Меч Белогора
Шрифт:
Получается, надо всегда "бдеть", предвидеть, насколько это возможно, трудноразличимые издали ловушки, водовороты и нападения хищников в реке времени. Учиться выживать…
Или лучше сразу умереть? Зачем все эти долгие мучения, потери, разочарования в жизни?.. В конце концов, ведь, в виде приза, всех ждёт одна и та же награда — три аршина сырой земли…
Или физическая смерть — то просто очистительный коридор для перехода к новой жизни в новой ипостаси, как считают индусы?
Хорошо прожил жизнь, достойно, — следующую тоже живёшь в теле человека или, может быть, даже какого-то высшего существа где-то
Мда-а…
Отгоняя дурные мысли, я поехал домой.
Глава 37
После того, как я немного повалялся на диване, отдохнул и закусил остатками провизии из холодильника, меланхолия постепенно прошла и, вместо неё, появилось острое желание снова отправиться в путешествие сквозь время к витязю Семёну Белогору.
Как он там? Что произошло дальше?
Помня о жёсткой ручке кресла, на которой я висел в прошлый раз и синяке на плече, сегодня решил попутешествовать с комфортом.
Не стал наряжаться в старьё и доспехи, как вчера, а просто взял в руки меч в ножнах, улёгся на диван и расслабился.
Долго лежал с закрытыми глазами, пытаясь войти в контакт с хен-хаем.
Ничего не получалось.
Не так всё просто, оказывается. Мне ещё требуется пройти "входной контроль", чтобы продукт чужого разума принял меня за "своего", выдал "постоянный пропуск" и захотел общаться.
А может быть, таким образом, меня проверяют на "вшивость"? На профпригодность к некоему заданию? Заинтересовался ли я тем, что мне показали, во что посвятили? Или я обыкновенный рядовой "пофигист" без особых интересов, увлечений, чувства справедливости?
Либо бессовестный авантюрист, которого ничего не интересует, кроме стандартных, настойчиво вбиваемых сейчас в бедные головы обывателей, парадигм современного "дикого" капитализма, состоящих в том, что цель жизни — успех и наслаждение любой ценой, за счёт чего угодно и кого угодно, много лёгкого бабла и золотой унитаз в сортире. А ещё — безграничная власть!
Я нормальный. Я понимаю, что таким людям меч Белогора и тайны эндорфов доверить нельзя…
За моим поведением, реакциями, действиями наблюдают. Искусственный интеллект инопланетной цивилизации действует в соответствии со своей программой. А мне надо вести себя естественно, в согласии со своими жизненными принципами, и ждать следующих шагов от хен-хая.
Придётся облачаться, как вчера.
Кряхтя, я поднялся с дивана, достал из шкафа и напялил фуфайку, х/б брюки, натянул сапоги, влез в кольчугу и надел на голову шлем.
Всё?
Надо ещё подпоясаться верёвкой и засунуть за неё ножны с мечом.
Вот теперь, кажется, всё.
Чувствуя себя огородным чучелом, поудобнее устраиваюсь в кресле, чтобы на этот раз ничего себе не отдавить, закрываю глаза и начинаю медитировать.
Вызываю в воображении образ Земли из космоса и удовлетворённо чувствую сначала охватывающее тело тепло, затем погружение в знакомый туннель пространства-времени и полёт по вихревому коридору меж звёзд…
С разгона, как после прыжка в воду с вышки, влетаю в сознание покинутого вчера
Ощущаю присутствие рядом Мэгора и заглядываю осторожненько в его энергоинформационное поле.
Он полностью захвачен анализом событий, происходящих вокруг объекта внедрения и очень напряжён.
Пространство сознания Белогора, занятое Мэгором, мне кажется клубящимся красноватым туманом. Температура тумана и активность процессов, происходящих в нём, достаточно высоки, и явно имеют тенденцию к ещё большему увеличению, как будто где-то в глубине просыпается спящий вулкан и начинает пофыркивать, выбрасывая раскалённую лаву.
Получается, что… Мэгор нервничает?
Что происходит на Изюмской сторОже?
Я вылетел из тела своего носителя наружу и решил взглянуть на происходящее со стороны.
На большом поле, в самом его узком месте, "бутылочном горлышке", перекрытом, как баррикадой, непрерывным валом из срубленных деревьев, шёл ожесточённый бой. Глухо и редко хлопали выстрелы из пищалей, свистели стрелы. Примерно в середине поля, у центра засеки, звенела сталь — пешие ратники отбивали атаки нескольких десятков татар, пытающихся перебраться через преграду и уничтожить защитников.
Видно было, что в этом месте засеку уже пытались разобрать, растащить. Просматривалось нарушение структуры вала и хаотичность в расположении стволов. Отчётливо виднелись следы восстановления разрушенной части преграды, свежесрубленные деревца с ещё зелёными листьями, наваленные бессистемно в кучи, для того, чтобы как-нибудь перекрыть прорехи в редуте стратегического назначения.
Видимо, я многое пропустил.
Хен-хай перенёс меня не в тот момент времени, когда я вчера вечером покинул сторОжу, а позже на несколько часов или дней.
За этот период, небольшой татарский отряд, примерно в 50–60 сабель, подошёл к сторОже и попытался просочиться на русскую землю.
Наваленные горой поперёк поля, раскидистые деревья с густыми ветвями лишали татарскую конницу её основных преимуществ, ломали привычную тактику нападения.
Обычно, крымчаки атаковали противника с фланга, пролетая лавиной мимо строя и осыпая его меткими стрелами. Затем, избегая ближнего боя и не входя в соприкосновение с вражескими воинами, возвращались обратно, перестраивались и шли новой волной. И так до тех пор, пока поредевшие ряды защитников не могли противостоять прямому натиску конников и либо погибали на месте, либо бежали с поля боя.
Сейчас же татары были вынуждены спешиться и разделиться на два отряда. Один из них принялся растаскивать деревья, пытаясь проделать сквозной проход со своей стороны, другой пытался в это время взять штурмом преграду, перебить защитников и потом пройти навстречу товарищам, расчистить путь для лошадей.
Пятеро казаков, укрывшись в окопчиках и за толстыми брёвнами, били по татарам из пищалей и луков, остальные удерживали атакующий отряд в рукопашной схватке.
На склонах зелёной баррикады виднелось несколько неподвижных тел в тёмных суконных халатах, отороченных лисьим мехом и в бараньих тулупах, вывернутых мехом наружу.