Медведь ее сердца
Шрифт:
Стоны и вздохи удовольствия Мартина безумно волновали ее. Ее руки следовали за ее ртом, поглаживая и лаская, пока они не остановились на его мускулистой заднице. Затем она осторожно обхватила его яйца и начала медленно ласкать. Ее язык шаловливо скользнул выше и провел влажную дорожку по набухшей вене до самого кончика члена.
Она снова лизнула его член от основания до кончика, потом нежно обхватила рукой, определяя, сколько сможет взять в рот, и обхватила губами головку. Руки Мартина сжались в ее волосах, в горле зародилось низкое рычание.
— О, богиня,
Лиз глубоко вздохнула, расслабила горло и втянула в рот столько члена, сколько смогла, затем отодвинулась, так что во рту осталась только головка. Она закрутила язык вокруг кончика и соскользнула в щель.
Мартин потянул ее за волосы, оттягивая.
— Остановись, или я кончу тебе в ротик, а чтобы спариться, мне нужно быть в твоей сладкой киске.
Он поднял ее на ноги и прижал к груди, она обвила ноги вокруг его талии, когда он пытался донести ее до кровати.
Мартин бросил ее в центр кровати, и она подскочила на матрасе, прежде чем он придавил ее сверху, как хищник, настигший свою жертву. Она растянулась в центре кровати.
— Не двигайся, — приказал Мартин, опускаясь между ее раздвинутыми ногами. — Я хочу попробовать твой мед.
Элизабет схватилась за изголовье кровати, когда Мартин раздвинул ее ноги еще шире своими широкими плечами. При первом же касании его языка ее бедра оторвались от кровати.
— Ты такая мокрая для меня, такая красивая, — пробормотал Мартин, облизывая губы.
Он раздвинул ее половые губки пальцами одной руки и глубоко проник между ними, трахая ее своим языком, пока она не начала бесконтрольно извиваться, прижимаясь широко раскрытыми бедрами к его лицу. Она была так близко, так близко, ей не хватало самой малости, чтобы разлететься в оргазме.
Затем он заменил свой язык пальцем, сначала одним, а затем двумя, обхватив губами ее клитор. Медленные чувственные круги вокруг пучка нервов, нежные касания языка, толчки пальцев, которые сладко мучили ее, но не давали улететь за край.
— Мартин, пожалуйста! — Умоляла она, приподнимая бедра. Он взял ее клитор в рот и начал легонько посасывать, прищелкивая комочек нервов языком, пока ее возбуждение не достигло невиданных высот. Он все усиливал и усиливал давление губ и языка, подводя ее вплотную к оргазму, а затем слегка прикусил, и бурное освобождение настигло Лиз, как цунами. О, боже мой! Она сжала челюсти так сильно, что боялась сломать зубы! Все ее тело билось в пароксизме страсти.
Он продолжал целовать и ласкать ее клитор и узкий вход, постепенно снижая интенсивность прикосновений, позволяя ей до капли насладиться небывалым оргазмом. Когда ее тело слегка успокоилось, он нежно поцеловал сладкую киску и проложил дорожку поцелуев вверх по телу, чтобы накрыть ее губы своими губами.
Она ощутила на его губах свой вкус.
— Ты прекрасна, когда кончаешь, сердце мое, — сказал он, перекатываясь в сторону и притягивая ее к себе, чтобы она прижалась головой к его заросшей
Лиз нравилось, как волоски на его груди щекотали ее ладонь, она провела ладонью по плоским коричневым соскам и почувствовала, как они напряглись от ее прикосновения. Мартин поднял ее, и она оседлала его бедра. Ммм, это хорошо, теперь я могу играть обеими руками.
Она слегка ущипнула его соски, наклонилась вперед и втянула сосок в рот, облизывая его языком, затем проложила дорожку поцелуев от его груди вверх по шее и по краю напряженной челюсти. Лиз потерлась щекой о мягкую щетину на подбородке.
Мартин повернул голову, чтобы поймать ее рот в обжигающем душу поцелуе. Его руки покинули ее бедра, чтобы подняться к ее маленькой груди, он обхватил груди руками и нежно массировал, его огромные руки полностью закрывали их.
Лиз вздохнула в его рот, когда он провел пальцем по ареолу соска. Она чувствовала, как ее соски застыли от напряжения, прося его прикосновений. Мартин легонько ущипнул ее соски, и она застонала от удовольствия, прикосновение огнем пронеслось до самого клитора и просто затопило ее жаждущую киску.
— Я знаю, что ты хочешь, сердце мое. Ты готова принять меня?
— Да, о, Боже, да, — выдохнула Лиз.
Он приподнял ее за бедра и начал мучительно медленно опускать на свой член. Она ахнула, когда он наконец наполнил ее, он был таким большим, она чувствовала себя полностью растянутой и наполненной до краев. Едва опустившись до конца, Лиз застонала от удовольствия и начала двигать бедрами. Руками она опиралась на грудь Мартина, пытаясь оседлать его полностью, но он был таким большим и мощным, что ее ноги просто не доставали до кровати.
Мартин обнял ее и мгновенно перевернул под себя, и дальше контроль принадлежал только ему. Одной рукой он придерживал ее под спину, второй опирался на кровать рядом с ее головой, вколачиваясь в нее глубоко, жадно и быстро.
Рука, придерживающая ее под спину, строго фиксировала ее позицию, поэтому Лиз обвила ногами его талию и начала подаваться бедрами навстречу его толчкам. Ее руки поглаживали и царапали его спину, его лобковая кость терлась о ее клитор при каждом поступательном движении, и Лиз впадала в нирвану.
— О, да, да, еще, Мартин! Вот так, да! Ооооо, божеееее!
Он толкался все сильнее и быстрее, их глаза встретились, и она увидела, что его взгляд горел янтарным медвежьим огнем. Он зарычал, и она инстинктивно повернула голову, открывая ему свою шею. Резкий укус в местечко между шеей и плечом, и Элизабет забилась в оргазме, захлебываясь криком.
Ничто в жизни не подготовило ее к такому опыту. Она почувствовала его всем своим существом. Молния взорвалась у нее в голове, его мысли атаковали ее сознание, целая жизнь воспоминаний, радости и печали, смеха и слез, дружбы и, прежде всего, любви. Миллион синапсов выстрелили одновременно, и тьма поглотила ее.