Мэгги
Шрифт:
— Ты когда приедешь, Лион? — спросила Джастина, не зная, чего ей больше хочется: чтобы он приехал или чтобы не приезжал как можно дольше. Хотя ей трудно было представить себе Лиона, особенно после сегодняшнего разговора, в роли похитителя детей. Она постаралась, чтобы ее голос звучал спокойно, но Лион все-таки заметил в нем скрытое напряжение.
— Не волнуйся, все будет в порядке. Я позвоню тебе, Джас. Я собирался где-то через неделю, но, очевидно, придется немного отложить. Неожиданно обстоятельства изменились.
— Это связано с твоей
— К сожалению, у меня до сих пор не хватает времени, чтобы создать личные обстоятельства, Джас. До встречи. Ни о чем не беспокойся.
41
Наутро Джастина попыталась разыскать Уго Джанини, чтобы прояснить что-нибудь насчет съемок, но ей сказали, что Джанини в отъезде, а как только вернется, позвонит ей. Так что у Джастины образовалось свободное время, и она решила полностью посвятить его Дженнифер. Дочь потребовала свой обычный набор удовольствий: купание, мороженое, карусели и обязательно пони.
— Ты мне не разрешила покататься на лошадке у бабушки Энн, — упрекнула девочка мать. — Я тогда не тебя обиделась.
Джастина рассмеялась.
— Почему же ты мне сообщаешь об этом сейчас?
— Потому что ты там занималась только бабушкой Мэгги, а на меня не обращала внимания.
Девочка уже была одета к выходу. На ней были белые шорты и такая же белая майка с нарисованной на ней лошадкой. Лошади были страстью Дженнифер, очевидно, доставшейся ей от Клири. К сожалению, в Химмельхохе пони не держали, и девочке не удалось осуществить там свою мечту научиться как следует кататься на лошади. Правда, братья Клири по очереди водили свою внучку на конюшню, и она могла вволю любоваться площадками, но кататься ей не разрешали, все лошади были большими, не для нее.
— Не огорчайся, Дженни, — успокоила ее мать, — ведь тебе бабушка Мэгги обещала купить маленькую лошадку в Дрохеде, она там тебя будет дожидаться.
— А когда мы поедем в Дрохеду? — заинтересовалась Дженнифер. Она сидела в кресле, как взрослая, закинув ногу на ногу, и требовательно смотрела на мать, которая уже тоже закончила одеваться и теперь расчесывала волосы перед зеркалом.
— Ну я не знаю, — протянула Джастина, — Соберемся как-нибудь…
— А Стэна мы возьмем с собой? — неожиданно спросила Дженнифер. Джастина так и застыла с поднятой к волосам щеткой.
— Почему Стэна? — растерялась она. — Причем тут Стэн?
— Потому что он обещал научить меня кататься на большой лошади, как ковбой, — назидательно сказала девочка, удивляясь, чего же тут непонятного и почему нельзя взять с собой Стэна.
— Ладно, пора ехать, — Джастина протянула руку дочери. — Пойдем.
Девочка сама сползла с кресла и уже у двери спросила мать:
— А ты почему не отвечаешь на мой вопрос?
— Потому что я не знаю, как на него ответить, — чистосердечно призналась
— Захочет-захочет, — убежденно воскликнула девочка.
— Я его попрошу об этом.
Они вернулись домой только к вечеру, и Марта сказала Джастине, что звонил мистер Джанини и просил ее перезвонить ему на студию, как только она приедет. Джастина набрала номер, и сразу же на том конце провода подняли трубку.
— Алло, Уго, это я. Добрый вечер.
— Рад тебя слышать, Джас. Как съездила?
— Прекрасно.
Уго не был посвящен в семейные проблемы Джастины и не знал, с какой целью она летала в Австралию. Главное, что она приехала вовремя и теперь снова была в его распоряжении.
— Поужинаем вместе, — предложил Уго, — у меня для тебя есть новости.
Уго повез Джастину в крохотный итальянский ресторанчик в стороне от Сансет, а оттуда они поехали на бульвар, где он знал один потрясающий ресторан, который уже давно хотел показать Джастине.
Ресторан располагался в безликом маленьком офисе, но стоило выйти из лифта, как они попали совсем в другой мир. Оформление было выполнено в стиле Вест-Индия. Девушки в золотых сари приветствовали Уго с Джастиной и, отодвинув богато расшитые занавески, провели в комнату внутри помещения. В воздухе висел тяжелый запах ароматических веществ. Столы были длинные и низкие. Вся комната, казалось, пульсировала от музыки, которую Джастина не понимала, но не могла не войти в ее ритм. Ей захотелось закрыть глаза под чувственные восточные звуки, чтобы отдохнуть от суеты Запада. На каждом столе стояло по одной розе, официанты были высокие и темноволосые. Многие из них имели бороды, а на голове тюрбаны.
Они пили экзотические напитки, и Джастина молча осматривалась вокруг. Она все еще никак не могла привыкнуть к разнообразию Лос-Анджелеса. Казалось, что куда бы здесь ни пришел, происходит полная смена декораций, и все поражает новизной. Отсюда все открылось опять в новом свете, под совершенно иным углом, внизу расстилался яркий, залитый предвечерним солнцем город. Солнечные блики отражались в стеклах домов, и они были похожи на детские игрушки, освещенные рождественскими фонарями. Джастина чувствовала себя за миллионы миль от этого места, а вид из окна казался не чем иным, как талантливо устроенным оформлением, которое с успехом мог придумать Уго Джанини.
Он заказал тонкое белое вино и торт с розами. После того, как официант обслужил их и удалился, Уго посмотрел Джастине в глаза, как ей показалось, нескончаемым взглядом. Казалось, он задавал вопрос без слов, одними глазами, пытаясь найти ответ.
— Джас, я хотел спросить тебя, ты все еще встречаешься с Уитни? — Наконец решился он. Джастина отвернулась и снова посмотрела в окно. Боже мой, ее жизнь превращается в кино. Нескончаемые эпизоды с постоянной сменой декораций. Почему нелюбимые мужчины так настойчивы, а тот, кого хотелось видеть рядом, постоянно ускользает?