Мазергала
Шрифт:
— Зачем всё это?! Ведь ты пробудешь здесь всего лишь одну ночь, а завтра Грозник отнесет тебя вместе с Забредягиным на берег Буйного Моря!
Альберт, с улыбкой оглядывая комнату, до отказа набитую шкафами, столами и столиками, огромными кроватями самых разнообразных конфигураций и расцветок, ответил полушутя:
— Что поделать — люблю красивую мебель! И потом... Когда ещё, если не сейчас, можно почувствовать себя самым настоящим волшебником! По-моему, даже стыдно упускать такой шанс!
"Отчасти он, конечно прав, — подумал Георгий, скорчив многозначительную
Сняв с себя верхнюю одежду, Георгий подошёл к "своему" дивану и с удовольствием улёгся на него, блаженно при этом потянувшись.
— Ты как хочешь, а я посплю, — коротко бросил он Альберту, который в это время расхаживал по комнате, внимательно осматривая каждую из появившихся, благодаря его стараниям, вещей.
— Кстати, здесь есть душ, — сказал Альберт, открыв одну из двух дверей, появившихся в стене комнаты в то же самое время, когда в ней возникали другие, менее полезные вещи. — Если хочешь, Жора, можешь им воспользоваться.
— Это что же, ты хочешь сказать, что от меня воняет? — равнодушно спросил Георгий, заложив под голову обе руки и "сладко" зевнул. — Если даже и так, то мне на это наплевать. В конце концов, я не собираюсь сегодня "подбивать клинья" к особам женского пола, а самому для себя мыться мне просто лень, тем более, сейчас.
Георгий заметил, что его колкость "достигла цели". Альберт на секунду переменился в лице, метнув на друга недоброжелательный взгляд, но оставил, однако, этот намек на его отношения с Нирой без ответа. Он молча разделся и проследовал в ванную комнату.
Георгий, услышав через минуту шум льющейся воды, подумал: "Надо же и вправду, душ с водопроводом! Чудеса...".
Под монотонный шорох воды в душе Георгий незаметно заснул и, несомненно, проспал бы до самого утра, но поздно ночью, внезапно раздавшийся в комнате грохот в один миг заставил его открыть глаза и насторожиться.
— Вот черт! — услышал он злобный шепот Альберта, который, в кромешной тьме, видимо, наткнулся на один из многочисленных шкафов, им же самим и придуманных. На пол упало что-то тяжёлое и, услышав шелест бумаги, Георгий догадался, что это — книга. Георгий хотел окликнуть друга, но, услышав, что Альберт на мгновение замер, он понял, что тот именно потому и пытался вести себя как можно тише, что не хотел будить его. Георгий, еле сдерживая смех, нарочно заворочался, проверяя, что последует за этим.
Георгий слышал, как Альберт, затаив дыхание, постоял на одном месте около минуты, а затем, решив, что падение книги никак не повлияло на крепкий сон товарища, продолжил своё ночное "путешествие", лавируя между хаотично расставленной мебелью и направляясь, как уже догадался Георгий, к выходу из комнаты.
"Сам виноват, — подумал Георгий с улыбкой на лице, глядя в чёрный потолок. — Нечего было выдумывать эти ненужные предметы!".
Еле слышно зашуршала открываемая дверь (на этот раз Кронгрус почему-то не стал запирать её снаружи), и Георгий понял, что Альберт вышел в холл дома.
Георгий догадался, куда направляется
"Подожду его возвращения, — с долей ревности, злорадно подумал Георгий. — Я почти на сто процентов уверен, что не пройдёт и трёх минут, как Альберт, пристыженный, вновь окажется здесь. Вот тогда-то я вволю посмеюсь над ним!".
Но три минуты прошли, а из холла по-прежнему не доносилось ни звука. Георгий ждал, что в ночной тишине вот-вот раздадутся возмущённые крики девушки и Альберт вернётся в эту комнату недовольный и посрамлённый и даст Георгию повод изречь длинное нравоучительное наставление, фразы которого так и "вертелись" у него на языке. Георгий напряжённо ждал, но ни один посторонний звук, так и не потревожил величественное безмолвие волшебного дома...
Проворочавшись с полчаса, Георгий с удивлением понял, что наглая попытка его друга, похоже увенчалась успехом, не оставив ни малейшего повода для язвительных насмешек.
— Ну и хрен с ним! — зло сказал Георгий самому себе и, накрывшись одеялом с головой, "отбросил прочь" все свои ожидания и предположения и вновь погрузился в тёплые волны сна.
"Утро вечера мудренее, — засыпая, думал он. — Я все узнаю завтра...".
***
Осторожный стук в дверь заставил Георгия открыть глаза. Он приподнялся, опираясь на локоть, и огляделся. Уже наступило утро, и первые красноватые лучи солнца проникали в комнату, мягко обволакивая её содержимое и создавая ощущение домашнего уюта, несмотря на беспорядочно расставленную вокруг мебель.
Стук повторился, и Георгий крикнул несколько осипшим после сна голосом:
— Войдите!
Дверь открылась, вошёл Кронгрус и с неизменным выражением непоколебимости и таинственности на лице, произнёс:
— Господин Георгий и господин Альберт! Господин Грозник желает вам доброго утра и просит вас, как можно скорее, явиться в его кабинет!
— Передайте господину Грознику, что мы... — Георгий осёкся на полуслове, вспомнив ночную отлучку своего друга, и не найдя его глазами, встал с дивана и заглянул за ближайший шкаф. Альберт мирно спал на широкой кровати с резными спинками и похоже даже не услышал разговора Георгия с Кронгрусом.
— Мы сейчас придем, — повернувшись лицом к слуге, сказал Георгий.
Кронгрус кивнув, покинул комнату, а Георгий тотчас же принялся тормошить друга.
— Вставай, вставай! Нас Грозник зовет!
Но Альберт, отмахнувшись, что-то пробурчал в ответ, и перевернулся на другой бок.
— Вставай, поднимайся, бабник хренов, на работу опоздаешь! — соврал Георгий, воспользовавшись проверенным методом.
— Что?! — тут же подскочил Альберт, вытаращив глаза. — На работу?!
Он быстро встал с кровати, и уже протянул было руки к валявшимся на полу носкам, но остановился на полпути, ухмыляясь, посмотрел на Георгия, и медленно помахав указательным пальцем из стороны в сторону, произнёс, растягивая слова: