Май
Шрифт:
Несколько раз девушка звала молодого человека за компанию покурить или погулять после уроков. (Как же некрасиво она врала о причинах, по которым Саша не сможет с ними пойти!) Но Май отказывался, ссылаясь на музыкальные занятия и репетиции (тут он тоже приукрашал). И Тая отстала, но лишь на время, пока вынашивала план, как бы ей заловить его в свои сети. А для этого ей нужно было оказаться с ним наедине, иначе как ещё продемонстрировать себя в полной красе?
С началом учёбы в школе у ребят возобновился футбол. Май принял игру без
В один из таких тёплых сентябрьских вечеров молодёжь собралась привычной компанией на поле. Девушки стояли за пределами ограды, о чём-то шушукаясь и беспричинно смеясь. Ребята лениво перекатывали мяч, не отрываясь от своих разговоров. Май ещё не подошёл. Саша часто подбегал к подруге в порыве её обнять или ущипнуть (ему всё время хотелось что-нибудь сделать, чтобы показать свои чувства, и делал он это пока так неумело, словно мальчишка младшего класса, который дёргает за косички девочку, в которую влюблён).
Когда вдали показался Май, Тая тут же переменилась. Её глаза засветились, в них появился задор и интерес. Предстоящий вечер окрасился особым смыслом и настроением. Теперь на попытки Саши обнять её девушка реагировала раздражением и каждый раз смотрела на реакцию того, кто её действительно интересовал. Май временами задумчиво посматривал на Сашину девушку из-за сетчатой ограды, и его глаза ровным счётом ничего не выражали.
После футбола девушка делилась впечатлением с подругой. Она была не в силах сдержать эмоции и говорила только об одном.
– Он очень хорошенький, правда? – улыбнулась Тая, довольно сощурив глаза.
– Кто? Этот лохматый? Не знаю… По мне, так бе-э… – ответила удивлённая Даша.
– Ты что?! – испуганно вспыхнула подруга.
– А что? Не поймёшь, что у него в голове. Сашка вокруг тебя увивается, чуть ли не прислуживает, влюблён по уши, а этот, мне кажется, слишком большого о себе мнения. На внешность я тоже таких не люблю. Смазливый, пухлогубый. Мне не нравятся такие ребята. У него верхняя губа вся изогнутая, а нижняя – как у бабы. И глаза свои – шары, впялит в тебя, не поймёшь, чё ему надо. Да ну… – проговорила Даша, жестикулируя пухленькой рукой.
– Наоборот, у него такие губы… Так и хочется с ним целоваться, – сладким голосом пела Тая. – А ты не заметила, он на меня посматривал? Скажи? И как смотрел?
Даша скривила лицо, уголки её губ презрительно устремились вниз, взгляд выражал полное недоумение.
– Я не поняла. И вообще, он мне кажется немного женоподобным.
– Это из-за волос? – спросила Тая.
– Не знаю, – передёрнула плечами девушка. – Он весь для меня мерзкий.
Тая расстроилась. Она ожидала большего от сегодняшнего вечера и лелеяла
– Он очень умный, – ни с того ни с сего произнесла она, будто уговаривая себя.
– Да и пусть.
– Намного привлекательнее Сашки.
Даша фыркнула. Для неё пока не существовало критериев в выборе молодых людей. Она ни с кем не встречалась, в компании её принимали за пацанку. По её мнению, парень должен быть прежде всего юморным и весёлым, что про Мая нельзя было сказать. И на этом всё. Для Таи всё было как раз наоборот. Она недолюбливала болтунов, весельчаков. Ей нравились ребята спокойные, неприступные, загадочные. Таким и был Май. Саша же для неё был простоват, назойлив и предсказуем.
– Сашка вечно болтает, врёт с три короба, надоедливый слишком, – сказала она про своего молодого человека.
Даша закатила глаза: уж она-то знала, что её подруга и сама не прочь преувеличить и приукрасить.
Сашины отношения с девушкой, которыми он кичился, были непонятны для Мая. Но, возможно, он ничего не понимал в отношениях вовсе. Чем больше он узнавал Таю, тем больше она казалось ему манерной и капризной. Было очевидно, что Сашу она воспринимает скорее в роли друга, чем парня.
Тая же, наоборот, всё больше убеждалась, что перед ней совершенно нормальный парень, с симпатичной внешностью и незаурядными интересами. О его увлечениях она осторожно выведывала у Саши, который пока сам не знал обо всём том, что творилось в голове и в душе друга.
– Я смотрю, вы с Маем сдружились прям? – спросила она как-то Сашу.
– Чё, прикольный пацан.
– Я раньше думала, он со странностями.
– Не, ну у него бывает, конечно. Да мы не прям чтобы сдружились, для этого надо вместе бухнуть хоть, а он что-то тухлый на это дело.
Таю эта мысль увлекла:
– Надо его напоить, мне даже интересно, какой он, когда пьяный. Давай на школьной дискотеке?
– Вечно тебе в голову придёт какая-нибудь хрень. Но я не против, – с интересом согласился Саша.
Девушке хотелось завоевать внимание, а ещё лучше любовь этого странного парня. Рабскую, страстную любовь, со всеми вытекающими: ревностью, скандалами, размолвками и примирениями. Ей хотелось всего этого в угоду своим капризам. В её представлении любовь должна быть такой: яркой, необузданной и немножко трагичной. Как однажды сказала её подружка: «Ты, Тайка будешь довольна, только если кто-нибудь из твоих Ромео от любви повесится напротив твоего окна».
Да, она была очень тщеславна!
О своих планах девушка рассказала Даше.
– Так и знала, что этим всё кончится. Тебе как засядет что-нибудь, так и будешь мусолить, маньячка, блин, – ответила Даша на сердечные признания подруги.
– Просто он мне нравится, и я хочу, чтобы он был моим, – сказала Тая, притопнув своей аккуратной ножкой в чёрном лаковом ботинке.
– Зачем тебе? Я прям нутром чувствую – ничего хорошего с ним не будет. Скучный он и стрёмный.
– Ты не понимаешь, я его… Он такой… – замялась Тая.