Материк Тьмы
Шрифт:
Лицо гнома вдруг скривилось в гримасе отвращения, и он выплюнул содержимое на пол.
— Уксус! Чистый уксус! — гнома трясло от негодования. — Вот до чего доводит беспечное отношение к благородному напитку. Варвары!
Он отбросил бутылку подальше от себя и отошёл в сторону с обиженным лицом.
Я не поленился и подобрал брошенную бутылку. Прочитав этикетку на ней, я чуть было не расхохотался. На этикетке чётким каллиграфическим почерком было написано: «Винный уксус».
— Дори! Ты же отхлебнул из бутылки с уксусом, а не вином. Ты не оправдал
Все кругом расхохотались.
Дори скривился и обиженно отвернулся.
Я взял с соседнего стеллажа тёмно-синюю бутылку и прочёл на ней этикетку: «Амброзия Эйрхарда».
Откупорив бутылку, я понюхал горлышко. Из него пахло какими-то экзотическими фруктами. Сделав острожный глоток, я зажмурился от удовольствия. Мммм… вкуснятина.
Держа в руках бутыль с вином, я подошел к Дори и протянул её ему.
— Похоже, приятель, ты взял не ту бутылку. Попробуй ка вот это.
Дори недоверчиво взглянул на меня, но отказываться не стал.
Он сделал осторожный глоток из бутылки, и его физиономия расплылась в блаженной улыбке.
— Да! Это оно…. Это и есть самое настоящее счастье.
А к нам уже подошли девушки, протянув свои лапки к бутылке.
Всем нам досталось по паре глотков. Вино в бутылке быстро закончилось, а настроение пропорционально прибавилось.
Любопытный и вечно сующий, куда не надо нос, Хелик вдруг обратил наше внимание на то, что рельсы, идущие по центральному проходу подвала, не заканчиваются у последнего стеллажа с бутылками, а доходят до самой стены.
В этом месте на стене висела роспись, от пола до самого потолка, изображавшая собой степь, с рельсами, уходящими к горизонту. Рельсы на картине начинались с того места, где заканчивались реальные, и были как-бы продолжением их.
На рельсах был нарисован небольшой железнодорожный состав причудливой формы, состоявший из одного локомотива и двух вагончиков без крыш. Локомотив поезда был похож на самые первые экземпляры паровозов, с длинной паровой трубой, только форма котла была причудливая, сделанная в виде большой бочки с вином. Пар выходил из приличного размера крана.
Я только усмехнулся, дивясь фантазии художника изобразившего такое чудо механики в этом мире. В вагонах состава талантливый художник нарисовал несколько пар мужчин и женщин в прогулочных костюмах, наслаждающихся поездкой в поезде. Состав катил к горизонту, из-за которого поднималось багровое солнце.
Я рассмотрел картину и уже хотел отвернуться, как вдруг одна из девушек на картине, сидевшая в последнем вагоне, в розовом воздушном платье и шляпке с большими полями, повернулась ко мне и сказала тихим голосом: «Зря вы сюда пришли. Уходите пока не поздно».
Я хотел спросить ее, почему зря, но тут поезд, испустив пронзительный свист выпускаемого из котла пара, поспешил к горизонту и скрылся из вида.
Итак, вот и второе предупреждение.
Я моргнул, и наваждение исчезло. Поезд всё так же стоял передо мной, а девушка сидела спиной ко
О том, что увидел, я решил не говорить своим друзьям. В лучшем случае они сочтут меня не совсем здоровым.
Но всё же это было неспроста. Это не был случайный морок. Это был знак, предупреждение, и предупреждение было, скорее всего, от самой системы, от игрового Искина. Нам грозила реальная опасность.
И тут я заметил пробивающуюся тонкую полоску света в месте стыковки картины с полом, и это отвлекло меня от удручающих мыслей. Сама картина была искомой нами дверью, которую нам предстояло открыть.
Оставив на карауле Алису, мы начали обшаривать стену в поисках замка или другого скрытого механизма.
Один из кирпичей на соседнем участке стены своей фактурой отличался от других. При нажатии на него стена с картиной отъехала назад и в сторону, открывая за собой длинный светлый коридор. По полу коридора были проложены настоящие рельсы, соединявшиеся с рельсами винного подвала. Рядом с входом, на рельсах, стояла небольшая тележка с парой сидений, обитых кожей.
Воспользоваться её мы не решились и, взяв со стен пару зажжённых факелов, пошли по коридору.
Было видно, что этот коридор к самому винному погребу, да и вообще к кухне не имел никакого отношения и что им часто пользовались. За ним тщательно следили и содержали в чистоте и порядке.
Коридор привёл нас в небольшое помещение, с резной деревянной дверью.
Мне в голову пришла мысль, что за ней находится то, ради чего мы шли через весь материк.
Потянув за ручку двери, мы оказались в небольшом пустом помещении, по виду что-то типа кладовки. Правда, хозяйственного инвентаря в нём не было, а вот на одной из деревянных стен мы увидели панель с рядом цифровых кнопок из слоновой кости. Всего таких кнопок было пять.
Я не верил своим глазам — мы находились в настоящем лифте. Хелик с Хельгой с таким же удивлением смотрели на панель.
— Что это? — спросила Мерси дотрагиваясь до панели.
— Погоди, не нажимай, — не дал я коснуться ей одной из кнопок. — Мне кажется это лифт.
— Лифт?
— Да. Это устройство по перемещению пассажиров на различные уровни здания. Но это признак высоких технологий.
— Может быть, гномы его делали, — высказал здравую мысль Орин, — они и не на это способны.
— И что мы здесь будем делать? — спросил Дори. — Отсюда нет выхода. Нам что, придётся идти обратно? Хотя если прихватить по пути парочку бутылок того чудесного вина, то я согласен вернуться.
— Нет, — возразил я. — назад мы не пойдём.
Хельга вдруг сказала: «Мы сейчас в подвале на нижнем этаже. Значит над нами ещё четыре этажа замка».
— Да, это нулевой этаж, — согласился с сестрой Хелик.
— На этом уровне в замке находится кухня, — сказал я, — думаю выше, на других этажах размещены спальные помещения и приёмные для придворных и офицеров гвардии. А вот на самом последнем этаже находятся покои хозяйки замка. Вот туда-то нам с вами и надо.