Мертвым сном
Шрифт:
– Отпусти ее, – потребовала я. Никакой реакции.
Я нажала посильнее, из-под острия показалась тоненькая струйка крови. Мужчина оторвался от Пэм и обернулся ко мне – рот у него был окровавленный. Не успела я порадоваться своему успеху, как сообразила, что теперь сама стала объектом нападения. Оскалившись, помощник Халлоу рванулся ко мне с совершенно безумным взглядом. Его мозг заливало безумное желание – выпить меня досуха. Я явственно читала в его мыслях: хочу, хочу, хочу. Тут уж мне было не до рассуждений: защищаясь, я выставила руку с ножом вперед, мужчина рванулся мне навстречу, и нож вошел в его горло. Вернее, он всадил нож себе в горло.
Глаза его сразу же померкли.
ОН УБИЛ СЕБЯ С МОЕЙ ПОМОЩЬЮ! Думаю,
Произошло убийство, которое я наблюдала совсем не со стороны. Я, пусть и непреднамеренно, явилась инструментом убийства.
Когда мне удалось наконец оторвать взгляд от жертвы, диспозиция изменилась. Пэм сидела верхом на груди Халлоу, коленями прижимая ее руки к полу. На губах у вампирши играла усмешка. В поисках объяснения ее веселости я огляделась и увидела, что битва практически окончилась. Трудно сказать, сколько времени продолжалось это шумное, невидимое в тумане сражение, однако теперь я наблюдала его результаты.
Вампиры – не очень аккуратные убийцы, скорее их можно назвать неряхами. Волки тоже не отличаются изящными манерами за столом. Колдуньи, пожалуй, разбрызгивают меньше крови, но все равно общий эффект получился ужасным. Похожим на те кровавые фильмы, откуда вы уходите, покачивая головой в смутном сожалении о выброшенных деньгах.
Похоже, мы победили.
Хотя в тот момент мне было почти безразлично, кто выиграл сражение. Я настолько устала нравственно и физически, что все мысли присутствующих людей (а также частично вервольфов) хлынули мне в голову. Он вращались там, как белье в центрифуге, и я ничего не могла с этим поделать. Поэтому предоставила непрошеным обрывкам крутиться в моей бедной голове. Собрав последние силы, я оттолкнула труп агрессора, откинулась на спину и лежала так, глядя в грязный потолок. Мыслей не было, по крайней мере, собственных мыслей. Зато чужие присутствовали в избытке. Очень понятные, на мой взгляд, мысли: «Я так устал», «Сколько крови повсюду», «Какое чудо, что я вышел живым из такой драки». Юный вервольф со всклоченными волосами успел перейти в человеческое состояние и теперь думал: «Черт возьми, оказывается, это гораздо приятнее, чем я предполагал!» Поскольку его обнаженное тело недвусмысленно свидетельствовало о полученном удовольствии, парнишка чувствовал себя несколько смущенным. Но сейчас он больше всего был озабочен тем, чтобы отыскать так понравившуюся ему молоденькую викканку, а заодно и укромный уголок, куда можно было бы удалиться со своей дамой. Халлоу ненавидела Пэм, ненавидела меня, ненавидела Эрика, она просто захлебывалась ненавистью ко всем. Она попыталась затянуть какое-то заклинание, но Пэм пережала ей горло локтем, и та умолкла.
Дебби Пелт поднялась с пола у дверей и осмотрелась. Она выглядела на удивление чистой и полной жизненных сил. Трудно было даже представить себе эту невинную девушку убийцей с мохнатой мордой. Да и как она могла кого-нибудь убить? Обходя разбросанные трупы, Дебби прокладывала себе путь к Олси, все еще сохранявшему волчий облик. Она присела рядом с ним, желая обследовать его раны. Волк угрожающе зарычал. Предупреждение было ясным и недвусмысленным, но Дебби пренебрегла им. То ли она не была уверена в возможности агрессии со стороны Олси, то ли вовсе не желала признавать такую возможность. Во всяком случае, Дебби протянула руку и положила волку на плечо. Реакция была мгновенной: он дернулся и укусил ее за руку, причем сильно – до крови. Дебби взвизгнула и отпрянула. Несколько секунд она продолжала сидеть, плача и прижимая к себе раненую руку. Я поймала ее ненавидящий взгляд. Никогда Дебби не простит меня! Всю оставшуюся жизнь она будет винить меня за то, что Олси открылись темные стороны ее натуры. Целых два года она играла с этим мужчиной по своим правилам, то притягивая, то отталкивая его. Дебби умело скрывала от своего ухажера факты, способные его оскорбить. Она желала во что бы то ни стало его сохранить. И вот теперь все кончено.
Но разве это моя вина?
Я была нормальным человеческим существом, чего
Мне стало стыдно за себя. Это так не по-христиански! Надеюсь, Господь слышит не только мои мысли, но и мысли Дебби. Знаете, вот так же чувствует себя водитель, только что выложивший штраф дорожному патрулю. Он с надеждой оглядывается назад: как там тот подонок, что пытался обогнать его на двойной желтой линии? Ему-то перепало?
Неожиданно ко мне подошла рыжеволосая Аманда. Она сияла от счастья, невзирая на следы многочисленных укусов и солидную шишку на лбу.
– Послушай, – обратилась она ко мне, – пока я в хорошем настроении, хочу принести тебе свои извинения. Ты с честью прошла эту драку… Надо сказать, я ничего не имею против тебя, несмотря на твою дружбу с вампирами. Может быть, когда-нибудь ты прозреешь.
Я кивнула в знак приятия, и Аманда поковыляла к своей стае.
Пэм связала Халлоу и теперь вместе с Эриком и Джеральдом сидела у чьего-то тела на другом конце комнаты. Я рассеянно подумала: «Что бы там могло случиться?» – и в этот момент ко мне подполз Олси, почти вернувшийся в свое человеческое тело. Он был обнажен, как и все вервольфы. Но даже это меня не затронуло в том истощенном состоянии, в каком я пребывала. Я только сделала пометку в уме: «запомнить», отложив удовольствие до лучших времен.
На теле Олси также насчитывалось множество ссадин и укусов, хуже всего была глубокая рваная рана на плече. Но в целом он выглядел весьма прилично.
– У тебя все лицо в крови, – с усилием произнес Олси после окончательного превращения.
– Это не моя кровь.
– Слава Богу, – выдохнул он и лег на пол рядом со мной. – Сильно тебе досталось?
– Нет, я совсем не пострадала, – ответила я. – То есть меня, конечно, толкали, швыряли, пытались укусить. Но не побили!
Ей-богу, кажется, мне удается сдержать мое новогоднее обещание.
– Жаль, что мы так и не нашли здесь Джейсона, – сказал Олси.
– Эрик спрашивал у Джеральда и Пэм, не они ли прячут Джейсона. С его точки зрения это было бы логично. Но они утверждают, что не при чем.
– Чжоу погиб.
– Как это произошло? – спросила я спокойно, как о чем-то незначащем. Строго говоря, я никогда не была поклонницей Чжоу, но все же… Если бы не крайняя усталость, я бы отреагировала более подобающим образом.
– У кого-то из банды Халлоу оказался деревянный нож.
– Первый раз о таком слышу. – Вот и все, что я смогла сказать о смерти Чжоу.
– Я тоже, – откликнулся Олси.
Какое-то время спустя я добавила:
– Жаль, что так получилось с Дебби.
Я и впрямь сожалела о низком поведении Дебби, которое вынудило беднягу Олси пойти на такие крайние меры, как публичное отречение. Вот что я имела в виду в тот момент.
– Кто такая Дебби? – спросил Олси. Он поднялся и зашлепал по грязному окровавленному полу, усеянному трупами людей и не-людей.
Глава 13
Последствия драки были тяжелы и печальны. Думаю, правильнее назвать ее битвой суперов. Теперь раненых предстояло лечить, кровь – оттирать со стен и пола, тела – хоронить. Чтобы убить разом несколько зайцев, Пэм решила сжечь всю лавочку вместе с вражескими мертвецами – колдуньями Халлоу.
Не все они нашли смерть в этой схватке. Халлоу была сохранена жизнь с известными целями. Еще одна ее последовательница осталась в живых, хотя и потеряла много крови в результате тяжелого ранения. С нашей стороны потери оказались не столь тяжелыми. Вервольфы потеряли Португальца, убитого Марком Стоунбруком. Полковник Флад был серьезно ранен, остальные пострадали в большей или меньшей степени. Из вампиров погиб только Чжоу, другие зализывали раны, надо признать, порой ужасные. Но их брат лечится быстро.