Мёд для босса

Иногда, чтобы найти свою королеву, надо заблудиться в лесу.

Настя

– Ты хотя бы разговаривать умеешь? – голос расфуфыренной столичной дамочки настолько противен, что я намеренно её игнорирую. —До города сколько?

Я молча переставляю банки с мёдом в поиске наилучшей композиции, которая завлечет проезжающих мимо потенциальных

покупателей. Настроение – так себе. Сегодня встала в рань, пока все переделала, пчёл пересмотрела, собрала товар, упаковала, добралась до перекрёстка на своей старенькой «девятке», соорудила импровизированный прилавок – я жутко устала! Удалось продать всего пять литров мёда, ещё и эта особь подошла к прилавку и начала орать. Ни «здрасьте», ничего. Ещё говорят, что это мы, деревенские, невоспитанные.

– Смотри на меня, тупая сучка. – Девушка выхватывает банку из моих рук и заносит её над головой, будто собираясь бросить.

Я поднимаю глаза.

Зря.

Потому что я встречаюсь взглядом не с нахалкой, а с мужчиной в элегантном костюме, подходящем к ней позади.

Я забываю, как дышать, потому что его пожирающий взгляд вытягивает весь воздух из лёгких – вместе с душой. Я успеваю заметить, как натягивается рубашка на груди, когда он лениво расправляет плечи, как хищно сощуриваются на мне его глаза, а губы складываются в самодовольную ухмылку. Он впитывает моё внимание залпом, и я поздно понимаю, что слишком откровенно пялюсь.

Поздно, потому что банка с мёдом падает и разбивается об асфальт. Результат кропотливой работы пчёл в одну секунду оказывается испорченным.

Я опускаю глаза, приказывая своему телу вспомнить, как дышать.

В это время девица берёт ещё одну банку.

– На меня смотри! Я ещё раз спрашиваю… – разъярённо произносит она.

– Викки, может, обойдёмся без истерик? – Низкий тембр дотягивается до моих ушей, заставляя себя чувствовать, как тот самый мёд, медленно растекающийся по асфальту.

– Ты что, не видишь? Нахалка! Она мне даже не отвечает! – кричит девушка, позвякивая своими браслетами или чем-то ещё, не знаю, чем точно, но слышу, как что-то дорого-богато звякает при её движениях.

Должно быть, они пара.

Отлично смотрятся вместе.

В груди ощущаю легкий укол, ведь он прекрасен, ей повезло, а вот ему —сомневаюсь.

– Может, стоит попросить вежливо? – Голос мужчины становится прохладным, как туман в пасмурное утро, но даже так он звучит обаятельно и терпеливо.

– Какая речь может идти о вежливости? С этой мерзавкой? Ты не был со мной таким вежливым полчаса назад!

– Может, просто потому что ты разбила мою машину?

– Я же не специально! Мне нужно успеть на кастинг! И ты прекрасно это знаешь, но специально меня задерживаешь!

Я всё ещё стою, глядя на растекающийся по асфальту мёд. В поле зрения появляется пара начищенных с блеском туфель. Безмерно дорогих. Так мне кажется.

Дыши, Настенька. Просто дыши.

– Извините, нам нужна ваша помощь. Наша машина слетела в овраг. –

начинает мужчина. – Мы прошли около километра пешком в поисках сети, но похоже, здесь глухая зона…

Я восстанавливаю дыхание, но даже если бы сейчас хотела ответить – не смогла бы. Горло сжалось. От обиды. Несправедливости. Жгучей злости. Особенно на саму себя. Потому что я только что, как дура, потеряла дар речи от одного взгляда незнакомого мужчины. Чужого мужчины, у которого уже есть такая красивая девушка.

Ужас. Вот и правда – деревенская дура, вышедшая из глуши.

Хочется стереть из памяти последние несколько минут.

Дрожащими пальцами я нахожу коробку под хлипким столом и начинаю складывать туда банки с мёдом.

На сегодня я точно закончила. Эти двое… сомневаюсь, что я им чем-то помогу. В моём стареньком телефоне уже давно села батарейка, но я не особо расстраиваюсь – ведь всегда вожу с собой парочку книг, которые читаю в ожидании щедрых клиентов.

Щедрых, но не нахальных. У меня тоже есть гордость.

К тому же эти двое настолько причёсанные и вылизанные, на них нет ран или гематом, они выглядят, словно только что сошли с обложки журнала.

Я со своей машиной кажусь из другого мира.

Кто-нибудь сейчас проедет и обязательно им поможет. Пусть подождут. Могу свою седушку уступить.

А вот мне нужно убираться отсюда как можно скорее, пока эта дамочка не оставила всю работу пчёл на асфальте.

В подтверждение моих мыслей ещё одна банка падает вниз.

Это уже слишком.

Я стискиваю зубы и поднимаю глаза на столичную даму. Она отступает назад на своих высоких шпильках.

Ещё бы – я смотрю на неё так, как если бы планировала запихнуть симпатичное личико прямиком в улей. Уж там-то ей губки и подкачают.

– Викки, дорогая, успокойся. – Мужчина стискивает ненормальную в своих руках, оттягивая в сторону.

Эта сцена заставляет меня поморщиться.

– Я вам заплачу за испорченный товар. Вы же понимаете, что я говорю? Слышите меня?

Движения его губ гипнотизируют, но содержание отрезвляет. Он на самом деле решил, что я глухая? Или не понимаю?

Я просто не разговариваю с нахалами!

– Видишь! – тычет в меня пальцем дамочка. – Она притворяется! Не отвечает!

Как будто я обязана им отвечать! Мне всё равно, кто они такие – если смеют орать на меня и хамить, я имею полное право проигнорировать их!

– Прошу прощения за доставленные неудобства. Предлагаю вам оплатить всю партию товара, включая разбитые банки.

Я тихо хмыкаю себе под нос – эти двое достойны друг друга.

Сдуваю прядь волос со лба, мимолётно стреляю взглядом в мужчину, уверенного, что деньги решают всё, и продолжаю укладывать банки в коробку.

Ещё немного – и на глаза набегут слёзы, но я не покажу своей слабости.

– С каких пор ты такой милый с дорожными продавщицами мёда, а? Неужели она тебе важнее, чем я? – ядовито шипит на него девушка. – Чего ты уставился на неё? На меня смотри.