Меч Баа Ци
Шрифт:
Мечтатель долго вглядывался в мутную воду, пока не заметил еле уловимое движение на самом дне. Он резко повернулся к людям на понтоне, отчего те испуганно отшатнулись — глаза Ани ярко горели фиолетовыми огнями — признак включенных исследовательских умений, коими он искал малейшие следы рукотворной опасности.
— Быстрее! К оружию! Мечи, копья к бою! — заорал Мечтатель.
И в этот же момент одна из лошадей на втором понтоне, что следовала за ним по горло в воде, внезапно всхрапнула, забилась, издавая испуганное ржание. Ее вопль утонул в пучине, куда она погрузилась, влекомая неизвестной силой, да так и
— Копье! — протянул руку Аня и расторопный горбун-возница с готовностью протянул ему оружие. У второго понтона с диким ржанием ушла под воду еще одна лошадь. Мечтатель едва успел проследить исследовательским умением стремительно скользнувшую тень огромного хищного существа у самого дна.
— Ну, братцы, — сказал Аня, вскидывая руку с копьем. Затем с силой метнул его прямо под дно второго понтона. — Держитесь!
Вода вокруг второго понтона внезапно вскипела мелкими пузырьками, пошла волнами, кони, ранее лезшие на борт, шарахнулись прочь. А само судно подпрыгнуло вверх, разламываясь на части от мощного удара. В стороны посыпались люди, куски дерева, мешки с сеном и рухлядью. Вверх пошел высокий столбы воды, когда же он стал опадать, показалась огромная морда с широкой беззубой пастью.
— Налим, что ли? — выдохнул горбун-возница. — Вот это переросток!
Еще несколько копий ушло в морду зверя, смачно воткнувшись в его черепушку. Убили или нет — не понять, рыбина стремительно исчезла в пучине.
— Быстрее! Она там не одна! — вопил Аня, выхватывая с пояса взрывательный камень. Плывущего легкораненого бойца завернуло, поволокло прочь. Он с воплем вырвал меч и начал лупить кого-то невидимого у себя под ногами. Еще одна лошадь ушла под воду, да так и не всплыла. Кто тонул, кто спасался на обломке разбитого понтона, кто спасал раненых, перетаскивая по горло в воде на уцелевшие посудины, кто рубил водную плоть, пытаясь попасть в вертких гигантских налимов. Аня с досадой опустил руку с взрывательным камнем, поскольку применять его, не оглушив барахтающихся в воде людей, нереально.
— Рубите лошадей! — внезапно крикнул Герди. — Кровь отвлечет рыбин от людей, они нажрутся и уплывут!
Аня обернулся на немца и глянул со смесью удивления и восхищения. Выход при всей его живодерности Герди предложил вполне логичный.
Черная туча уже полностью обволокла и болото, и людей, что боролись за жизнь на его глади. Тонко визжали забиваемые лошади. Булькала вода, раздавались короткие команды Светы. К ней подключился и Герди.
Еще несколько минут вылавливали людей с разбитого понтона, наблюдая, как то тут то там после короткого взбулькивания исчезают в пучине тела забитых лошадей.
Потом наступила тишина.
Горбун осторожно привстал, заглянув в воду, словно боясь, что оттуда выпрыгнет рыбина и заглотит его, точно чебак неосторожную мошку. Он с надеждой обернулся к Ане. Ушли рыбы или еще плавают рядом в поисках новой добычи?
Тот приложил палец к губам, продолжая осматривать округу с помощью исследовательских умений. Причем, глядел не в воду у понтонов, а назад, в сторону затопленной полянки, которую пришлось так
Затем он встал, поправил пояс, запоздало вспомнив, что меч утонул в болоте еще в прошлом бою.
— Что там? — спросил его отчего-то шепотом Герди. — Что ты там видишь?
— Рыбнадзор по нашу душу прибыл, — сказал Аня и не смотря на бодрый тон, голос его слегка дрогнул. — Штрафы выписывать будет за незаконную рыбалку.
Сквозь черные тучи блеснула луна. Она пролила дорожку света на мелкую зыбь поднявшегося болота. Теперь уже и остальные, не только Мечтатель, увидели при лунном свете, как к ним идет, ступая прямо по воде, невысокая темная фигура.
Глава 20. Околесица
— Уважаемый инвалид третьей группы, — обратился Аня к горбуну-вознице, что встал рядом с ним, пусть и с трясущимися коленками, но держа топор наизготовку. — Ты же все здесь знаешь, поясни, что это за чудная прелесть шагает к нам по воде аки по суху?
Горбун прищурился, всматриваясь в темную тень, идущую в их сторону прямо по водной глади.
— Околесица, судя по виду, — ответил, облизывая губы. — Болотная околесица. Вид нечисти. Живет вдоль дорог по обочинам, то бишь, около колес, караулит путников в беде, потом нападает и заставляет человека носить себя, болтая разный вздор, пока не помрет несчастный от усталости.
— И это нормально для ваших мест? — Аня покосился на деда. Кто знает, возможно, в этом мире пока пару-тройку раз околесицу не покормят на дню и обедать не сядут.
— Это совсем необычно. Но и не сказать, что дело совсем небывалое. Вот когда оно все вместе в одно время: и половодье, и налимы-переростки да еще вот эта окаянная нечисть… Либо чо, либо мы редкостные удачники.
Аня степенно кивнул, мол, все понял, спасибо за пояснения. Вот и появился шанс узнать — находятся ли они в угасающем разуме мертвой Светы или в реальном мире. Он приблизился к краю понтона, поднял руки, привлекая внимание к себе существа. Хотя рекомая Околесицей тварь и сама охотно шла к нему, видимо, решив, что именно он — лучшая добыча из всего человечьего ассортимента.
— Достойная Околесица! — крикнул Аня, едва послушным языком, поскольку вымок в холодной воде и теперь трясся под ледяным ветром. — Если вы решили вызвать меня на поединок, давайте следовать ритуа…
Тварь ускорилась, последние метры уже почти летела ему навстречу, и Мечтатель понял — следовать традиционным ритуалам поединка она не собирается. Кто-то выпустил по ней стрелу с заднего понтона, по простоте душевной и кривым рукам едва не проткнув ею неудачно поднявшегося Герди.
— Все в укрытие! — приказал Мечтатель. — Быстрее!
Народ без раздумий залег за мешками с сеном и сундуками с медикаментами, ожидая от Околесицы всяческих нехороших вещей.
— Теперь ее как-то надо утихомирить, — продолжил немного тише Мечтатель, наблюдая за тенью. Он выдрал из рук горбатого возницы топор, крутнул в руке, готовый встретить врага во всеоружии.
— А и ничем ее не возьмешь, призрачная она! — сказал ему под руку горбун, без лишних возражений расставшись с топором. Сам старик сразу подхватил шест, словно копье выставив одним концом в сторону Околесицы. — Покамест на человека не заберется, неуязвима! И убить ее можно лишь с человеком вместе.