Меченые Проклятием
Шрифт:
– Что ж, господином так господином. Можешь меня туда отвести?
Чинг ответил не сразу. Потом вынул из кармана бумагу.
– У меня тут пропуск. Я подделал ее подпись, садж.
– Вот как?
«Могут возникнуть осложнения», – подумала Гвин.
Чинг просительно смотрел на нее, широко раскрыв по-детски невинные и встревоженные глаза. Какой у них странный цвет! Вроде как бежевый.
– Ты меня защитишь? Иначе она убьет меня.
Демоны совести кричали Гвин: «Не смей!» Чинг предлагает ей выход, но ее помощнику, возможно, грозит
«Голос, отзовись! Это и есть моя судьба? Идти мне с ним или нет?»
«Разумеется», – ответил Голос. В нем звучала уверенность. Но он всегда говорил с ней уверенным тоном.
«Ия благополучно оттуда вернусь?»
«Разумеется».
Можно ли полагаться на его указания? Судьба ведь, наверное, бесстрастна и обезличена. Она, возможно, не понимает, как легко могут сорваться ее предначертания, как уязвима она Для бесчестных людей. Да и есть ли ей до этого дело?
– Если председателем стану я, Лабранца потеряет свою власть. И никак не сможет тебе навредить. Я заставлю ее отказаться от мести, как я заставила ее созвать Совет.
Чинг ахнул:
– Так это твоих рук дело?
– Да. Это произошло вчера, перед тем как рухнули крыша и стены Восточного крыла. Ей не очень-то хотелось подчиниться.
– А я удивлялся, с чего это она передумала.
– С этого самого. Ну так…
Гвин посмотрела на подозрительно наблюдающих за Чингом Тарнов. Они не захотят отпустить ее с ним, опасаясь ловушки. Может быть, как только она останется без защитников, наемный убийца вонзит ей в спину нож. От Лабранцы вполне можно этого ожидать.
С другой стороны…
Никакой другой стороны не было. Или она пойдет с Чингом, или погибнет в застенках Рарагаша. А может, одно не исключает другого.
– Клянусь, я не дам тебя в обиду, Чинг-садж. Я не оставляю друзей в беде. Но быстрей меня отсюда уводи, пока мои друзья не поняли, что происходит.
– Хорошо, садж, – с готовностью сказал Чинг. Он вытащил из кармана пропуск. – С этим пропуском тебя допустят на заседание Совета. Но не давай его Лабранце в руки. А мне надо положить на место эту книгу.
55
Привратник несколько минут подозрительно разглядывал пропуск, но в конце концов, видимо, решив, что все в порядке, приоткрыл одну из больших двойных дверей и впустил Гвин в святая святых. Дверь с грохотом захлопнулась за ней, и Гвин оказалась почти в полной темноте. На мгновение она решила, что попала в западню, в темницу, что произошла какая-то ошибка. Воздух был затхлый и отдавал маслом для ламп. Постепенно ее глаза привыкли к полумраку, и она разглядела лампы, свисавшие с невидимого потолка на золотых цепях, и освещенные ими шесть лиц, которые повернулись к двери, чтобы узнать, кто посмел вторгнуться в залу, где происходит заседание Совета.
Гвин
Увидев Лабранцу с левой стороны стола, Гвин повернула направо. Она быстро прошла за спинками стульев, направляясь к свободному креслу. Может, это и не трон, но все равно он был больше остальных кресел, что уже само по себе подтверждало слова Чинга. Гвин мельком заметила сидевшего рядом с Лабранцей Тибала. На его лице застыла кривая усмешка. Рядом с ним сидела крошечная Пар А-Сиур и широко улыбалась Гвин.
– Кто посмел?! – гаркнула Лабранца. – Привратник! Гвин попыталась отодвинуть большое кресло от стола, но оно оказалось слишком тяжелым, ей едва удалось сдвинуть его с места. Раздался скрип ножек по камню.
– Я имею право присутствовать здесь!
В ее голосе не было достаточной уверенности. И тогда она заговорила тише:
– Как единственный поулграт в кратере, я собираюсь занять полагающееся мне место в этом Совете.
– Вздор! Докажи это! – И Лабранца опять открыла рот, чтобы позвать стражника.
– Тот факт, что Совет вообще собрался, уже доказывает мое право.
Лабранца скривилась:
– Ничего это не доказывает.
– Тогда пусть Совет сам примет решение о моем присутствии.
Гвин изо всех сил напускала на себя уверенный вид. Стоя перед троном, она оперлась кулаками о гладкое черное дерево стола. Жаль, что на ней не очень подходящий случаю наряд: штаны для верховой езды и старый балахон. О нем только и можно сказать хорошего, что он чистый. Лабранца же сверкала серебристым атласом и драгоценностями.
На лице Председательницы мелькнуло торжество – и тут же исчезло.
– Мы уже проголосовали по этому вопросу. Но если хочешь, мы можем проголосовать еще раз, чтобы преподать тебе урок. – Лабранца угрожающе выпятила челюсть. – И вообще, как ты сюда проникла?
– Вот это мы и обсудим, когда за стол сядут все представители Меченых. Тибал, могу я рассчитывать на твой голос?
– Голосование проведу я сама! – рявкнула Лабранца. – Советник Тибал Фрайнит?
Тибал подмигнул Гвин.
– Я голосую за поулграта Тарн.
– Советник Пар А-Сиур?
– Я тоже «за».
– Советник Ордур?
– «За».
Ордур, сидевший слева от Гвин, выглядел озабоченным и невыспавшимся.
Баслин, как и следовало ожидать, проголосовал против.