Механик

Рузанова Ольга

– Свадьбы не будет, Аня, – звучат они, и я, всхлипывая, резко тяну в себя воздух.

– П–почему?..

– Может, ты все–таки, подойдешь?

Приблизившись, нерешительно встаю в полуметре от его разведенных ног. Я все еще осмысливаю то, что он сказал и никак не могу этому поверить.

Потянувшись, Матвей рывком притягивает меня к себе и прижимается лицом к груди.

– Я, пи@дец, как устал, Принцесса и я нихрена сегодня не ел… Накормишь?..

– Да…

Поднявшись, он идет следом за мной

в наш домик. Я молча включаю чайник, достаю пирог с курицей, что Наталья еще перед отъездом для нас испекла, фрукты, хлеб, сок, маршмеллоу Марго и воздушную кукурузу.

– Ты решила скормить мне все, что привезла? – насмешливо выгнув бровь, спрашивает Матвей.

– Ой…

Действую бездумно, потому что я не в себе.

Я растеряна и ничего не понимаю.

Мы, что… мы снова вместе?!..

Матвей сам наливает чай и отрезает себе кусок пирога. Усевшись напротив, наблюдаю, как он ест.

– Как все прошло?

Нахмурившись, он какое–то время сосредоточенно жует, проглатывает, а затем тихо отвечает.

– Она сильно плакала… Я сделал ей очень больно, Принцесса. Она этого не заслужила.

– Ты любил ее?.. – выдавливаю из себя эти слова и, кажется, дышать перестаю в ожидании ответа.

– Она прекрасный человек, и она очень помогла мне однажды… А я ее предал…

– Зачем же ты это сделал, Матвей?.. – выдавливаю из себя.

– Затем, что я эгоист и тоже хочу быть счастливым.

Я больше не могу себе сопротивляться. Соскакиваю со стула и несусь к нему.

– Со мной? – заглядываю в глаза и усаживаюсь к нему на колени.

Совсем как раньше.

– Ну а с кем еще?..

Мое нутро трепещет от восторга. Эгоистично тут же забываю о Веронике и начинаю целовать его лицо.

– Аня–а–а… не смогу я без тебя!.. – забыв об ужине, жадно сжимает меня в объятиях, ловя ртом мои губы.

– И я… только ты…

– Подожди–ка… – сказав это, отклоняется в сторону и лезет в задний карман джинсов.

Достает оттуда два кольца и, положив их на стол, выбирает меньшее по размеру.

– Не снимай больше, – с этими словами надевает его на мой безымянный палец.

– Ты его сохранил… – шепчу потрясенно, – почему?!

– Не спрашивай, я и сам не знаю.

Кладет второе кольцо в мою ладонь и расправляет свои пальцы. Трясущимися руками кое–как надеваю кольцо и тут же прижимаюсь лицом к его шее.

– Я люблю тебя, – шепчу, шевеля губами по коже.

– Это взаимно, Принцесса…

Эпилог.

Матвей.

– Дядя Денис, сколько тебе лет? – накручивая на палец кончик светлого хвоста, спрашивает Марго.

Только этого мне не хватало…

Скрипнув зубами, направляюсь в сторону вальяжно развалившегося на моем диване Дена. Глядя на меня с победным

видом, довольно ухмыляется. Засранец.

– Он слишком старый для тебя, доча. Подрастешь, мы тебе кого–нибудь посвежее найдем. 

– Он не старый, пап! Он взрослый!

Меня аж передергивает. Похоже, в фанклубе Дена пополнение.

– И у него сочная задница!.. – выпаливает она, но, увидев наши вытянувшиеся рожи, сразу дует губы, – так тетя Эля сказала…

– Так и сказала?! – друг тут же оживляется и весь, подобравшись, подается всем корпусом в сторону сидящей верхом на подлокотнике дивана Марго, – а что еще она обо мне говорила?

– Ден, завязывай! – рычу я.

– Да, подожди ты! – отмахивается он, – ну, так что, Ритуль?..

– Она сказала…

– Что?.. Что она сказала?..

Марго поднимает на меня нерешительный взгляд и спрашивает:

– Папочка, ты не будешь ругаться?..

– Не будет! – отвечает за меня Ден.

– Она сказала… что ты… мудак редкий…

– Редкостный… – пряча улыбку в кулак, поправляю я.

– Ну, да… так и сказала...

Ден, стиснув челюсти, откидывается на спинку дивана, а я присаживаюсь на корточки перед дочкой.

– Рит, ты же знаешь, что это плохие слова?

– Знаю, папочка, – невинно хлопая ресницами, сразу начинает ко мне подмазываться, – но дядя Денис обещал, что ты ругаться не будешь.

– Ты лучше сестрице своей объясни, что при детях выражаться нельзя, – подает он голос, – при чем тут Марго?

Объясню… Я, бл@дь, так объясню, что она месяц сидеть не сможет.

Хлопает входная дверь, и прихожая дома вмиг заполняется гамом, шумом и суетой.

– Что вспомнишь, то и…

– Заткнись… – цежу сквозь зубы и иду встречать сестру.

– Тетя Эля! – визжит Марго, с ходу на нее заскакивая.

– С Днем Рождения, егоза! – смеется та, целуя ее щеку, – принимай подарки!

Дверь снова открывается, и в дом входит высокий брюнет с кучей подарочных пакетов в руках.

– Это мне?! – прижав руки к груди, выдыхает дочка.

– Тебе – тебе… – приговаривает сестра, опуская ее на пол.

Вопросительно подняв бровь, смотрю Эле в глаза. Она не предупреждала, что будет не одна.

– Эмм… Это Славик…

Славик укладывает ношу на пол и протягивает мне руку.

– Вячеслав, – басит он.

– Матвей.

– Это мой друг, – поясняет Эля, расстегивая белую меховую безрукавку.

Что–то припоминаю. Кажется, она пару раз упоминала это имя, но тогда я не заострил на этом внимания. У нее этих друзей батальон.

– Здрасти, – доносится сзади, и все мы синхронно поворачивает туда головы.

В дверном проеме, подперев его плечом и сложив руки на груди, стоит Ден. Чернее тучи.

– А ты говорил, будут только свои, – бормочет Эля, скидывая кроссы.