Матрешка в Лондоне
Шрифт:
Когда мы оказались метрах в пятидесяти от злополучной палатки, спаситель отпустил мою руку.
– Никогда не разговаривайте со здешними торговцами. А лучше – даже не смотрите в их сторону. Вы туристка?
Было обидно, что он меня так сразу считал. Я попыталась было считать его, но ничего особенного в нем не было: джинсы не первой свежести, черная кожаная куртка, черная бейсболка и сильный запах табака. Он был высокий и худой, можно даже сказать, тощий.
– Не совсем. Но спасибо вам, вы меня очень выручили. Нужно было взять с собой дворецкого.
Парень чуть повел бровью,
– Что ж, был рад вам помочь, мэм. Хорошего дня! – и прежде, чем я смогла что-либо ответить, развернулся и направился к ближайшему дому. Там он повозился с ключом и вошел внутрь, звякнув дверным колокольчиком.
«Мр. Чип Мерфи. Частный детектив» – прочитала я на табличке у двери. Вот уж, что я не ожидала увидеть в Лондоне, так это контору частного сыщика. Думала, такое бывает только в кино и бульварных романах.
Вернувшись к машине, я едва не плакала от расстройства. Ноттинг-Хилл оказался совсем не таким, каким я его себе представляла.
– Куда дальше, мэм? К «Лондон Ай» [4] ?
– Нет, Батлер, что-то не хочется. Мне кажется, что достаточно впечатлений для первого дня. К тому же скоро должен приехать Фред. Поедем домой, Оливер.
– Как скажете, мэм.
Всю обратную дорогу домой я ехала молча. Удивительно, но тихий и уединенный дом Фреда, который вчера казался мне таким тоскливым, сейчас казался мне милым и приветливым, готовым скрыть меня от городской суеты и подарить благодатную тишину и покой.
4
London Eye – колесо обозрения в Лондоне.
12
После обеда я ждала приезда Фреда. Наконец-то, столько времени спустя, я увижу своего мужа. Наверное, мы отвыкли друг от друга за это время, но это ничего, наверстаем.
Когда я услышала подъезжающий к дому автомобиль, я поняла: это он. Это Фред, и он приехал с собакой, которую обещал мне тогда, в Москве. Это был наш с ним завет, как обещание счастливой жизни, как надежда на бесконечную и самую настоящую любовь. Я сбежала вниз по лестнице и первая распахнула тяжелую входную дверь.
Я увидела, как из машины вышел муж с букетом цветов.
– Фред! – крикнула я и помчалась навстречу ему. Он распахнул свои объятия, и я обняла его крепко-крепко, насколько хватило сил.
– Я так соскучилась! Как же так, почему ты так долго не ехал? Наконец-то! – я говорила, говорила, не замечая, что говорю по-русски и он совсем меня не понимает. – А щенок? Ты привез щенка? Это мальчик или девочка?
Фред отстранился от меня и вручил мне букет роз.
– Здравствуй, милая.
Я поблагодарила его по-английски и спросила:
– А собаки, что, нет? – теряя надежду, спросила я, чувствуя себя Малышом из мультика про Карлсона.
Фред погладил рукой меня по щеке и сказал:
– Собака будет чуть позже, дорогая.
И хотя я почти сразу взяла себя в руки и совсем не расстроилась, наверное, тень разочарования на мгновенье все же мелькнула на моем лице, потому что Фред посерьезнел
– Да ладно! – махнула я рукой. – Позже так позже. Главное, что мы теперь рядом. Наконец-то, а то мне уже стало казаться, что я попала в сказку о Синей Бороде. Уже хотела попросить у Батлера ключи от потайной комнаты, где ты прячешь трупы…
Я весело щебетала и вела мужа в гостиную. Вошедший следом Батлер, видимо, услышал последнюю фразу, и по его вытянутой физиономии было понятно, что он не знает, как реагировать на это.
– Какие трупы? – спросил Фред.
– Как какие? Бывших жен, – я посмотрела на уставшего Фреда и поняла, что ему сейчас не до моих шуток. – Прости, милый, это я все чушь несу про сказку. Просто я не ожидала, что ты оставишь меня здесь совсем одну.
Батлер пригласил нас к столу, мы прекрасно поужинали и открыли бутылку красного вина. Мы мало говорили за ужином, поэтому, захватив бутылку и бокалы, я предложила Фреду подняться в его спальню, чтобы посидеть у камина, поговорить и вообще побыть наконец-то вдвоем.
Во время разлуки я часто вспоминала ночи, проведенные вместе в моей маленькой квартирке в Москве. И хотя ни о какой бешеной страсти речь не идет, мне с Фредом хорошо. Это какой-то особый кайф, быть рядом с человеком, простым и удобным, перед которым не нужно строить из себя королеву флирта или роковую женщину.
Мы расположились в комнате Фреда на уютном диванчике напротив камина. Я держала в руке бокал и смотрела на огонь сквозь вино. Вино пылало, словно огромный гранат. Я чувствовала, что Фред нервничает, но не могла понять, почему. Возможно, у него неприятности с издателем, или он плохо себя чувствует, или – о, Боже! – у него появилась другая женщина? Я посмотрела на Фреда, он задумчиво ковырял палкой в камине.
– Огонь погас?
– Нет, что ты, тут еще достаточно дров, – ответил Фред и, повернувшись ко мне, замолк. Он понял, что я спрашиваю не о камине.
– Ты очень красивая. Возможно, слишком красивая, особенно сейчас, в свете пламени. Мне нужно время, чтобы привыкнуть к мысли о том, что ты моя.
– Фред, перестань! – засмеялась я. – Я чувствую себя по-дурацки, когда ты говоришь так. Мы ведь не в мексиканском сериале. Иди, сядь поближе ко мне, – я похлопала рукой дивану.
Фред бросил палку в камин и придвинулся ближе.
– Скажи, что-то изменилась за то время, что ты был здесь один?
– Нет-нет, что ты. Все по-прежнему, – он обнял меня, и я с удовольствием втянула носом его запах, который был каким-то новым.
– Нет, изменилось! – отпрянула я и серьезно посмотрела в его глаза. – Ты сменил туалетную воду! – я стукнула его кулаком в грудь, и мы засмеялись. Первое смущение прошло, и Фред, наконец, поцеловал меня. Я ответила ему, и он подхватил меня на руки и отнес на кровать королевских размеров.
То, что произошло дальше, сломало в моей голове образ милого и смешного Фреда. Он был таким уверенным, таким настырным, где-то даже жестким, что я поддалась этой страсти и, кажется, тоже раскрылась для него с новой стороны. Боже, может, англичане только на своей территории могут быть такими… властными и сексуальными?