Мефистон. Город Света
Шрифт:
— Нам надо подобраться ближе, — сказал он.
Глаза Малика расширились.
— Да ты посмотри, что они творят с нашими! — рявкнул Федорак. — Не знаю, что это за дрянь, но внутри нее заперты мои люди. Я их так просто не брошу.
— Но, полковник, там же космодес… — потряс головой сержант.
— Малик, отказываешься выполнять приказ? — крепче сжал рукоять секача Федорак.
— Конечно нет, сэр. — Лицо гвардейца посуровело.
Полковник кивнул и поглядел вниз по склону. Мимо все еще текли бурные воды, но еретики продолжали наблюдать
— Если будем держаться за ветки, то сможем перебраться через поток до той возвышенности над культистами.
— А что дальше, сэр?..
— Тогда мы прикончим их предводителей — Гоурин и… — Он запнулся, вновь ощутив прилив рвоты. Вытер слюну с губ и пробормотал: — Того, другого. Священника.
— Священника? — нахмурился Малик.
— Человека, стоящего рядом с Гоурин, — процедил Федорак. Ему трудно было даже говорить об этом создании.
Сержант бросил быстрый взгляд на культистов, но тут же отвернулся.
— Священника?.. — тихим севшим голосом повторил он.
— Просто идем к той скале, — ответил Федорак. — Если убьем этих двух, то все закончится, я уверен.
Они начали осторожно пробираться через поток, используя секачи, чтобы цепляться за стволы и ветки. Где-то внизу продолжала работать машина, перемалывающая и разбрасывающая землю с такой силой, что дрожь доходила по склону до гвардейцев, с трудом прорывающихся сквозь лианы. Когда полковник остановился, чтобы поглядеть вниз, то заметил внутри круга темный разлом — проход с широкими каменными ступенями, ведущий в глубь горы.
Гоурин и монах что-то пели, воздев руки. Полковник заметил, как неестественно двигаются конечности жреца, и в тот же миг ему вновь будто вонзился нож в кишки.
Заходясь в рвоте, он выпустил рукоять клинка и начал падать. Он тяжело покатился по камням и корням, втягиваемый в центр потока.
Малик схватил его за плечо и потянул на себя, держась за лианы. Полковник достал секач и продолжил карабкаться.
— Не глядите вниз, пока я не прикажу, — сказал он, осмотрев солдат, на что те угрюмо ответили ему кивками.
Они находились в считаных минутах от скалы, когда дрожь стала такой сильной, что им пришлось остановиться и вцепиться в заросли, иначе гвардейцев снесли бы летящие мимо обломки камней и потоки грязи. Федорак, забыв о собственном совете, посмотрел вниз и увидел то, отчего опять едва не свалился. Космодесантники резко пришли в движение. Они тяжело шагали через ил, будто цельный симметричный блок, рассекающий поток, даже не замечая его. Они шли к вратам.
Астартес промаршировали мимо Гоурин и культистов и начали исчезать во тьме, спускаясь по ступеням. Должно быть, космодесантников было больше сотни, но они двигались так целеустремленно и выверенно, что вскоре все перешли бы реку и скрылись бы из виду.
Гоурин и монах прекратили петь и опустили руки. Изменница приказала другим еретикам идти вниз. Культисты засеменили вслед за гигантами, выглядя на
— Вниз!.. — тяжело выдохнул Федорах. — Быстрее!
Он все еще видел своих солдат, что были пойманы в каркасе машины и открывали рты в безмолвных криках, моля об окончании страданий.
Гвардейцы побежали, поскальзываясь в грязи, но дрожь нарастала — спуск был опасным.
Имперцы находились где-то в тридцати метрах над поляной, когда машина вдруг начала вращаться так быстро, что размылась до состояния серебристого пятна, похожего на мерцающую в темноте монетку. Вся гора застонала, а затем, в последний раз отбросив бурные воды, причудливый агрегат исчез, и река хлынула в привычное русло.
Еще несколько секунд мимо катились обломки, проносились перепуганные птицы, а потом все затихло.
На миг полковник подумал, что он еще двигается. После шума и буйства было трудно поверить, что джунгли вновь успокоились.
— Он исчез, — прошептал Малию — Мост исчез.
Федорах тяжело опустился на склон, тряся головой. Река текла так, как всегда, а вот серебристый мост пропал. Лишь след из поразительно четких отпечатков подошв от деревьев до берега указывав на то, что здесь вообще что-то происходило.
Гвардейцы отпустили лианы и принялись осторожно спускаться по склону, держа карабины наготове.
Полковник присел на краю реки, вглядываясь в текущие воды. Он видел ее дно. Видел бурный поток камней и ила, но ни следа ни космодесантников, ни его схваченных бойцов, ни еретиков, ни твари, которую он пытался не вспоминать.
Он уже собирался заговорить, когда гора вновь заворчала, будто медведь, ложащийся в спячку.
— Мы должны предупредить штаб дивизии, — сказал Федорак, когда шум утих. Полковник смотрел на папоротники и пальмы, почти ожидая, что через них проломятся другие облаченные в синее гиганты. — Должны найти способ послать сигнал тревоги. Что-то в этой горе прогнило… — Он окинул взором солдат. Бойцы выглядели потрясенными и грязными, однако действовали спокойно и дисциплинированно, что внушало гордость Федораку. Полковник вытащил из нагрудного кармана хронограф и откинул крышку. — Через четыре часа мы должны быть в точке встречи с самолетами. С нами нет проводника. Надо спешить.
— Значит, пойдем вдоль реки, — сказал Малик. — Зур нашел бы путь быстрее, но если мы углубимся в лес, то потеряемся.
— Согласен, — кивнул Федорак. — Река выведет нас в долину, а оттуда будет достаточно просто добраться до места встречи.
Он свирепо поглядел на реку, вспомнив, как его солдаты корчились в металле. Гоурин его провела. Даже если полковник доберется до Адурима, он никак не остановит то, что ведьма затеяла в недрах горы.
— Хотя бы сможем подготовить город к осаде, сэр, — будто прочитав его мысли, заметил Малик, не сводящий с него взгляда.