Меченые Проклятием
Шрифт:
Булрион улыбнулся и покачал головой:
– Выполняй свое предназначение, Ниен, спасай мир. Имя Тарнов прославится в веках, и я горжусь этим. Судьбы призвали тебя вершить великие дела, но теперь твой путь – с королями и войсками, а не с простыми земледельцами. Я рад, что мы помогли тебе начать, но больше мы тебе не нужны.
– Мне нужен мой муж, Булрион! Не бойся, что я сделаю из тебя марионетку. Если хочешь, можешь скрываться в тени, но будь рядом, когда мне понадобится друг, когда мне понадобится любовь.
Ее слова, казалось, отскакивали от него. Гвин обняла мужа и положила голову ему на плечо.
– Ты прав. Я должна сделать выбор. Ну так вот, я выбираю тебя. Честное слово! Я вернусь домой через неделю.
Они стояли обнявшись, не в силах оторваться друг от друга. Когда Булрион заговорил, она не столько услышала его слова, сколько почувствовала, как они рокочут у него в горле.
– Мне бы хотелось, чтобы у тебя были надежные телохранители. Если ты уверена, что задержишься только на неделю, я оставлю с тобой Джукиона и Возиона. С ними ты и вернешься домой.
Молчание. За спиной фыркали нетерпеливо переступавшие с ноги на ногу лошади. «Ах, старый хитрец!» Гвин вздохнула:
– Это будет несправедливо. Они рвутся домой к своим семьям.
Булрион высвободился из ее объятий и грустно посмотрел на нее.
– Они не откажутся задержаться на неделю.
– А вдруг… получится две… У меня хорошая охрана, родной.
– Они и на две недели согласятся, – упрямо сказал Булрион.
«Он не верит!»
– Ну что ж, если ты уверен, что они не будут возражать. – Лицо Булриона расцвело радостной улыбкой. – Я правда вернусь домой, милый. Обязательно!
Булрион стиснул ее в объятиях. Джукион и Возион, когда он предложил им остаться недели на две в качестве телохранителей Гвин, охотно согласились. Самый сильный и самый умный из Тарнов – лучшего и желать было нельзя.
Кавалеристы устали топтаться на месте. Булрион влез на коня, и кавалькада тронулась. Гвин смотрела им вслед. Впереди ехал Булрион с Занионом, Ульпионом и Тисвионом. Какое большое место сумел занять муж в ее жизни за один месяц! Она услышала, как он крикнул ей на прощанье:
– Мы будем ставить на ночь свечу в окно!
– Не трать воск понапрасну! – крикнул в ответ Джукион. – Тарны найдут путь домой и без свечи.
66
Тибал Фрайнит, очевидно, предвидел расставание Гвин с мужем, но почему это так расстроило его? Или он знает, что речь идет вовсе не о двух неделях? Спросить его Гвин не могла, потому что он, опять же вопреки обыкновению, ускакал вперед, бешено нахлестывая лошадь. Потом он ее придержал и поехал обычным шагом, держась примерно в миле впереди отряда. Так что никаких вопросов Гвин задать ему не могла.
У моктийцев лошади были лучше, и ехали они быстрее. Поднявшись на холм, Гвин увидела их
«Голос?»
«Ну еще что?»
«Я ведь могу соскочить с тигра? И вернуться домой?»
«Ты свободный человек. Я просто даю тебе возможность, а ты вольна сделать любой выбор».
Вот и прекрасно.
Отчего же ее гложет какое-то беспокойство? Потому что Тибал ведет себя так странно?
«Я дала Булриону слово. Я еще никогда не нарушала обещания и собираюсь его сдержать».
Вот тебе!
– Тебя что-то беспокоит, Гвин-садж?
Гвин очнулась: Судьбы, она опять едет рядом е этим пустоглазым Баслином!
– Я люблю мужа. Тебе этого не понять.
– Нет. А муж любит тебя?
– Да, но у него много других обязанностей. Он поехал домой, а я последую за ним через несколько дней.
Гвин думала, что на этом их разговор закончится, но через несколько минут муолграт задал новый вопрос:
– Ты променяешь свою судьбу на этого человека?
– Именно!
– Разве это не опасно?
– Почему опасно? По-моему, гораздо опаснее заниматься политикой. А если ты хочешь сказать, что я подвергаю опасности всю Куолию, я с этим не согласна. Я не полководец. Я ничего не смыслю в военном деле.
– Я хочу сказать, что это опасно для твоего мужа. Ты собираешься предпочесть его своей судьбе, а судьба может с этим не согласиться.
Эта мысль поразила Гвин. Она никогда не приходила ей в голову. Баслин чужд человеческим чувствам, и его лицо похоже на пудинг, но он вовсе не глуп. Она вспомнила другого муолграта – Раксала Раддаита. У того тоже отлично варит голова, хотя он и помечен Проклятием. Правда, у него с самого начала было, наверное, больше мозгов, чем у Баслина.
«Голос? Неужели ты навредишь Булриону?»
«Ты относишься ко мне, как к человеку. Я не человек, я только твой образ в истории».
Солнце ослепительно сверкало в безоблачном небе. Дул знойный ветер. Но Гвин вдруг стало зябко.
«Ты уходишь от ответа».
«А точнее сказать, я твой руководящий гений», – задумчиво продолжал Голос.
«Руководи кем-нибудь другим, – мысленно закричала Гвин. – А я еду домой в Долину, и ты меня не переубедишь! Навредив Булриону, ты только утвердишь меня в моем решении. Как только будет подписан договор, я умываю руки!»