна, чтобы устойчивее поставить ногу, развернуть плечи, сжать кулак, вскинуть руку и, развернувшись, со всей силы ударить его в солнечное сплетение, используя свое тело как пружину. Кейн согнулся, не в силах вздохнуть, и его лицо было достаточно низко, чтобы я смогла ударить в него коленом, что я и сделала. Удерживая его за затылок, я быстро ударила его коленом в лицо четыре раза и отскочила в сторону, увеличивая между нами расстояние на случай, если он достаточно оклемается, чтобы попытаться меня схватить. Не хотелось бы, чтобы со мной боролись эти длинные руки и сильное тело.
Будь Кейн человеком, драка на этом и закончилась бы, но он им не был. Он наступал на меня с ревом и рыком, от которых моя кожа покрылась мурашками, но он дал мне время принять боевую стойку. Поднятыми руками я защищала свое лицо, закрывая при этом локтями так много тела, как только могла, но я не собиралась так близко подпускать его. Он был в такой ярости, что просто забыл про все свои тренировки и бросился на меня. Я ударила его в солнечное сплетение, заставив его
остановиться. Но Кейну удалось не наклониться так низко, как в прошлый раз, и он закрыл руками лицо, чтобы я не могла добраться до головы. Я нанесла удар по его колену, Кейн с криком упал на пол. Он не пытался подняться, просто остался стоять на четвереньках, поджимая одну ногу, как собака раненную лапу.
– Ты сломала мне ногу.
– Она не сломана, я даже щелчка не услышала, так что и колено не выбила из сустава. Один раз перекинешься и будешь как новенький.
– Сука, ты ударила меня исподтишка, ты снова жульничала.
– Вот поэтому ты и любитель, - сказала я.
– Что ты нахрен имеешь в виду?
– Ты ждал правила? Надеялся, что вмешается рефери или судья и расскажет, что можно, а что нельзя делать в драке?
Он просто уставился на меня и сказал:
– Сука.
Я улыбнулась и ответила: