Мёд
Шрифт:
Выдыхаю и иду снимать обувь. Надо пол помыть – натоптала…
***
– Просыпайся, – настаивает кто-то басом.
Открываю глаза, а картинка не плывёт. Я отрываю мохнатую голову от соломы – темно уже. Ничего себе я поспал! Уснул сразу, как ветеринарша ушла – это утром было.
Рядом стоит миска с водой, я тянусь к ней мордой и понимаю – силы есть. Чувствую себя вполне сносно, боль ушла. Лакаю, не вставая – это дико неудобно, но подняться на лапы я пока не рискую.
– Как оно? – рука с наколками на
Да, нормально, в общем. А ты кто?
Этот… который меня из леса забрал и сюда привёз. Люди здесь интересные, душевные – разговаривают со мной, словно знают, что я их понимаю. Для всех я медведь.
– Давай превращайся, – мужик отходит от клетки. – Побазарить надо.
Вот так, да? Тоже неплохо. Выходит, спаситель мой в курсе, что я не животное.
Лет пятьдесят ему на вид, здоровый лось, расписной – в наколках, и рожа кирпичом, но интеллект в глазах присутствует.
Побазарить, говоришь? Давай попробуем. Он явно знает обо мне больше, чем я сам сейчас.
Встаю. Нормально мне, даже не шатает. Я бодрячком. Кошусь на будущего собеседника – не струхнет от увиденного? Хотя это не мои проблемы. Сам попросил.
Оборот даётся непросто – мой разум привык к звериной ипостаси и прощаться с ней не хочет. Я трачу на превращение чуть больше времени и сил, чем обычно, но справляюсь. Мужик сидит на камне недалеко от клетки, держит в руке фонарь – светит на меня, наблюдает за процессом. Не скажу, что без эмоций, но ужаса он точно не испытывает.
– Спасибо за помощь, добрый человек, – я еле ворочаю занемевшим языком и сажусь голым задом на солому. – Клетку откроешь? – хриплю.
Спаситель сплёвывает через зуб, ставит фонарь на землю, снимает с плеча спортивную сумку и идёт ко мне. Поворот ключа в навесном замке и решётчатая дверь открывается.
Свобода!
В вертикальном положении на двух ногах слегка кружится голова – кровь ещё не разогналась. Я осматриваю себя – ищу раны, но нахожу только одну. Ту, которая от первой пули в боку – кровит немного после превращения, но шов целый. И всё, больше нет у меня ничего.
– Плохо сработала врачиха, – недовольно выдаёт мужик. – Обещала, что к ночи всё заживёт.
– Шутишь? – я криво улыбаюсь. – Я и не надеялся так быстро оклематься.
– Баба в оборотнях шарит. И не таких вытаскивала.
– Спасибо бабе, – я разминаю затёкшее тело. – Ты побазарить хотел?
– Михаил Иваныч, – он тянет мне руку. – Можно просто – Иваныч.
– Э-э… – отвечаю на рукопожатие, дую щёки. – Приятно познакомиться, Иваныч. Своего имени не назову, не помню.
– А что помнишь?
– Ничего почти. Только как меня мрази по лесу с ружьями гоняли, как пролежал у болота ночь, а потом сюда приехал.
– За что они тебя?
– Хрен знает, – я пожимаю плечами. – Развлекались, может? Я не помню, как там оказался.
Иваныч кивает, поднимает с земли спортивную сумку и достаёт из нее шмотки. Майка, джинсы, куртка кожаная и бейсболка. Вещи новые и явно не на китайском рынке купленные. Качество хорошее.
– Это тебе, – отдаёт мне одежду. – Там ещё есть, – кивает на сумку, – сменка. – А, обувь же…
Кроссовки. И тоже не ширпотреб. Я верчу обувку в руках, с подозрением кошусь на Михаила. Спонсором моим решил стать? На секунду меня посещает чувство лёгкого дежавю. Есть ощущение, что мы с ним раньше пересекались. В той жизни, которую я забыл.
– Что ты обо мне знаешь? – натягиваю джинсы.
Иваныч молчит. А я напрягаюсь. Подозрительный он… Подозрительно щедрый и молчаливый.
– Знаю только, что ты оборотень, но об этом мне ветеринарша шепнула, – наконец, выдаёт Михаил. – Она шарит.
– Ни хрена не понятно, но ладно – разберусь, – теперь я тяну ему руку. – Ещё раз спасибо за помощь. Я твой должник.
– Должников не держу, – улыбается, светит золотым зубом. – Да и помощь моя тебе ещё не раз понадобится.
– Без обид, но дальше я как-нибудь сам, – отказываюсь как можно вежливее.
В добрых волшебников на вертолётах я не верю.
– Ладно, хрен с ним… – в глазах Иваныча проскакивает едва уловимое разочарование. – Сейчас что делать собираешься?
Осень ранняя. Скоро зима – спячка… А перед ней надо отъесться. Охотиться в местных лесах я не рискну. Как показала практика, психов тут хватает. А значит массу перед зимой набрать безопаснее в населённом пункте.
– До ближайшего села далеко? – спрашиваю, вглядываясь в мелькающий огонёк вдалеке. Мясом жареным несёт – шашлыком.
– Город рядом. Могу подбросить. Только что ты там ночью делать будешь?
– Разберусь… – я щурюсь, пытаюсь разглядеть в силуэтах у огня знакомую аппетитную фигурку. – Слушай, тут девчонка была. Светленькая такая, глаза зелёные.
– Диана? Есть такая, – кивает Михаил.
– Она сейчас там? – смотрю в сторону костра.
– Домой уехала, – он снова лыбится, зуб снова блестит. – Понравилась?
– Не попрощался, – выдаю тихо. – Ну что, поехали?
– Поехали, а чо нет? – ухмыляется Иваныч. – Погоди только, я свою предупрежу.
Он идёт к костру, а я стою и думаю, как быть дальше. В деревне проще – в первую очередь дешевле, но город так город. Хреново, что документов у меня нет – это усложнит задачу. Мелькает мысль согласиться на предложение Иваныча. И всё же – нет. Мужик он вроде неплохой, но лучше я сам. Так надёжнее.
А дальше что? Зима дальше. Спячка. В лес идти придётся, берлогу делать. Хорошо бы до этого времени успеть загрызть по одному тех уродов, которые меня в решето превратили, и вспомнить о себе хоть что-то…