Меч Белогора
Шрифт:
Время – вот то, что неподвластно деньгам, происхождению, случайной удаче. Это то, что почти все получили от рождения поровну. Чтобы можно было дружить и общаться с людьми не потому что они тебе для чего-то могут пригодиться и «решить вопрос», а потому что – приятно. Чтобы можно было просто пойти и погулять в парке, съездить, когда захочется, на рыбалку, без спешки, обстоятельно, почитать интересную книгу и когда-нибудь даже, возможно, написать свою…
Может, умение правильно распоряжаться временем, ценить его и использовать с удовольствием и плодотворно - это и есть то самое неуловимое, настоящее счастье, запрятанный
Или… всё дело в скромности запросов? В умении вычленить и увидеть главное, истинное, сокровенное? Как простую чашу Святого Грааля с напитком бессмертия среди ярких и блестящих золотых фужеров с ядом…
Халин принял непростое решение – уволился из престижной московской газеты, продал квартиру и переехал обратно в Белгород. Потянуло его что-то неудержимо на родину, к чистой кринице русской глубинки…
Дима суетился, освобождая от всякой всячины стулья, табуретки, подтаскивая кресла, чтобы рассадить гостей. Началась шумная возня, застучала сдвигаемая мебель, что-то с грохотом упало… Оказалось, это гладильная доска, приставленная к двустворчатому старому шифоньеру в углу комнаты.
Никто не пострадал.
Вовка, наш водитель, заметил раскладной обеденный стол, который в сложенном состоянии был втиснут в небольшой закуток между торцом дивана и стеной, без долгих размышлений вытащил компактную конструкцию оттуда и принялся собирать в центре комнаты.
Дело у него шло споро.
Я вспомнил, что на балконе у запасливого Димыча хранились несколько старых деревянных ящиков и пара широких оструганных досок, из которых он хотел сделать полки в подвале, но всё руки не доходили. Из этого стройматериала вполне можно соорудить пару лавочек для размещения народа. Иначе сидячих мест на всех не хватит.
Я притащил ящики, расставил их вдоль длинных сторон, собранного Вовкой стола. Поверх ящиков положил доски и накрыл их старыми газетами.
Ну вот, теперь мест на всех хватит.
Все, что было нужно из съестного и питейного, мы принесли с собой, поэтому до воскресного утра выходить на улицу не понадобилось.
Посиделки проходили весело. Никто не ушел домой, даже те, кто вначале не собирался оставаться. Позвонили, предупредили родных и гуляли до утра. Читали стихи, танцевали, пели, «крутили бутылочку», валяли дурака, рассказывали анекдоты и стреляли в цель из детского пистолета с резиновыми присосками.
Наши массовики-затейники – ответственный секретарь Говорухина и корректор Марина Черкашина постарались на славу.
Приз по стрельбе, к моему удивлению, выиграла Оля Любимова, только недавно окончившая журфак БелГУ. В приз входили большая шоколадка и право просить именинника рассказать из своих неисчерпаемых запасов какую-нибудь любопытную историю. Что-нибудь из своейжизни или журналисткой практики.
Я взглянул на большие круглые часы, висевшие над диваном. Стрелки стояли на четырех утра. Гости и хозяин, хорошо поддавшие, сидели, где кому досталось - на диване, стульях, стоящих впритык друг к другу, импровизированных лавках.
Было тесновато, но весело.
Включенный компьютер выполнял функции музыкального центра, негромко звучали мелодии из CD-диска «Романтические коллекции», а в углу, на тумбочке,
Мелькали кадры с памперсами, прокладками, новыми сортами искусственной химической еды и питья в разных баночках, бутылочках, коробочках, тюбиках. Жестянки с пивным пойлом, всепогодные вседорожные лимузины со встроенными барами, туалетами, кроватями, кондиционерами и другие, совершенно необходимые замечательные зарубежные изобретения нашего времени для простых российских граждан. Для их полного и непрерывного счастья!
Наступил момент, когда все наелись, напились, немножко выдохлись и пребывали в расслабленном умиротворённом состоянии. Аудитория была готова слушать анекдоты, рассказы о всяких таинственных происшествиях или амурных похождениях известных и не очень людей.
Я тоже слегка перебрал и разомлел в приятной неге, расположившись в выделенном мне Димой, маленьком уютном креслице.
Мы с интересом ждали, о чём Оля попросит рассказать именинника.
Она не задумалась ни на секунду
– Дмитрий Петрович, расскажите нам о самой необычной и странной истории из тех, с которыми вы сталкивались во время командировок по нашей области? Может, вам попадались какие-то местные легенды?
Оля хитро прищурилась и подпёрла кулачком лицо, готовясь слушать. Похоже, она что-то знала больше других…
Слегка осоловевший после длительного приема алкогольных напитков, народ, пробудился, и с интересом уставился на Халина.
– Ну, Петрович, давай рассказывай, поделись нарытым фольклором с коллективом, - раздались заинтересованные голоса.
Шеф был сторонником демократичных методов управления и почти всегда и со всеми в редакции был на «ты», за исключением официальных ситуаций и разносов. Что бывало нечасто.
Музыку чуть приглушили и обратили взгляды к имениннику.
Дима явно не был готов к такому вопросу и слегка растерялся. Он встал, вышел из-за стола и в задумчивости прошелся туда - сюда по свободному пятачку пространства. Поерошил пятерней волосы, помолчал. Затем, решившись, выдвинул ящик письменного стола и достал оттуда старую клеенчатую тетрадку.
– Ну ладно! Есть у меня кое-что, одна древняя местная легенда. Слушайте.
Халин вернулся на свое место, отхлебнул глоток минеральной воды из стакана, прочистил горло, и неторопливо начал рассказывать
– Мотаться по области мне когда-то приходилось много и не только порайцентрам, как сейчас, а и по Богом забытым деревенькам с несколькими жителями, да по отдалённым хуторам. Собирал «свежачок» из глубинки.
Расспрашивал стариков о том, кто какие сказки помнит, истории интересные от прабабушек и прадедушек. И вот, однажды, на одном дальнем хуторе, не скажу только каком именно, наткнулся на древнюю старуху. Она уж и возраст свой не помнила, но то, что ещё до первой революции родилась, это точно. Так вот, рассказала мне та бабкастранную историю. Сказку. А странную потому, что я никогда и нигде ничего подобного больше не слышал. Попытался бы об этом написать, так меня вралем бы назвали, да и ту бабку тоже. А она, кстати, померла вскорости. Я после ещё на тот хутор заезжал, так её уж схоронили. Успел только бабкин рассказ на диктофон записать, вот и всё мое доказательство той истории.