Маяк Старого Галса
Шрифт:
– Возвращайся, парень, в Ноузгей и не волнуйся. Завтра я доставлю туда мясо пары откормленных бычков и несколько мешков с пшеном и кукурузой. На первое время им провизии вполне хватит. Больше пока дать не могу, своих тоже кормить чем-то надо. С одеждой, увы, помочь ничем не смогу. Передам Ферри, может, он по своим каналам что-нибудь раздобудет.
– Меня здорово напрягает, что по пути за мной долго ехала какая-то подозрительная карета, пока я не свернул в рощу.
– Плохо, брат. Это похоже на слежку. Так что не рассиживай, собирайся в обратный
В Ноузгей юноша возвращался в хорошем настроении: пока гвардейцы полковника Осадо находятся в подземном туннеле, им не грозит голод. А с одеждой со временем вопрос все-таки решится.
Прождав у сторожевого поста впустую день и всю ночь, злые и голодные агенты помчались на карете в обратную сторону. Прочесали вдоль и поперек маленькую рощицу, где скрылся рэдперос. Но подозрительный всадник бесследно исчез, не оставив никаких следов.
– Черт! Куда же девался чертов охотник? – ругался Восто, не находя себе места. – Эх, надо было Флари с собой брать! Он бы точно тут что-нибудь разнюхал!
Когда наш герой спрыгнул с коня у калитки на Улице Кипарисов, к таверне Толстяка Авидо подлетела взмыленная тройка, запряженная в карету. Узнав у зевак, торчавших у заведения, что одинокий рэдперос уж три часа, как проехал, агенты охранки чуть не лопнули от переполнявшей их злости. После обеда старший сыщик отозвал в сторонку подшефных.
– Вот вам парни за моральный ущерб. Когда вернемся, о подозрительном всаднике шефу ни гугу, договорились? – сказал Восто, доставая кошелек и отсчитывая агентам золотые монеты. Задобрив недовольных провалившейся операцией агентов, он всю дорогу до Бельканто с угрюмым видом молчал.
«Все равно продадут, черти! – думал он, глядя в окно. – Особенно нет доверия зеленому шустрому Силбато. Что-то он в последнее время зачастил в кабинет Рабиозо».
Глава тридцать вторая
Переброска гвардейцев к форту «Алармо»
Уважаемые читатели, вернемся же в сад Мамы Джульетты, посмотрим, что же там происходит. Если бы двор не был со всех сторон закрыт буйной зеленой растительностью, то соседи бы страшно удивились, увидев несколько огромных котлов, в которых варилась пшенная каша. Около них с большой поварешкой колдовал взмокший и раскрасневшийся Макото. Изредка в саду появлялась Мама Джульетта и придирчиво снимала пробу, иногда пожилую женщину заменяла общительная Лила, чему доморощенный повар был страшно рад.
Потом приготовленную еду Торбеллино в брентовых мешках переправлял через колодец в подземный ход, где его поджидали дежурившие гвардейцы. Они, забрав провизию, переносили ее в широкий туннель к своим товарищам.
Ночью первая партия из пятнадцати гвардейцев через колодец проникла в сад, готовая отплыть на паруснике из Ноузгея. В ночной тишине послышался скрип колес: к домику Мамы Джульетты подъехал крытый фургон. Бойцы, соблюдая осторожность, быстро загрузились
Его пару дней назад извлекли из сарая, где он хранился. Макото и Паретто осмотрели суденышко, на котором уже несколько лет никто не плавал. Проверили корпус, снасти, паруса. Убедившись, что он еще вполне годный для плавания, спустили его на воду. Парусник был старенький, но еще достаточно прочный. На нем когда-то отец Паретто участвовал во многих парусных регатах. Даже однажды занял второе место и выиграл приз.
Беглецы перекочевали из фургона на суденышко. Наверное, за всю свою морскую жизнь бедное судно впервые принимало на своем борту столь многочисленный экипаж. Оно погрузилось по самую ватерлинию.
– Ну, братцы, отчаливаем!
– Да сопутствует нам удача!
Поймав легкие порывы ночного бриза, затрепетал поднятый парус. Шлюп стал быстро удаляться от пристани. На рейде поблескивая якорными огнями, темнели громадами корабли эскадры Черного Адмирала. Торбеллино следил за парусами, а хозяин шлюпа, низенький плотненький Паретто, был в роли рулевого. Старались плыть вдоль берега, чтобы их не засекли сторожевые корабли. Ну, вот Залив Слезы Осени наконец-то позади, можно и расслабиться.
– Дай-ка я на румпеле немного посижу, – напросился в рулевые молодой фрид. – Давненько не управлял парусным судном. Соскучился.
Паретто уступил свое место юноше, а сам отправился в каюту посмотреть, как там себя чувствует экипаж. Через некоторое время он появился встревоженный.
– Беда! Торбеллино!
– Что случилось?
– Течь! В трюм поступает вода! Держи ближе к берегу, иначе потонем!
– Найди ведра, любые емкости, какие есть на шлюпе, пусть гости вычерпывают ими воду!
– Ведро только одно! – развел руками Паретто. – Есть, правда, несколько брезентовых мешков!
– Это то, что надо!
Экипаж дружно взялся за дело. Но вода продолжала неуклонно прибывать. Суденышко заметно замедлило ход, дало осадку, погрузившись выше ватерлинии.
– Шустрее братцы, осталось совсем немного! Продержаться всего-то надо около часа! – поторапливал бывших гвардейцев Торбеллино.
– А если пристать к берегу и подремонтирвать корпус, – посоветовал кто-то из беглецов.
– Куда ты пристанешь? Посмотри, тут одни голые скалы!
– Туман еще как назло! Ничего не видно! – проворчал расстроенный Паретто, вглядываясь в белую пелену.
– Братцы, не стойте на месте! Продолжайте вычерпывать!
– Ну, вот мы и дома! – воскликнул обрадованный Торбеллино, увидев Мыс Трех Братьев, окутанный серым туманом.
– Причаливай, Торбеллино! Вон подходящая песчаная отмель!
– Слушаюсь, капитан! – отозвался фрид, сидевший за румпелем. – Всем приготовиться к выгрузке! Придется, дорогие мои, немного искупаться!