Меченые Проклятием
Шрифт:
Гвин невольно улыбнулась и поспешно отвернулась, чтобы он не увидел улыбки. Может, она когда-нибудь и выйдет замуж в третий раз. Она не любит одиночества, а сыну Булриона нужен отец. Но сейчас об этом думать рано.
– Я подожду, – сказал Тибал. – Я ждал всю жизнь. Сказать тебе, в какую ночь это произойдет? Где? Какого цвета будет полог над кроватью? Чем я тебя напою, чтобы сломить твое сопротивление?
Над холмом взвилась туча стрел. Авангард колонны карпанцев рассыпался. Затем раздался крик тысяч глоток.
– Зачем мне лгать? – говорил Тибал. –
Первый вал карпанцев откатился назад, оставив на склоне холма множество убитых людей и лошадей.
– Судьбы, Тибал! Сейчас не время об этом говорить!
– Самое время. Одна эпоха закончилась, начинается другая. Посмотри на всех этих людей внизу. Это они отмечены Проклятием, а не мы. Они отмечены Проклятием войны, которой не хотели. А нас ждет счастье. – Он помолчал. – Помнишь, как мы встретились?
– Да.
– Я выглядел идиотом? Влюбленным мальчишкой?
– Ничуть. Я почувствовала, что ты… какой-то странный. Непохожий на других. Но идиотом ты мне не показался.
И она вспомнила Голос: «Началось». Тибал облегченно вздохнул.
– Теперь уже скрывать нет смысла. Раньше я естественно, не мог тебе этого сказать. Но в конце концов ты выйдешь за меня замуж, Ниен.
– Поэтому понадобилось, чтобы мой муж умер? У Тибала напряглись скулы.
– Нет. Твой муж должен был умереть, потому что ты – поулграт и ничто не должно мешать тебе выполнить свое предназначение. Только ты можешь спасти Куолию.
– Я этому не верю.
И Гвин стала вновь наблюдать за ходом битвы.
Непосредственно внизу под ними колонна карпанцев начала подниматься по склону. Если Тибал ошибся насчет того, что в деревьях засели джоолграты, или если джоолграты сами впадут в панику и побегут, тогда все его предсказания гроша ломаного не стоят.
Но пока они как будто начинали сбываться. Левый фланг колонны остановился. Кавалерия увязла в болоте, боевые порядки пеших смешались. Но центр колонны опять начал продвигаться вверх по склону. Снизу доносился все тот же рев прибоя, составленный из криков, команд, звона мечей, свиста стрел.
– Какой ужас! Невыносимо смотреть!
– Привыкай, – сказал Тибал. – Это – первое, но не последнее сражение, на котором ты присутствуешь, – и не самое страшное. Даже наоборот, с самым благополучным исходом.
– Но почему я?
– Потому что так распорядились Судьбы. Потому что ты и есть Обновитель.
Гвин так и подскочила.
– Что ты говоришь? Я? Да у нас сроду не было императрицы. Зарданцы никогда не…
– Я не сказал, что ты станешь императрицей. Я сказал, что ты – Обновитель. Твоими усилиями создастся вторая империя, Гвин. Неужели ты этого еще не поняла?
И
– Не я? Тогда кто же станет императором? Неужели я лезла из кожи вон для того, чтобы сделать императором Куолии Зорга?!
– Зорг погибнет в следующем году в битве под Арчером. Но ты здесь ни при чем. Ты в это время будешь занята другим делом и в другом месте.
– Тогда… – Гвин отвернулась. – Опять война! Я не хочу!
– Приходится принимать то, что посылают Судьбы, Ниен.
– Почему я? Я даже не знаю, что я здесь делаю!
– Ты их вдохновляешь. Пока что твоя роль не слишком велика, но после битвы под Арчером…
– А какой мне от всего этого прок? – закричала Гвин. – Кто вдохновит меня?
– Разумеется, наш следующий император.
Он обнял ее и привлек к себе. На этот раз она не сопротивлялась.
Год первый
Историки, в общем, согласны относительно даты основания второй империи. Хотя знаменитый Гурмил Псарит утверждал, что началом империи следует считать битву при Гемайне в 101 году, позднейшие исследователи дружно опровергали это мнение, заявляя, что Псарит просто хотел выделиться в академическом мире. Конечно, битва при Гемайне была крупной победой едва зародившейся коалиции, которая впоследствии образует ядро нового мирового порядка, но младенец, родившийся в тот день, был очень слаб и едва пережил сокрушительное поражение при Арчере весной следующего года.
Странным образом это поражение имело самые благоприятные последствия. Разгром коалиции и зверское истребление жителей Да-Лама вынудило западные королевства послать подкрепление своим восточным братьям. В начале 103 года возрожденная коалиция нанесла карпанцам чувствительное, если и не решающее, поражение при Хенфольде. Гвин Фрайнит придумала гениальный ход для того, чтобы укрепить этот громоздкий союз. За день до битвы она выстроила войско, подняла перед ним своего годовалого сына и объявила его императором. С этого дня и исчислялось начало его правления, и эта дата вошла в историю как дата основания Зарданской империи.
Сначала мальчик был просто символом, и его никто не принимал всерьез, хотя народ с готовностью поверил в басню о том, что он прямой потомок Пантолиона. Империя стала одерживать победу за победой, она превратилась в силу, с которой нельзя было не считаться. Мелкие королевства рушились, и Гвин Фрайнит посылала туда агентов, устанавливающих там имперское правление.
Режим, который поначалу был чисто символическим, постепенно упрочивался: в 110 году был заключен договор с карпанцами, в 113 году империи подчинилась конфедерация Н'Сам, в 115 году пал Подманш. После этого, невзирая на отдельные неудачи, империя военными или дипломатическими средствами постоянно расширяла свои владения. Последняя серьезная угроза ее существованию – Западное Сообщество – было подчинено в 120 году.