Меч наемника
Шрифт:
Вперед шагнули Гэм и Амисси из когорты Кракольния и Питер – ветеран из одного с Пакс взвода.
– Отлично. Остальные будут выполнять ваши распоряжения, касающиеся переправы. А теперь взгляните все на карту. Мы сейчас здесь. Вы пойдете через эту рощу, найдете большой каменный амбар, обойдете его, пересечете фруктовый сад, затем – ползком – вот это небольшое поле и выйдете к реке. На берегу увидите большую раскидистую иву. На полмили вокруг другого такого дерева нет. У ее корней будет привязана лодка. На другом берегу пристанете к высокой – в три человеческих роста – скале, обойдете ее слева и там будете ждать.
Никто не стал спрашивать, как герцогу удалось узнать меняющийся каждый день пароль. Все предпочли несколько раз повторить его про себя.
Выждав немного, Пелан продолжил:
– Пойдете с оружием, но без щитов. И чтобы ничего блестящего на себе. Вернетесь к рассвету или чуть позже. Если попадете в засаду на этой стороне реки – поднимайте как можно больше шума. Я хоть и не буду выдвигать вслед за вами прикрытие, чтобы не выдать наш маневр, но лагерь будет наготове, если что-нибудь случится. Теперь вот что: если Кэйла вам привезут живым, но возникнет опасность попасть в плен всем вам, не допустите, чтобы его схватили во второй раз. Ни в коем случае – любой ценой. Ясно? Любой ценой – это значит убить его в самом крайнем случае. Все поняли? Тогда вперед, выполняйте.
Выйдя из шатра, Пакс поняла, что не слышит ничего, кроме шума крови в висках. Она с трудом разобрала предварительные указания гребцов: не дергаться, сидеть спокойно, руки за борт не опускать. Наконец их небольшая группа нырнула в лес из расположения роты Влади, чтобы не вызывать лишних разговоров у своих караульных.
Следуя инструкциям герцога, они даже в полной темноте легко сориентировались на местности и без всяких приключений добрались до ивы на берегу. Заметили ли их шпионы Синьявы, оставалось только гадать. Общаясь лишь жестами, гребцы усадили всю группу по очереди в лодку. Изрядно осевшая, но не перегруженная, она, повинуясь умелым действиям гребцов и рулевого, беззвучно заскользила по водной глади.
Пакс даже не поняла, как Питеру удалось в темноте вывести лодку именно к нужному им камню. Быстро выскочив на берег, солдаты заняли позицию у подножия скалы. Казалось, целая вечность прошла до того, как до них донесся стук копыт, который, приблизившись вплотную, стих. Амисси, говоря с южным акцентом, негромко спросил:
– Как добраться до Хавенсфорда?
– Это через горы, два дня пути, – последовал столь же тихий ответ.
В темноте Пакс разглядела лишь две неясные тени с головами, скрытыми капюшонами. Незнакомцы полувели, полунесли третьего человека.
– Он живой? – шепотом спросил Амисси.
– Живой, но… – Незнакомец вздохнул.
Пакс и еще двое из группы подошли к нему и взяли на руки застонавшего Кэйла Хальверика.
28
– Нельзя же быть таким беспечным, господин капитан, отходить от своей колонны так далеко. Это чистое
Кэйлу ничего не было видно сквозь мешковину, наброшенную ему на голову и завязанную на шее. Он прикинул, что о его офицерском звании похитители догадались лишь по его форме и сбруе коня. Оставалось надеяться, что они не знали, какой именно капитан попал им в руки.
– Надеюсь, вы меня слушаете внимательно, капитан. – Голос стал чуть более жестким.
Что-то твердое – носок сапога или тупой конец пики – ощутимо ткнулось ему в грудную клетку. Кэйл молчал. Через мгновение более сильный удар пришелся в то же самое место. Хрустнуло сломанное ребро, и Хальверик не сдержал прорвавшегося сквозь зубы стона.
Прежде чем он пришел в себя, чьи-то руки подняли его с земли и резко затянули петлю у него на горле. Одновременно два пальца сильно надавили ему на глаза. Кэйл дернулся. Петля на шее затянулась еще туже. Он попытался не реагировать ни на что, но, когда отсутствие кислорода помутило рассудок, его тело инстинктивно задергалось, отчаянно и безнадежно борясь за жизнь. Вместо облегчения он, уже теряя сознание, ощутил несколько сильных пинков в живот… Когда сознание и слух вновь вернулись к Хальверику, мягкий голос продолжил:
– Как видите, капитан, я должен быть уверен в том, что ваше драгоценное внимание целиком поглощено нашей приятной беседой. Имею я право на такое нахальство?
Кэйл молчал, и веревка на его шее вновь затянулась. Не контролируя себя, он захрипел.
– Вы сказали «да», капитан? Вы уж говорите почетче во избежание недоразумений.
Кэйл с трудом поборол в себе искушение выдать этому негодяю все, что он о нем думает; слишком уж ярко вспомнился ему погибший младший брат Селиам. Но, сжав зубы, Хальверик молчал.
На этот раз ему перекрыли дыхание до полной потери сознания…
– Кэйл, Кэйл, очнись, – сквозь пустоту донесся до него все тот же голос.
Очнувшись, Хальверик потянулся за кинжалом, как всегда делал это в тот момент, когда просыпался, но обнаружил, что его руки связаны. Горло горело, боль пронизывала живот и грудную клетку. Было темно. Он лежал связанный по рукам и ногам, с ужасом понимая, что похитители знают о нем все.
Голос все так же негромко продолжал:
– Кэйл, Кэлиам Хальверик, старший из живых сыновей Алиама Хальверика, его заместитель в роте, его наследник, как я понимаю.
Кэйл понял, что лежит голый на холодном полу. Чья-то рука коснулась его и пробежала по одному из старых шрамов. Хальверик вздрогнул и постарался убедить себя, что это от холода.
– Кэлиам Хальверик, много ли ты стоишь в глазах своего отца? Живым и почти невредимым, если не считать одного кусочка твоего драгоценного тела.
Чужая рука крепко, до боли сжала его мошонку.
– Боюсь только, что враги вашей семьи смогут заплатить мне больше твоего папаши и мне придется отослать ему лишь обрубок некогда полного сил сына, а твои руки, ноги, глаза, уши и язык я раздам страждущим конкурентам. Что молчишь, Кэйл? Начнем, пожалуй, отсюда…