Мемуары Ветра
Шрифт:
Старая ведьма, распластавшись в грязной луже, больше не шевелилась. А её глаза больше не старались закрыться. Агнесса Каролл была мертва.
Глава двадцатая: Сезон Дождей.
Милена резко открыла глаза, поняв, что уже проснулась. Она лежала посреди комнаты прямо на полу. «Видно я случайно свалилась ночью с кровати!» — лениво пронеслась в голове мысль. Но тут Милена вспомнила сон. Она съёжилась и торопливо смахнула со щеки непрошеную слезу.
— Это был всего лишь сон! Обычный сон в зимнюю ночь… — прошептала Милена.
Крики, беспокойное ржание сихорсов, рычание ихонов…
— Что случилось? – пробормотала Милена. Холм буквально разрывался от обилия ведьмаков. Среди толпы она даже различила пару стигов, облачённых в тёмные плащи. Сначала Милена подумала, что все вышли посмотреть на рассвет, но мигом отбросила эту мысль. К гулу добавился клекот сирен, возмущённых тем, что это не они разбудили Утёс, а наоборот.
Милена спрыгнула с дыры и, открыв шкаф, схватила первые вещи. И только надевая обувь, она решила взглянуть на свой наряд. Им оказались мешковатая футболка, чёрная кофта в белый горошек и заужённые джинсы.
Причём футболка была такой длинной, что выглядывала из–под кофты и казалась мини–платьем. Прикид завершали новые лаковые кеды, которые Лора и Вэнс подарили на Рождество.
Милена стремительно вылетела из дыры. Опустившись на свободный клочок земли, она стала проталкиваться вперёд. Как ни странно, ведьмаки не возражали. Наоборот, завидев её, испуганно расступались. Милена разглядела среди толпы Факела и с облегчением направилась к нему.
— Знаешь, что произошло? – послышался сзади знакомый голос. В ту же минуту Милена оказалась прижата к твёрдой груди, а руки Кристиана властно обвили её талию. Она растерянно покачала головой, и они вместе двинулись к Джею. Милена окликнула его, но Факел стоял к ним спиной и не услышал. Подойдя к ведьмаку вплотную, они с Кристианом переглянулись.
Заметив, что у Джея сзади на куртке изображён осёл, Воган фыркнул. Уголки его губ медленно приподнялись, а затем он не выдержал и расхохотался.
— Твой портрет? – поинтересовался он. Факел обернулся и хмыкнул.
— Нет, зеркало, — коротко бросил он. Милена еле поборола улыбку. Кристиан уже собрался ответить Джею, но в этот момент рядом прогремел прокуренный голос Аш. Вильтон попросила ведьмаков разойтись.
— Что случилось? – опомнилась Милена. Радуясь тому, что толпа рассеялась, Милена направилась к месту, откуда раздался голос Аш.
— Не надо, Ми, — мягко попросил Факел и закрыл ей рукой проход. Но Милена оттолкнула его ладонь и пошла на голос ведьмы. Что произошло, раз даже весельчак Джей выглядел подавленным?
Заметив Аш за спинами трёх наставников, Милена подбежала к ней. Видно Вильтон плохо сегодня выспалась. Тени под её глазами особенно ярко выделялись на фоне мраморной кожи. Милене даже показалось, что за ночь у неё прибавилось на лице морщинок.
— Что случилось? Почему все собрались в такую рань? – Милена подступила ближе. Сорша, Гуг и Амос одновременно попятились, открывая интересную картину. Возле Аш стоял Альпин, а на его плече прыгала белка.
Приглядевшись к лицу гнома, она увидела на
Милена недоумённо покосилась на Вильтон. По бледной щеке верховной ведьмы тоже стекала слеза.
— Мне очень жаль… — прошептала она. Милена недоуменно уставилась вниз.
Изучив то, над чем склонился Альпин, она упала на колени. Это была её бабушка. Вернее не она, а тело. Агнесса Каролл была мертва. Спутанные седые пряди слиплись, напоминая паутину, которую забросил паук. Босые ноги были так сильно исцарапаны, что на них алели пятна крови. Милена схватилась за голову и завыла. В эту минуту она осознала, что роднее этого морщинистого лица у неё никого нет. Не придя от потрясения в себя, она подползла к Агнессе и принялась трясти её за плечи.
— ПРОСНИСЬ, БАБУШКА, ПРОСНИСЬ! Я ЗНАЮ, ТЫ СПИШЬ!
ПРОСНИСЬ! – Милена всхлипнула и, глотая собственные слёзы, начала кричать. Её отчаянный, полный боли крик, эхом пронёсся по холму и разбудил птеродактилей. Но Милена не обратила на это внимания: она продолжала трясти бабушку в надежде, что та сейчас откроет глаза.
— ПРОСНИСЬ! ПРО–О–ОШУ! Пожалуйста… — быстро охрипнув, Милена понизила голос до шёпота. Она прижалась к бездыханному телу Агнессы и сжала её руку так сильно, что пальцы невольно онемели.
— НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ! ПРО–О–ОСНИ–И–ИСЬ! – захныкала Милена. Она провела пальцем по лбу Агнессы, желая стереть с него засохшую грязь.
Надежда на то, что бабушка жива, истлела.
— Пожалуйста, прости меня… — Милена смахнула слёзу и уткнулась лицом в ледяное плечо старухи. Сзади раздался хруст снега от шагов, и кто–то попробовал оттащить её от Агнессы. Но Милена судорожно замотала головой и крепко вцепилась в тело бабушки.
— Отпусти ее! Она мертва и ты ей уже ничем не поможешь! – послышался над ухом голос Кристиана. Обычно холодный и властный, сейчас он казался мягким, как прикосновение шёлка к коже. Но сами его слова колючими иголками прошили ей мозг. Милена попыталась встать. Но ноги стали ватными и подкосились. Она снова плюхнулась на колени и укусила свой палец, чтобы сдержать крик. Но хриплые сдавленные звуки всё равно вырывались изо рта. Застывшее в вечном удивлении лицо Агнессы до сих пор стояло перед глазами. Тогда Милена зарылась лицом в снег. И подняла голову из сугроба лишь, когда почувствовала, что задыхается.
— Мы точно не знаем, как Агнесса умерла, но перед смертью она успела послать воздушное сообщение. Я и наставники поспешили к ней, но опоздали. Агнесса уже была мертва. А рядом с её телом нашли вот это, — Аш достала из кармана куртки чёрное перо . Перо ворона.
— На плачь, Ми. Агнесса всё равно бы умерла. Вряд ли она смогла бы долго прятаться от Ищеек. Так что смертной казни ей было не избежать. Так уж лучше умереть на свободе и с честью, чем в взаперти и позоре, — просипел, всхлипывая Альпин. Милену передернуло. Так он знал? Знал, что её бабушка умрёт, и не поделился своими опасениями? Она вспомнила, как за пару дней до камстри они с ним гуляли по берегу реки сирен … Вспомнила его неестественно блестящие глаза… Так значит, в тот день он соврал, что резал лук! Гном просто заранее знал, что всё так кончится и уже тогда начал оплакивать Агнессу!