Медведь ее сердца

Хоффа Тамара

Мартин смотрел, как Элизабет смотрит на сумку и мечтательно улыбается, затем она повернулась к нему.

— Мартин, я бы предпочла, чтобы ты тоже вышел, пока я переодеваюсь.

Он подарил ей самый невинный взгляд и поиграл бровями.

— Мне нужно выйти? А как же подсмотреть? Вдруг тебе понадобится помощь?

— Спаси боже, не понадобится, Йоги. Я вполне в состоянии одеться собственными силами. Брысь отсюда!

— Йоги? Правда?

— Может, стоит называть тебя Бу-Бу?

Мартин засмеялся.

— Окей, пусть будет

Йоги! Ты реально хочешь, чтобы я ушел? — Он почти упрашивал.

— Да, реально хочу. Убери за дверь свою пушистую задницу!

— Эй, моя задница не пушистая… на данный момент.

Элизабет встала с кровати, подхватила одежду, прижимая ее к себе спереди одной рукой, а другой рукой решительно выпихнула его за дверь.

— Брысь! Дай мне десять минут.

Мартин притворился удрученным.

— Хорошо, десять минут. Я буду считать.

Элизабет вытолкнула его за дверь, плотно прикрыв дверь за ним.

* * *

Лиз действительно желала бы, чтобы на этой двери был замок, она не слишком верила, что Мартин не может ворваться в любую минуту. Она быстро вернулась к кровати, на всякий случай прикрываясь одеждой. Дженна выбрала очень удачно, положив джинсы и футболку, трусики, бюстгальтер, шлепанцы и даже немножко косметики. Казалось, она действительно была хорошей женщиной.

Все идеально подошло, даже бюстгальтер. Бог знал, как Дженна так точно догадалась о ее размерах, но Лиз была в полном восторге. Как же здорово было избавиться от больничной хламиды!

— Можете входить, ребята. Я одета, — позвала она.

Лиз села на край кровати и засунула ноги в милые розовые шлепанцы. Когда Мартин и Ганс вернулись в комнату, она спросила:

— Итак, когда мы можем покинуть это «уютное» место?

— Доктор уже выдал эпикриз, нам просто нужно подписать некоторые документы. Я зарегистрировался у медсестры, пока ты одевалась, она должна быть здесь через несколько минут с бумагами, и тогда мы можем идти. Мартин сел на кровать рядом с ней.

— Звучит, как план. Садись, Ганс, ты заставляешь меня нервничать, — сказала Лиз, указывая на стул.

Ганс сел, и Лиз улыбнулась ему.

— Расскажи мне немного о себе, Ганс. Чем ты занимаешься в этой жизни?

Ганс посмотрел на Мартина, и Элизабет увидела, что он слегка кивнул.

— Я занимаюсь безопасностью Клана. Возглавляю службу безопасности.

— Вау, это большая ответственность. И долго ты этим занимаешься?

На этот раз Ганс не оглядывался на Мартина, прежде чем ответить, а просто дал уклончивый ответ.

— С тех пор, как мне исполнилось двадцать лет.

Поскольку Элизабет понятия не имела, сколько лет Гансу сейчас, он мог занимать эту должность и десять, и пятьдесят лет.

— У вас большой Клан? — Она все еще спотыкалась на этом слове.

Снова взгляд и кивок Мартина,

прежде чем ответить.

— В городе проживает около четырехсот медведей.

Грудь Ганса выпятилась от гордости.

Прежде чем Лиз смогла задать еще один вопрос, вошла медсестра со своими бумагами. Когда Лиз подписывала бумаги, она обдумывала разговор. Мартин позволил Гансу ответить на ее вопросы. В какую игру он играл сейчас?

Пока Ганс отправился за машиной, медсестра привезла инвалидную коляску для ее выписки из больницы. Черт побери, как это надоело. Ну хорошо, по крайней мере, она выписывалась. Когда они достигли двойных дверей, выходящих из больницы, Ганс уже ждал их там.

Мартин открыл заднюю дверь темно-синего внедорожника и подсадил Лиз на сиденье. Она ожидала, что он сядет с Гансом на переднее сиденье, но он обошел вокруг машины и забрался к ней. Убедившись, что она пристегнута, он пристегнул свой ремень безопасности, постучал по спинке сиденья водителя, и они отправились в путь.

Элизабет оглянулась, когда они выехали, пытаясь определить, где они находятся. Определенно они все еще где-то в горах, извилистые повороты, кругом журчат ручьи и мелкие водопады. Деревья, покрытые яркой осенней шубой, окружали дорогу с обеих сторон. Местность была прекрасной, но Лиз понятия не имела, в каком штате они находятся.

Мартин протянул руку через сиденье и взял ее ладонь в свою. Она посмотрела на их соединенные руки и подумала о том, что должно было произойти. Одно было ясно: ей нужно было позвонить отцу, но что, черт возьми, она собиралась ему сказать? Папа, меня похитил оборотень, но ничего страшного, потому что он моя пара, и, думаю, что я влюбилась в него? Да он решил бы, что у нее Стокгольмский синдром, и отследил бы телефонный звонок и прилетел бы за ней быстрее молнии.

Как она могла сказать ему, что она в безопасности, если он сразу же захочет знать, где она? Электронная почта? Нет, он мог бы точно отследить ай-пи. Одноразовый телефон и смс-ка были, вероятно, ее единственной надеждой. Она использует код, который они установили много лет назад, чтобы доказать ему, что это она, и будет надеяться на то, что он оставит ее одну на несколько дней, пока она не поймет, что ему сказать.

— Мартин?

— Да, Лиз?

— Можем ли мы остановиться в магазине или где-нибудь еще, где можно купить одноразовый сотовый телефон?

Мартин удивленно приподнял брови.

— Зачем тебе одноразовый телефон? Если тебе нужно позвонить, воспользуйся моим.

— Мне нужно позвонить отцу, и я не хочу, чтобы он смог отследить звонок.

Во взгляде Мартина появилось понимание.

— Ты уже знаешь, кто мой отец, так? — Гнула свою линию Лиз.

— Да, я узнал об этом еще ночью.

Лиз была в шоке. Он знал, и все же он не пытался давить на нее и даже позволил Гансу ответить на ее вопросы. Что это было?

— Как?