Меченые Проклятием
Шрифт:
– Я хочу поговорить с девочкой.
– Так говори.
– С глазу на глаз.
Гвин покачала головой.
– Быть может, ты не знаешь, Лабранца-садж, но город объявил вне закона всех, кого поразила звездная немочь, – то есть тех, кто поправился, так как почти все умерли. Дав приют Ниад, я стала преступницей. А потому я имею право на участие в вашем разговоре.
Лабранца сердито пожала плечами:
– Но у этого молодого человека никакого права нет.
Полион с мольбой посмотрел на Гвин.
– Позволь ему остаться, –
– Не он. Мужчину, который нес тебя, сразила Ниад Билит.
Ниад ахнула. Под пушком пробивающейся бороды Полион побледнел.
– Я к нему не прикасалась! – простонала Ниад, а глаза у нее расширились от ужаса. – Я даже близко от него не была.
Лабранца холодно улыбнулась.
– Тебе и не надо было. Не спорю, поразить человека смертью на расстоянии – это очень редкое для ивилграта воздействие, но не невозможное. Ты видела, что происходит, ведь так? И хотела положить этому конец? Пожелала остановить?
Ниад ошеломленно кивнула.
– Этого было достаточно. У тебя есть сила исцелять и сила поражать болезнью. Они сопутствуют друг другу. С этого времени всякий, кто вызовет у тебя неприязнь, окажется в смертельной опасности.
Полион отодвинулся от Ниад, хотя, возможно, сам того не заметил.
– Объясни, – сказала Гвин. – Объясни, откуда ты знаешь такие вещи, Лабранца-садж.
– Я из Рарагаша.
– И что?
– В дни империи всякого, кто заболевал звездной немочью, отсылали в Рарагаш. Даже пораженных легко, поскольку тяжесть болезни никак не была связана с тем, будет ли наложено Проклятие или нет. Рарагаш был чем-то вроде колонии для прокаженных.
– Так все они должны были умереть много лет назад.
Лабранца Ламит скрестила толстые руки на груди странно мужским жестом.
– Но традиция сохранилась. Многие, меченые Проклятием, находят дорогу в Рарагаш. – Она повернулась к Ниад. – Очень советую тебе отправиться туда как можно скорее, чтобы тебя научили управлять твоей силой. Не то ты убьешь еще много людей. И чуть кто-нибудь заболеет или умрет, винить будут тебя, виновата ты или нет. Рано или поздно на тебя донесут как на колдунью. Тогда тебя разыщут и убьют.
Ниад сжалась в испуганную девочку. Полион обнял ее за плечи – и сильно поднялся в добром мнении Гвин.
– Кто научит? – спросил он властно.
– Другие ивилграты. Много веков назад император Лоссо Ломит учредил в Рарагаше Академию для изучения пораженных звездами. Те, кто мог доказать властям, что Проклятие на них не легло, получали императорское прощение и могли покинуть Рарагаш. Академия продолжает существовать, хотя она уже и не прежняя.
Удивительная и очень хорошая новость. Гвин гневно подумала о десятках людей, которых весной изгнали из Далинга – вот им бы знать про это! Она вгляделась в мужеподобную великаншу.
– Кто управляет Академией?
– Я.
Почему-то Гвин это не удивило.
– И что привело тебя из такой дали сюда?
– Важное дело.
– За пределами Далинга от империи мало что осталось, – сказала Гвин, размышляя. – В смутные времена Рарагаш не разграбили?
Лабранца нетерпеливо мотнула головой. Она всячески выражала, что хочет кончить их разговор.
– Зарданцы уважали меченых куда больше, чем кволцы. Они обошли Рарагаш стороной.
– Но в последующих войнах не всегда участвовали зарданцы.
– Да, и мелкие королевства непредсказуемы. Рарагаш научился не оповещать о себе. Однако, когда мы узнаём о вспышке звездной немочи, то посылаем своих людей искать меченых. Мои два спутника добрались до Далинга с этой целью.
А, так, значит, у нее самой цель другая!
– По дороге сюда, – сказал Полион, – мы повстречали джоолграта.
Лабранца обратила на него свой устрашающий взгляд еще раз.
– Джоолграты заслуживают особой жалости, так как не способны маскировать себя. Если ты сообщишь Джасбуру или Ордуру, где он скрывается, они отправятся туда и найдут его.
– Ее. Это женщина. Дедушка уже предложил ей убежище.
– Он достоин похвалы. Но ей следует сначала побывать в Рарагаше. Мы можем помочь даже джоолгратам.
Ниад жалобно смотрела на Гвин. Было невозможно представить себе, чтобы эта доверчивая, ласковая девочка убивала людей, но вчера ночью человек упал мертвым, словно пораженный молнией. Лабранца лишь подтвердила собственные страхи Гвин.
– Особой спешки нет, – сказала она. – Никто из нас сейчас не может выйти из гостиницы. Но если бы и могли, Ниад нельзя отправить одну в такой дальний путь. Ей будет нужен провожатый.
– О? – сказал Полион. – А далеко до этого Рарагаша?
Мальчишка-фантазер, несомненно, вдруг почуял приключения.
– По ту сторону Петушьей Арены, – сказала Лабранца. – Две недели на хорошей лошади, даже если на дороге все будет спокойно. А одна война или парочка вас, конечно, задержит. Карпанцы вторглись в Нимбудию. По слухам, карпанцы убивают меченых на месте.
Полион прижал Ниад к себе.
– Слышишь? Все могло быть куда хуже.
Она хихикнула и ткнула его локтем в ребра. Юные сердца расцветали стремительно.
– Я буду твоим защитником! – сказал он и обнял ее еще и другой рукой.
– Если он будет тебе надоедать, – посоветовала Гвин, – нашли на него боль в животе.
– Тут нет ничего смешного! – резко сказала Лабранца. – Ты играешь с огнем, юноша! – Она встала, собираясь уйти.
Полион ответил ей вызывающим взглядом.
– А мне нра-вит-ся играть с огнем. – Он обернулся к Ниад. – Я тебе неприятен?
– Нет, но…
Она не успела договорить, потому что он тут же нашел ее губам другое применение. Ее глаза широко открылись от изумления, потом закрылись и остались закрытыми.