Мельницы богов
Шрифт:
Затем они до изнеможения занимались любовью. Эдвард крепко прижал к себе жену.
– Я так сильно люблю тебя, Мэри.
– Я люблю тебя в два раза больше. Спокойной ночи, дорогой.
В три часа ночи тишину разорвал телефонный звонок. Эдвард снял трубку:
– Алло…
– Доктор Эшли? – произнес взволнованный женский голос.
– Да…
– У Пита Граймса сердечный приступ. У него ужасные боли. Похоже, что он умирает. Я не знаю, что делать.
Эдвард сел в кровати, пытаясь прогнать сон.
– Ничего не делайте. Пусть он
Он повесил трубку, встал с кровати и принялся одеваться.
– Эдвард…
Он посмотрел на Мэри. Ее глаза были полуоткрыты.
– Что случилось?
– Все в порядке. Спи.
– Разбуди меня, когда вернешься, – пробормотала Мэри. – Я опять тебя хочу.
– Я постараюсь вернуться побыстрее, – улыбнулся Эдвард.
Через пять минут он уже направлялся к ферме Граймса.
Он ехал по Олд-Милфорд-роуд. Ночь была холодная и сырая. Эдвард включил печку. Ведя машину, он думал, что зря не позвонил в «Скорую помощь» перед тем, как выйти из дома. Последние два «сердечных приступа» Пита Граймса оказались обострением язвы.
Он свернул на дорогу номер 18, которая проходила через Джанкшн-Сити. Город спал. Дул пронзительный холодный ветер.
Доехав до 6-й улицы, Эдвард свернул на дорогу 57. Сколько раз он ездил здесь летом, когда с полей доносятся запахи свежести, а вдоль дорог стоят стога сена. А сколько раз он ездил тут зимой, когда все покрыто снегом, а в морозном воздухе поднимается дым из труб. Непередаваемое чувство одиночества, когда в ночной темноте мимо тебя пролетают поля и деревья.
Эдвард быстро вел машину, не спуская глаз с дороги. Он подумал о Мэри, которая ждет его. «Разбуди меня, когда вернешься. Я опять тебя хочу».
Он был так счастлив. Он был готов на все ради нее. «Я приготовлю ей такой медовый месяц, о каком она и не мечтала», – пообещал он себе.
Впереди на пересечении дорог 57 и 77 стоял знак остановки. Когда Эдвард повернул на дорогу 77, откуда-то появился грузовик. Эдвард услышал шум его двигателя и увидел его фары, надвигающиеся прямо на него. Это был армейский пятитонный грузовик. Последний звук, который услышал Эдвард, был его собственный крик.
Звон колоколов церкви Нейи растаял в воздухе. Жандармы, охранявшие виллу Марина Грозы, не обратили никакого внимания на пыльный «рено», проехавший мимо. Ангел вел машину медленно, но не настолько, чтобы возбудить подозрение. Два охранника у ворот, высокая стена, очевидно, под током. Различные приспособления – инфракрасные лучи и тому подобное. Понадобилась бы целая армия, чтобы атаковать такую виллу.
«Мне не нужна армия, – подумал Ангел. – Только мой гений способен на это. Марин Гроза уже не жилец на этом свете. Если бы только моя мать видела, сколько у меня денег. Как она была бы счастлива».
В Аргентине бедные семьи были действительно бедными. А мать Ангела была одной из несчастных матерей-одиночек. Никто не знал, кто отец Ангела. Он видел, как его друзья и родственники умирали от голода и болезней. Смерть была образом жизни. Ангел рассуждал философски: «Раз это все равно должно случиться, почему на этом нельзя заработать?»
Глава 9
На покрытой снегом дороге было полно машин с красными мигалками, которые окрашивали морозный воздух в кровавый цвет. Пожарная машина, «скорая помощь», тягач, четыре патрульные машины, а в центре – освещаемый фарами пятитонный армейский тягач «М-871» и, практически под ним, искореженная машина Эдварда Эшли. Дюжина полицейских и пожарных стояли в стороне, притопывая ногами, чтобы не замерзнуть в этот предрассветный час. Посреди дороги лежало тело, накрытое брезентом. Подъехала машина шерифа, и не успела она остановиться, как оттуда выскочила Мэри Эшли. Она дрожала так сильно, что едва стояла на ногах. Увидев брезент, Мэри направилась к нему.
Шериф Манстер схватил ее за руку:
– Я бы на вашем месте не стал смотреть на него.
– Пустите меня! – закричала она и, вырвавшись, побежала вперед.
– Пожалуйста, миссис Эшли. Вам не надо смотреть на него.
Он подхватил ее, когда она потеряла сознание.
Она очнулась на заднем сиденье машины шерифа. Манстер сидел на переднем сиденье и наблюдал за ней. Печка была включена, и в машине было жарко.
– Что случилось? – тихо спросила Мэри.
– Вы упали в обморок.
Внезапно она вспомнила. «Вам не надо смотреть на него». Мэри посмотрела в окно на машины с красными мигалками и подумала: «Это сцена из ада». Несмотря на жару в машине, у нее стучали зубы.
– Как это… – Ей было трудно говорить. – Как это с-случи-лось?
– Он проехал на знак. Армейский тягач, что ехал по дороге 77, пытался свернуть, но ваш муж мчался прямо на него.
Она закрыла глаза и представила эту ужасную сцену. Она увидела, как грузовик врезается в машину Эдварда, и почувствовала его предсмертный страх.
Она с трудом произнесла:
– Эдвард был осторожным в-водителем. Он никогда бы не поехал на з-знак остановки.
– Миссис Эшли, – сочувственно сказал шериф, – у нас есть свидетели. Священник и две монахини видели, как все это случилось, и полковник Дженкинс из Форт-Райли. Все они говорят одно и то же. Ваш муж не остановился перед знаком.
Ей казалось, что время замедлило ход. Она видела, как тело Эдварда перенесли в машину «скорой помощи». Полицейские допрашивали двух монахинь, и Мэри подумала: «Они же там замерзнут».
– Тело отвезут в морг, – сказал шериф Манстер.
«Тело».
– Спасибо, – отозвалась Мэри.
Шериф встревоженно посмотрел на нее.
– Давайте я лучше отвезу вас домой, – предложил он. – Кто ваш семейный доктор?
– Эдвард Эшли, – сказала Мэри. – Эдвард Эшли – мой семейный доктор.
Позже она смутно вспоминала, как шериф привез ее домой. Флоренс и Дуглас Шайферы ждали ее в гостиной. Дети еще спали.
Флоренс обняла ее:
– О дорогая! Какое горе! Какое ужасное горе!