Меч Баа Ци
Шрифт:
Воевода продолжал:
— Ну и начались у нас под началом нового князя большие перемены. Войско стали собирать, купцов налогами обложили. Начали на управление звать не знатных, а умных. Меня вот тоже выдвинули, простым лавочником был. А там пришли успехи. Сначала разбили несколько мелких отрядов Золотых знамен. Потом с переменным успехом провели несколько стычек с крупными силами. Вот недавно Владимир Красный наголову разгромил большое войско Фурры Квинтуса. Ох, как душу отвели!
— Но мы тут недавно поучаствовали в бою и там Хвою знатно помяли,
— Красиво и радужно бывает лишь в детских баснях, — ответил воевода, поднимаясь с чашей. Потом громогласно заявил, обращаясь ко всем пирующим. — Что же, мои горожане, друзья и соратники! Выпьем же за грядущую победу, скорую или нет, но нашу! Несмотря ни на что!
— Выпьем! — подхватил, вставая, Восолап. А за ним и остальные бойцы. Только раненный с равнодушным спокойствием глянул на пирующих и опять опустил взгляд в свою миску с пресной кашей. Впрочем, это не осталось без внимания острого на язык Мараша.
— А чего наш ранетый рыцарь так грустно смотрит? Вином обошли? Так…
— Ему нельзя! — едва не по-кошачьи прошипела Света, сверкнув яростными глазами. — Потравите мне… больного!
Но ее гнев только рассмешил воевода. А за ним и остальные беззлобно рассмеялись.
— А может ему молочко в блюдечке дать? — поддел врачиху Мараш. — Коль ты за ним выхаживаешь, как за больным котенком. Смотри, того гляди и замяукает! Хы-хы…
Светлана начала выискивать рядышком предмет потяжелее, чтобы кинуть в воеводу и заткнуть таким образом поток скабрезных шуток. Но внезапно на воеводу посмотрел вполне прояснившимся взглядом сам раненный. Он холодно улыбнулся и отчетливо сказал:
— Все не так! А не пью я за вашу победу, потому что вы все равно проиграете.
Он еще раз улыбнулся, отводя руку Светы, что порывалась его успокоить и призывала помолчать.
— Вы проиграете — а мы победим!
Глава 38. Сумеречная гостья
— А вот хрена с два! — ответил Мараш, даже не моргнув глазом, когда выяснилось, что перед ним не свой раненный боец, а очень даже вражеский.
— Хрена с два! — загоготали окружающие и начали дружно опустошать чаши с хмельным напитком. Допив, Мараш подмигнул ошарашенной Свете.
— Что, врачиха, думала, мы знать не знаем, чьих сторон твой друг любезный? Да сразу узнали, стоило на потертости глянуть, на одежку, да сапожки не нашего покроя. Но ради тебя стерплю эту змеюку на груди.
Остальные пирующие и смотрели на вражеского застольщика, как на пригретую в приличном обществе змеюку. Что вместо благодарности лишь шипит и клыки кажет. Воевода сделал вид, будто совершенно не замечает рыцаря Золотых знамен, наливая следующую чашу.
— Что, даже не повешаем? — спросил с легким разочарованием Восолап.
— Да чего там вешать, — ответил Мараш, отчего-то с крайним интересом рассматривая тонкую струйку вина, что лилась из кувшина в чашу. — Как выздоровеет, пусть валит на все четыре стороны.
— А вот фигушки! — вскинулся Мечтатель. — Саша теперь моя и никуда не пойдет. Будем здесь Баа Ци ждать!
— Князь и Баа Ци в дальнем переходе, крупные войска собирают для решительного сражения, — сказал Мараш. — Долго придется ждать. Но есть у меня природное чувство, что вот эти молодцы, дружки нашего гостюшки, тебе уже скоро скрасят ожидание. Одних мы разбили, так другие придут.
— Ничего, — скромно ответил Мечтатель. — Мы люди щедрые, звиздюлей на всех хватит. Да, Саша? Иди ко мне!
Та заметалась между родителями и новым опекуном. Поначалу ее схватил за руку отец, не собираясь отпускать. Про договор он и слышать не хотел. Но внезапно улыбчивый и с виду добродушный Мечтатель сверкнул холодным блеском глаз, спросив.
— Вам нужно время для прощания? Или вы хотите разорвать договор? Учтите, я как отдал тнете, так могу его и забрать — и глава вашего семейства опять превратится в овощ. Возможно, навсегда. Устраивает перспектива?
На другом конце стола произошел короткий семейный спор, затем Саша сама выдернула руку из еще слабой кисти воскресшего папаши и направилась к Ане. Всем видом показывая, что лишь подчиняется обстоятельствам. А будь ее воля, ни за что бы не пошла во власть паренька с сомнительными умственными способностями. Едва она приблизилась, Мечтатель одним рывком усадил ее за плечо рядом с собой.
— Отлучаться только по разрешению. Город в осаде и мы — его единственная надежда, если враг опять применит своих… назовем их колдунами.
— Это Темные души, — поправил Восолап и сразу же увлекся разламыванием куска вареного мяса. Видимо, не желая далее углубляться в разъяснения, что это за существа такие.
— Вот! Темные души. Одну душу мы уже отдухарили, но она явно не последняя.
— Их было семеро, — встрял Мараш. — Каждая придана отряду вот этих красавцев.
— Ну вот, — мягко добавил Аня. — Их уже шесть, а нас теперь двое!
— Неет! — протянул с другого конца отец Саши. — Их было семеро, семеро и будет. Даже если ты каким-то чудом убил одну из Темных душ, все равно ее место займет другая!
— Ничего страшного, — заверил его Аня. — Я, Аня Ци и она — Саша Ци, мы вместе дадим отпор вашим Темным душам, а если потребуемся, умрем с честью! Правда, Саша?
— Я не хочу умирать, — тихо прошептала Саша, слегка побледнев. В последнее время она из мира, где пусть и видела смерть, но будничную, в форме окочурившихся с перепоя бомжей и теток преклонного возраста, попала в жестокий, если не сказать — кошмарный мир. С гигантскими налимами, что заглатывают лошадей, с жуткой Околесицей, со смертельными схватками и борьбой за выживание на каждом шагу. Такое не могло не напугать — до крупной дрожи по всему телу. Даже Герхарда временами трясло, едва он начинал осознавать все пережитое за последнее время, едва он имел несчастье повстречаться с Мечтателем. А что говорить про маленькую девочку…