Мечта Фанатки
Шрифт:
– Нет, не будешь! Я его первый занял, значит, и буду тут сидеть.
Возмущался парень, я же была злая, решительная и на удивление смелая. Схватив Роберта за руку, я начала вытаскивать его со своего места, но он второй держался за кресло. Вот чёрт, это его уже отсюда не выковыряешь.
– Саманта ты мне сейчас салон разгромишь.
Смеясь, воскликнул Роберт, а я так и осталась стоять на своём, пока, Джерри не предложил мне более заманчивое предложение.
–
– Конечно, вот у Карен, когда была машина, я её постоянно водила, и отцовскую когда приезжала к нему в Сан-Франциско.
– Садись на место водителя! Проверим, как ты водишь.
Джерри улыбался во все тридцать два зуба, Карен сглотнула, Майк перекрестился, а вот Роберт сразу выскочил из машины.
– Ты, что хочешь, что бы она мою машину угробила и нас вместе с ней?
Да, что он меня сегодня весь день обижает? Решив его проучить, я опрометью взяла ключи у Джерри, заняла место водителя, и завела её.
– Прошу всех занять свои места! Саманта Ньютон сейчас быстро доставит вас...
– В морг!
Перебил меня Майк, на что я конечно и съязвила.
– Вот ты первый туда попадёшь.
– Никуда, ты не поедешь! Вылезай немедленно из машины!
Кричал Роберт, ну меня-то просто так не взять.
– Меня отсюда ни чем не вытолкаешь, и тем более ключи то у меня. Поэтому залезай в салон, и жди когда же Бог, над тобой смилуется.
– Джерри, я тебя убью, чёрт возьми. Я за эту машину готов жизнь отдать, а ты вот так просто мне её гробишь. Она же от неё одни колёса вернёт, если и их-то прикатит.
– Роберт, успокойся, мы же будем рядом и будем наставлять её. Вернутся твои колёса.
Парень застонал и погладил капот своего Ferrari.
– Ладно, вези, только не дай бог на ней хоть царапина появится я же тебя убью, своими руками шкуру спущу.
Я показала Роберту язык и вжала педаль газа до пола. Быстро помчав к дому, я успевала лишь, замечать зеленый окрас деревьев.
– Куда ты так несёшься? Нам на тот свет ещё рано.
– Майк, не отвлекай её от дороги, ибо мы попадём туда намного, намного раньше.
Воскликнул Роберт, отчего я прибавила скорость, и на спидометре уже было под сто двадцать.
– Прошу тебя Господи, пусть нас остановит полиция, и вставит мозги этой ненормальной.
Зашептала Карен, а я же добралась до ста тридцати.
– Молчите все, чем больше вы молите о пощаде, тем выше поднимается стрелочка.
Пока Карен, Майк и Роберт молча, прижимались к креслу, Джерри самодовольно улыбался и следил за мной.
Так благодаря мне дома мы уже были почти к трём часам. И чего они вообще так
– Мы живы и мы дома!
Воскликнул Майк, садясь уже на диван.
– Да живы! Только вот как, на такой скорости мы не врезались в столб загадка.
Я ослепительно улыбнулась, и поведала им, откуда же я так хорошо вожу.
– В течение шести лет, я ездила к отцу на каникулы, он меня и научил ездить, и, причём ночью я летала не под сто тридцать, а под сто шестьдесят, а то и под двести. Я, конечно, изрядно покалечила ему машину, ему пришлось даже чуть бы не новую покупать, пару раз конечно и я в больницу попадала, но зато последние два года летаю без проблем.
– Джерри, ты знал?
– Откуда? Сам вот только узнал.
– Об этом никто не знает. Ну конечно никто кроме вас.
– Ладно, Сэм пошли переодеваться! И вам я тоже советую сменить одежду, не будите же вы в этом спать.
Мужчины окинули себя оценивающим взглядом, и согласно кивнули.
– Да, Карен ты иди ко мне в комнату, а я им покажу, где можно переодеться.
Отправив подругу наверх, я провела Майка, Джерри и Роберта, через кухню, свернув на право, мы миновали и кабинет. Остановившись около массивной двери с вырезанными розами, я повернулась к гостям и тихо прошептала, при этом горько вздыхая.
– Это комната, вообще-то не для гостей, и сюда наведываюсь только я, но вещи свои положить и переодеться можете.
– А чья это комната? Твоя и твоей матери вроде на втором этаже, а Мила уже живёт у себя.
На меня опять накатила тоска и старые воспоминания, о девочке вернули непрошеные слёзы!
– Эй, Сэм, что случилось? Почему нюни распустила?
Растревожились парни.
– Не обращайте внимания. Давайте переодевайтесь я зайду через десять минут.
Открыв двери в комнату, я сразу же оказалась, в прекрасном замке, маленькой принцессы, всё было обличено в розовые тона. Широкая мягкая постелька с розовыми простынями, излучала чистоту и мягкость. А подушка в форме сердца, добавляла лишь изящности этой комнате. На белом столе у розового дивана стояли фотографии двух девочек, которые как две капли воды были похожи на ангелочков в белых, пышных платьицах. А на книжной полке у окна были все возможные книжки со сказками. Странно, ведь уже через два месяца ей должно исполниться двенадцать лет, и как всегда, в этот день я проведу у её могилы, в руках буду держать альбом с новыми рисунками, рассказывать, что интересного приключилось со мной за этот год, но так и не пророню слезинки.