Меч Баа Ци
Шрифт:
Он сплюнул в воду, со свирепым злорадством добавив:
— Ну ничего, когда она узнает… она и эту Искру Мироздания наизнанку вывернет. И обратно свернуть забудет… она у меня такая забывчивая иногда…
— Нехорошо так говорить! — нахмурился Страшила. — Искра меня послала сюда тебе помогать в военных делах, дурнина! Все равно, мол, для реального мира ты умер, говорит. А в том мире может все уладится. Я Искру еще спросил, как тебя найти, а она сказала, мол, такие альтернативно одаренные создания сами находятся. И ведь был прав! А ты сука даже спасибо не сказал — сколько раз я тебя спасал!
Страшила
— Ты мне помог!? Да ты мне все дело сгубил, всю мою схему, все планы, которые я долгие годы выстраивал! Помощничек! Та тварь, что… мне пришлось наделять ее человеческими свойствами, чувствами, разумом! План Б, сука! Вы появились и все псу под хвост! Вы! Родственнички! И эта дурында с конопатыми сиськами, и мать… ее… твою мать! Все насмарку из-за вас! Я бы сейчас чай пил дома с Тейли, а не месил грязюку выдуманного мира перед вами, стадо оживших мертвяков!
— Прямо час откровений, — невесело усмехнулся Страшила, хотя едва ли понял хоть что-то из этой сбивчивой речи. Потом и побрел прочь, в сторону войск. Через пару шагов повернулся, указал на Рекщинэ, затем на Тайлин и грозно велел Баа Ци разобраться с ними, как тот обещал. А он в это время будет в захваченных укреплениях третьего отряда готовиться к обороне.
— Я легко мог выбраться отсюда в любой момент, — хрипло повторил Вахтер ему в спину. — Но для этого мне пришлось бы уничтожить весь этот мир. И вас всех вместе с ним!
Но тот то ли его не услышал, то ли делал вид, будто не слышит, продолжая идти прочь. Вахтер развернулся к Тайлин и жестом позвал к себе. Также велел спешиться и Рекщинэ. Они, посчитав, что данный человек будет вести их поединок в качестве секунданта, с готовностью поспешили к нему.
— Кажется, мы встречались? — холодно спросила его Тайлин, окинув взглядом.
— Да, — ответил Вахтер. — Встречались. Ты спасла меня от казни. Я же теперь спасу тебя от смерти в поединке. Рекщинэ, Тайлин, воля бога Баа Ци такова — вы должны помириться. Даже так: вы обязаны это сделать! Так что простите друг другу все обиды, пожмите руки…
— Иначе что? — усмехнулась Рекщинэ. — Никто не волен диктовать мне, что чувствовать к тому или иному человеку! Приязнь или омерзение!
Последнее слово она выговорила, кивнув в сторону Тайлин. А то вдруг не все догадались, к кому она испытывает крайнюю неприязнь, доходящую до омерзения. Тайлин мгновенно вспыхнула гневом, натянула на голову шлем и принялась чертить носком правого сапога черту пред собою, явно демонстрируя, что время разговоров прошло.
***
Через какое-то время к берегу подскакал на вороном жеребце, увлекая за собою еще трех коней, сам Мараш в сопровождении двух верховых бойцов из городской стражи. Он с удивлением обозрел истоптанную площадку у самой реки, где с детства привык удить рыбу и купаться. Теперь здесь лежали два бесчувственных женских тела. Проследив его удивленный взгляд, Баа Ци только развел руками.
— Они первые полезли драться! Я только защищался! Да что вы там скачете, давайте, идите сюда да помогайте тащить!
Один из бойцов лихо спрыгнул, но приземлился в огромную кучу навоза. Он выругался, пытаясь стряхнуть прилипшую гадость с сапог.
— Бобры нагадили, — пояснил Вахтер. —
— А зачем же ты таких умных животинушек матом ругал, позволь поинтересоваться? — спросил Мараш, подходя к бесчувственной Рекщинэ и раздумывая попутно, как наиболее сподручнее положить ее на седло, а главное — целомудренней, дабы князю не показалось, будто он покусился на его женушку. Хотя женушка сейчас была облачена совсем не по-женски в форму офицера Хорхета, погонщика боевых бобров и со стороны вообще не разобрать, какого пола. Но местный этикет требовал соблюдения особого уважения к женщинам высшего сословия.
Вахтер пнул по ноге Тайлин и проговорил:
— Я им, главное, говорю, девочки, помиритесь, не время ссориться! Именем Баа Ци говорю. А они — «с дороги!». Ну и еще Тайлин мне Черной Грозой влупила. Мне, такой зайке, блин! Я ей и прописал двоечку. Потом фингалы будут симметрично на оба глаза, конечно. Но она все равно тени всегда так подводила, что просто на пару недель косметики сэкономит. Не страшно. А Рекщинэ ее добивать побежала и тоже того… под руку попалась. А спина до сих пор чешется от Черной Грозы, да… хорошо еще, я им попался. К слову, за них еще бобры бросились заступаться, пришлось заорать командирским голосом. В итоге вон кучи, а сами зверятки уплыли. Быстро так… ну дак облегчились, ясно что скорость улучшилась. Как бы не утопли от волнения, беспокоюсь.
Крякнув, боец с грязными сапогами подхватил Тайлин, закрепляя на своем коне. Попутно спросил:
— А ты можешь также и на остальных бобров покричать? Они же и наши корабли у причалов разворотили! Совсем теперь никак до города не добраться. И никакой на них управы. Князь запретил стрелять.
— Всех не могу, — разочарованно вздохнул Баа Ци. — Иначе и рыба повсплывает, а ее очень жалко, тварь безвинная и в наших делах совершенно не замешана. Ну что, погнали в укрепление третьего отряда? Там хоть какие-то стены имеются.
Мараш вздохнул, указывая плетью, что погонял коня, за спину. Там, далеко за лесом, на холмах показались конные фигурки передовых разъездов Ордена.
— Да, хорошие стены нам скоро очень не помешают…
Глава 79. Зови его
— Сломанные ворота, — констатировал Визирь, рассматривая впереди искореженные металлические двери, посередине которых зияла дыра в два человеческих роста. Края четырех створок были погнуты, щетинясь уродливыми зазубринами, словно изнутри наружу пытался вылезть огромный мощный зверь. И как будто ему это удалось…
Визирь сделал знак быть начеку и сам первым заглянул внутрь пробоины.
— Да, — вздохнул с легкой печалью. — Разведчик не врал. Тут был хороший бой. Слабонервным лучше не смотреть. Зажмурьтесь, проходя мимо, женщины.
Катя нервно хихикнула, пояснив, что слово «зажмурьтесь» имеет и другой смысл — «умрите». Визирь пожал плечами на ее умничанье, направившись внутрь пробоины.
— Энциклопедия ты ходячая, — фыркнула на Катю Фея, попутно стрельнув глазками испод шлема на Герди, Кроша и последовала за командиром. Не преминув при этом активно задействовать изящные бедра, обтянутые черными брюками.