Шрифт:
1
Семнадцатилетний Семен считал чуть ли не своей ровесницей заветную мечту о море. Она колоритно рисовала такие неотразимые и манящие картины, что рядом с ними даже сказочной красоты кучерявые и душистые сады его родного украинского села Шляхового, окружающие зеленые и цветастые луга, просторные и разноцветные нивы блекли и выглядели обыденно. Ведь флот обещал жизнь юноши наполнить романтизмом покорения морских просторов с шальными штормами и геройскими приключениями. Именно такую действительность ему открывали телефильмы, фотоиллюстрации и особенно произведения маринистов. Чего стоил роман писателя Джека Лондона "Морской волк", читая который Семен невольно перевоплощался в главного отчаянного, сильного духом и непобедимого героя. Юноша, желая
И вот наконец для Семена настал столь ожидаемый и радостный день. Хотя над селом сгустились мрачные тучи и вместе с моросящим дождем сеяли грусть. Казалось, все эти небесные темные клубы отразились на лице матери. Она, поставив собранную сумку на табуретку, обронила на нее несколько слезинок.
– Ладно тебе убиваться, все равно через год в армию...
– пробовал утешить ее Захар, не находя себе места.
– Т-так это через год, - всхлипнула Вера.
– Он здесь все приключений искал, а там что будет?
– она рукой указала на лицо Семена.
У будущего моряка, который, нарядившись в новый синий костюм, собирался оставить отчий дом, под глазом багровела ссадина. Он, вздыхая, сказал:
– Мама, я защищал Олю, двое пьяных к ней пристали.
– Вот, вот, защищал...
– за последнюю соломинку ухватилась мать.
– А кто ее будет охранять, когда уедешь?..
– Все, хватит, не лезь ты ему в душу, - прервал безотрадный диалог Захар.
– Пора в дорогу... Вот, надень...
– протянул он Семену черные солнцезащитные очки.
Семен обнял мать. А через минуту он, вытирая оставленные матерью теплые слезинки с лица, зашагал с отцом по размокшей дороге. Парню, смотрящему сквозь темные стекла, казалось, что окружающий мир погрузился в сумрак вечера, хотя день только начинался.
– Захар, здравствуй! А ты почему без очков, тебя солнце не ослепляет?
– кинул отцу беловолосый старик, который нес из сада миску слив, и захохотал.
– Здравствуй, дед Андрей, тебе бы только шутить, - выдавил из себя Захар и со вздохом покосился на Семена.
Но сын ничего не замечал и не слышал. Он не спускал глаз с красной кирпичной хаты, что вырисовывалась впереди и откуда должна была вот-вот выйти на прощальную встречу Оля.
Семену вдруг вспомнилось все то прекрасное, хранившееся в самых светлых уголках души, что много лет связывало его с девушкой. В детстве они играли, бегали по пахнувшим летом лугам, потом ходили в школу, делились новыми впечатлениями, первыми тайнами. Даже главные интересы у них были общими: любили литературу, коллекционировали вместе марки на морскую тематику... Оля всегда ценила мечту Семена о флоте. Моряк для нее - человек сильный, бесстрашный, мужественный и даже таинственный. Она очень хотела увидеть парня в флотской форме, в котором, по ее мнению, проявлялись такие качества. Подрастая, они стали взаимно испытывать нечто большее, чем дружба. Но относясь друг к другу с особой заботой и нежностью, боялись в этом признаться. Так было до вчерашнего
У хаты юноша снова вернулся в настоящее, отдав отцу сумку и зонтик.
– Я сейчас, папа, - сказал он и побежал, снимая на ходу очки, к веранде, с которой ему навстречу так же устремилась Оля, красивая и миловидная брюнетка с длинной косой.
В глазах девушки сверкали слезинки.
– Ты что плачешь?
– поздоровавшись, спросил ее Семен.
– Нет, Сема, это дождик...
– засмущалась она.
– А у тебя глаз весь заплыл. Тебе очень больно?
– Что ты... Я - будущий моряк... Все хорошо...
– он нежно взял в свою большую ладонь легкую руку девушки.
– Как мне трудно расставаться с тобой! Ты мне пиши, часто, часто пиши...
– И ты мне шли письма... Как приедешь в мореходку, сразу дай весточку. Вот тебе обещанная моя фотка, - она протянула небольшую карточку.
– Ты тоже, когда сфотографируешься в флотской форме, обязательно пришли мне свою...
– Обязательно, Оля... Что-то и уходить не хочется...
– Иди, - девушка робко поцеловала Семена в щеку.
– Я буду очень скучать, - попятившись, прошептала она.
– Я тоже, тоже буду...
– испытав первый поцелуй девушки, со вздохом молвил Семен, надел очки и с печальной улыбкой на лице оставил дорогой для него двор.
Отец с сыном прошли мимо кирпичного потрепанного временем сельского совета, на флагштоке которого приуныл мокрый бордового цвета флаг. А чуть дальше возвышался и привлекал взгляд приходской храм, над которым отрадно золотились кресты.
– Давай-ка зайдем к отцу Павлу, возьмешь благословение на учебу, на новую жизнь, - сказал тихо сыну Захар.
– Не знаю...
– робко повернувшись и посмотрев на широкие окна сельсовета, прошептал Семен.
– А-а они в мореходку не напишут?
– Господь не допустит. Идем.
Семен, взглянув еще раз на храм, последовал за отцом к небольшому белому домику, что ютился рядом с церковью. В прихожей их встретил седоволосый худощавый священник.
– Проходите, проходите, мои дорогие, - пригласил он.
– Наслышан, наслышан, Сема, о твоей мореходке. Хорошее дело. А почему ты в черных очках?
– Да это у меня...
– несмело начал Семен и снял "маскировку".
– Настоящий моряк у тебя, Захар, - засмеялся игумен Павел.
– Ничего, ничего, бывает...
– А подойдя ближе к Семену, продолжил: - Ты, родной, не просто поступаешь в мореходку. Ты начинаешь новую взрослую жизнь. Рядом не будет ни папы, ни мамы, и многие решения тебе придется принимать самостоятельно. Знай: главное - всегда оставаться православным человеком и никогда не терять свое достоинство. Не делай никому того, чего себе не желаешь. Многие испытания у тебя впереди. Ведь неспроста говорят: кто в море не бывал, тот горя не видал.