Merchammer
Шрифт:
— Т-в-в-варь!
Перебарывая парализующее влияние, Хотаг дрожащей рукой начал поднимать лазпистолет, но как только исполинский монстр повернул к нему свою луковидную морду, натиск на сознание сирдара резко усилился и рука с оружием повисла вдоль тела безвольной плетью — гипнотический взгляд патриарха генокульта ударил по разуму офицера мощнейшим ментальным тараном и получив сокрушительный удар, сознание командира культистов стало погружаться темноту…
Однако прежде, чем ксенотварь успела
— Пшел с дороги! — Отвесив ошалело мотающему чудовищу унизительный, но абсолютно бессмысленный из-за разницы в габаритах, пинок, мимо пришибленного кхорнита промчался недавно схваченный культистами пленник. — Я сваливаю из этого дурдома!
Судя по плащу, шляпе и набитой до упора сумке — за время сражения Морг успел не только выбраться из переоборудованной под тюрьму жилой комнаты, но и посетить арсенал бойцов Кровавого Договора, в который они сгрузили все пожитки охотника за головами. А перекинутая через плечо киборга связанная культистка Слаанеш предельно четко обьясняла, как Морг узнал, где конкретно ему искать свое добро.
И видимо Темные Боги благоволили офицеру Кровавого Договора, потому как после появления кибернезированного громилы ментальная хватка патриарха исчезла, а само чудовище потеряло к кхонитам всякий интерес и взверев не хуже сирены пустотного корабля, ринулось вслед за головорезом вместе со своими сородичами…
Глава 19. Она же про Нологи!
***
« — Ненавижу свою жизнь…»
Трясясь на плече у рослого киборга, верная последовательница Темного Бога Удовольствий всеми силами старалась не пустить наружу съеденные парой часов ранее и отчаянно рвущиеся на свободу сухофрукты. Посильную помощь в этом нелегком деле женщине оказывал её же собственный кнут, рукоятка которого уже второй раз за последний месяц выполняла роль импровизированного кляпа.
« — Надо будет сделать её помягче, чтобы жевать было удобнее.» — С тоской взглянув на клацающие в отдалении челюсти несущихся за Моргом генокрадов, Кайя почувствовала упирающееся ей в живот плечо громилы и недовольно заерзала, пытаясь поудобнее устроиться на своем невольном транспорте.
Однако даже за вычетом острого желания опустошить свой желудок, культистку Слаанеш раздирали противоречивые чувства.
С одной стороны, вероломный охотник за головами оказался идейным последователем тзинчитов и «сохранить жизнь» в его понимании вовсе не означало «сохранить свободу» — как только рослый киборг вернул себе вещи и выяснил, в какой стороне находится выход из логова Кровавого Договора, он просто и незатейливо связал варп-колдунью, попутно как следует её облапав. Как сказал при этом сам рослый мужчина — с деньгами у него в данный момент было туговато, а Кайя показала себя как ликвидный, ценный и самовосполняющийся
С другой — ведьма сильно сомневалась, что последователи Кхорна смогли бы что-то сделать против Патриарха генокульта, один вид которого привел слаанешитскую ведьму в самый настоящий ужас… В первые пару мгновений.
После многочасового забега, все время которого женщина была вынуждена наблюдать оскаленную пасть преследующего Морга чудовища, культистка уже не испытывала в его отношении столь всепоглощающего ужаса — под действием подавляющей ауры бритоголового головореза вожак генокрадов стал выглядеть просто здоровенным и опасным монстром. Монстром, который при всем желании не мог догнать шустрого киборга, даже несмотря на то, что бег последнего затрудняли два груза в виде Кайи и сумки, битком набитой оружием и снаряжением из арсенала Кровавого Договора.
Ловко маневрируя в переплетении подземных коридоров и охлаждая пыл преследователей осколочными гранатами, охотник за головами преодолевал ярус за ярусом, поднимаясь со дна Подулья к жилым секторам… Вот только генокрады и не думали отставать.
От одного вида роботизированного парии возглавляющее ксеносов гигантское чудовище пришло в такую неистовую ярость, что ни гремящие под когтистыми лапами взрывы, ни даже обрушение потолка, которое несущийся на всех парах Морг устроил метким попаданием в несущую балку одного из коридоров, не остановили кровожадного монстра.
Разъяренный Патриарх жаждал крови одноглазого головореза — и отчаянно пытался её получить, неотрывно преследуя кибернезированного громилу, который, к огромному ужасу его беловолосой ноши, постепенно стал уставать от бесконечной гонки: В ровном дыхании охотника за головами стали звучать приглушенные хрипы. Шаг рослого головореза, ровный и четкий — начал вилять из стороны в сторону, а сердце принялось колотить по ребрам так сильно, что его биение ощутила даже висящая на плече колдунья.
Морг выдыхался.
В иной ситуации Кайя бы такому раскладу только обрадовалась и обязательно сделала бы киборгу какую-нибудь гадость, чтобы он точно угодил в пасть к вечно голодным ксеносам. Однако ведьма Слаанеш слишком сильно любила себя, чтобы разменивать жизнь врага на собственную и довольно мучительную смерть.
Вот только и помочь своему пленителю (И как следствие — самой себе) женщина никак не могла — хоть постепенно она и начинала привыкать к близости «отверженного», при малейшей попытке воззвать к силам Варпа все возвращалось на круги своя и душу колдуньи начинала терзать поистине невыносимая боль.
— Ну… Все… Уроды… — Под плащом рослого головореза что-то едва слышно щелкнуло и подключенный к респиратору шланг задрожал от пропускаемого через себя вещества. — Пора включать форсаж!
Рывок резко ускорившегося мужчины оказался настолько мощным, что желудок Кайи прилип к её позвоночнику, а мир перед глазами трясущейся женщины начал выделывать кульбиты, которым позавидовал бы любой калейдоскоп. Однако получивший второе дыхание киборг резко набрал скорость и едва различимые в этом буйстве красок морды генокрадов начали быстро отдаляться.