Мэн
Шрифт:
«Господи, да если бы он меня озолотил, я бы не села за руль этого дорогущего «зверя», — в это время про себя подумала девушка.
Когда прибыли в усадьбу, там их уже ждал Билли. Приехал поздравить друга.
Вечер прошёл так, как Констанции особенно нравилось.
За столом в столовой собрались: Элтон, сестра Джо, она, Андрей, Билли, а чуть позже подъехал какой-то незнакомый мужчина, которого ей представили как мистера Хантера. Он оказался «мусорщиком», то есть, владельцем мусороперерабатывающей компании. После застолья Андрей с ним и Билли уединились в кабинете, а Тэсс пошла фотографировать
Андрей освободился только к ночи, девушка уже сидела в спальне и читала конспекты по щитовидной железе. Он вошёл в комнату, присел рядом на диван, потом ринулся к ней, словно полгода не виделись, и долго обнимал, и гладил, и наслаждался её телом, близостью, словно благодаря и радуясь одновременно. Тэсс была очень счастлива.
На следующий день уезжали к себе в Нью-Йорк. Рано утром по пути завезли в школу сестру Джо и, заехав напоследок в Бенедикте в супермаркет, купили там два мешка кормов для кошек и собак, набрали продуктов и доставили всё это маме, забив ей холодильник.
Дорога назад в Нью-Йорк оказалась довольно тягостной, но им всё равно нашлось о чём поговорить.
— А ты раньше так делал? — в один из моментов спросила Констанция, устав от собственных мыслей и воспоминаний из этой поездки.
— Как? — выгнул на неё бровь Андрей.
— Ну, нырял в море? — от щекотливости вопроса девушка стеснительно зажала губы между зубами.
— Разумеется, — пожал плечами мужчина.
— Ужас! Тебе что, плохо живётся? Жизнь не дорога? — попыталась она заглянуть ему в лицо. — Я чуть там не умерла со страху!
— А почему ты решила, что в море можно бросаться, только если у человека всё плохо? Гиперборейцы бросались в море, потому что уставали от наслаждений и беззаботной жизни.
— Гипер… кто? — сдвинула брови Тэсс.
— Гиперборейцы.
— А кто это?
— Согласно легендам, когда-то очень давно на месте Северного полюса была земля Гиперборея с умеренным климатом. Там люди не знали бед и зла, жили счастливо и беззаботно. Когда их психика не выдерживала отсутствия желаний и проблем, они бросались в море со скалы.
— Бедняжки. Маялись-то как! — покачала головой девушка и прыснула со смеху себе в ладошку. — А если я тебя попрошу больше так не делать, ты послушаешься?
Андрей усмехнулся.
— Извини. Но это то, что я люблю.
— Но ведь это же опасно!
— Я буду осторожен. И теперь уж точно позабочусь, чтобы ты этого не видела и не узнала никогда.
Тэсс уронила руки на колени, вздохнула и отвернулась к окну.
В Нью-Йорк приехали уже почти ночью.
Девушка не помнила, когда в последний раз ей было настолько плохо. Ужасно не хотелось опять учиться и работать. Уставившись слепым грустным взглядом на окраины мегаполиса за окном автомобиля, она боролась с сильнейшим, отчаянным желанием вернуться назад на маяк и жить там с Андреем до конца дней и умереть в один миг. Тем более, что их башня опять опустела. Стоит там одна одинёшенька в открытом океане.
Как тут не вспомнить о гиперборейцах.
«Мне
Однако же, по приезду Андрей быстро отвлёк её от этих невесёлых мыслей своими, почти столь же невесёлыми.
Мужчина решил действовать.
Всё, каникулы закончились, день рождения позади, вокруг Нью-Йорк, чёрт бы его подрал — пришло время реализовывать возможности, которые он предоставляет, и удовлетворять желания, им же и навязанные. Поэтому, только лишь припарковавшись у подъезда дядюшки, мужчина выискал глазами автомобиль получше да посолидней и стоявший чуть поодаль — тех владельцев, кто оставлял машину поближе, Тэсс могла знать лично — и только лишь захлопнув за собой дверцу Porsche, сразу же недовольно уставился на этот черный Chevrolet Silverado.
— А что здесь делает машина Берча? — сдвинул он брови и взглянул на девушку.
— Чего? — замерла та.
— Это машина Берча, — указал он рукой на совершенно незнакомый ему автомобиль.
— Машина Берча? — округлила глаза Тэсс и моргнула.
— Да. Одна из, — уверенно кивнул Андрей и опять повернулся с вопросом в глазах.
— Да не смотри ты на меня так! Я эту машину знать не знаю и Берча последний раз видела на твоём новоселье. — Мужчина прищурился, как бы сканируя её на честность. — Пф, не хочешь, не верь, — отвернулась девушка и с пуховиком в руках и охапкой зайчат пошла себе к дверям подъезда.
В принципе, пока мистеру Дексену большего и не требовалось. А как поступит дальше, он уже знал.
— Давай завтра вечером поужинаем в ресторане, — обнял он её напоследок, прижал к себе хорошенько и приблизился нос к носу. Все вещи девушки они уже отнесли в квартиру.
— Нет. Не могу. Завтра я еду в больницу Фаулдинг, а следующие два дня у меня блоковые тесты, — грустно вздохнула Тэсс и, опустив голову, провела пальчиком по вязаному рисунку его свитера.
— А когда сможешь?
* * *
Первый раз она заночевала у него только дней через десять.
Всё это время Андрею не терпелось заманить девушку к себе, но обычное прямолинейное приглашение виделось скучным и банальным. Он себя слишком уважал для такой незамысловатости и незатейливости. Хотелось сделать всё интересно, необычно, но вместе с тем плавно и органично — короче, так, будто и не делал он ничего специально, обо всём позаботилась судьба, выслав своих «ангелов Чарли» — обстоятельства. Вот они-то всё и устроили. Или как сейчас модно говорить: «замутили». Другими словами, мужчина хотел прибегнуть к хитрости, но сделать это так, будто хитрость сама прибегла к нему.
И ему это удалось.
«Ангелы Чарли» появились в его жизни в лице одной знакомой пары — семьи экономистов преподавателей из Пейс Университета, мистера и миссис Мэйсонов, с которыми владелец Dexen Overall Making периодически консультировался, да и вообще любил перекинуться мыслями. Позвонили и пригласили к себе на вечеринку в честь выхода сборника японских трёхстиший миссис Мейсон. На саму тусовку мистер Дексен, разумеется, не пошёл, но зато через пару дней заехал в гости поздравить, подписать один экземпляр и попутно заметил в гостиной Мейсонов биокамин.