Матабар V
Шрифт:
Все, как и учила Атта’нха, Ведьма Льдов и Снегов.
* * *
Милар так и не понял, что именно произошло. Его напарник, так даже не удосужившись уточнить, что делать если выстрел в бедро не изменит ситуацию, схватил одержимого за подбородок и повернул к себе.
Мгновение, другое — ничего не происходило. А затем с губ Арда сорвалось морозное облачко. Совсем небольшое. Не шире, чем пар, которым дышишь по зиме. Вот только от этого небольшого облачка вода вокруг них разом покрылась ледяной коркой,
Физиономия твари, демона, Бездонмного или как-его-там-правильно-называть, исказилась гримассой боли, а затем остекленела, насквозь заледенев. Секунда и вот она уже с треском развалилась на несколько крупных кусков, обнажив…
Милар хотел бы отвернуться, но не мог себе позволить потерять контакт с происходящим. Так что он стоял и смотрел на то, как половина головы Луши попросту исчезла, обнажив рассеченный мозг, часть глазницы, куски челюсти и разрезанную надвое гортань с языком.
— Проклятье… — выдохнул Милар и покрепче сжал заиндевевшую рукоять пистолета. — Очередная порция кошмаров обеспечена.
Кровь на предплечье напарника не спешила темнеть. А его мерное дыхание, слившиеся воедино с дыханием непонятно каким образом еще не встретившегося с Вечными Ангелами Луши, указывало на то, что происходило нечто обычное для Говорящих и Эан’Хане и сумасшедшее для всех остальных.
— Может действительно в госпиталь для душевных съездить? — сам у себя спросил Милар.
* * *
Арди стоял посреди комнаты. Той самый комнаты, в которой они с Миларом несколько минут (хотя казалось, что часов) назад обсуждали связь Луши с Красной Госпожой.
Только все выглядело немного нечетким. Размытым. Поддернутым дымкой, как если смотреть сквозь белесый костровой дымок на то, что происходило по ту сторону огня.
Звуки доносились издалека, а сам Арди не мог даже пальцем пошевелить. Все же это ведь не реальность, а лишь воспоминания измученного сознания.
Сознания Луши, если быть точным.
То, что Арди сейчас делал, вот так вот через силу врывался в чужой разум, даром не обходиться. Не для Говорящего, разумеется, а для того, в чей разум вторглись настолько глубоко. Арди, сметя предварительно попытки Бездомного пожрать его самого, буквально разорвал стены и оковы сознания Луши, оборонявшие его от внешнего мира.
В книгах и свитках Атта’нха говорилось, что люди и Первородные, подвергнутые подобному методу «узнавания правды», либо сходили с ума, либо, куда чаще, превращались в безвольные, пускающие слюнявые пузыри, овощи.
Но Луша уже стоял одной ногой на тропе Вечных Ангелов. Светлоликий ждал свое дитя. Так что Арди, наверное, ничего дурного не делал… или он лишь пытался себя в этом убедить?
Неважно.
Мысли завтрашнего дня…
Он внимательно смотрел за происходящим.
За окном комнаты лил дождь. Хорошо знакомый Арду, промозглый, все норовящий забраться под воротник, дождь осенней Метрополии. Неприятный и острый.
За ним смотрел силуэт
— Ей становится хуже, — Арди потребовалось некоторое усилие воли, чтобы самому не утонуть в чужом сознании. Потому что сейчас шевелились вовсе не его руки. И вовсе не его голос и не его губы произнесли эти слова.
Не он, а Луша сидел на краешке кровати и поглаживал волосы своей сестры. Арди не видел её. Луша смотрел на брата.
— Все будет в порядке, малец, — Андрей отошел от окна и растрепал волосы брату. Наверное, все братья так делают… — Помнишь я рассказывал про ту женщину в маске?
— Мне не нравится эта история, Андрей… — мальчик решительно скинул с себя руку брата.
— Луша, ну не трусь ты так, — Андрей, наверное, улыбался — сквозь дымку и не различишь. — Все будет в порядке. Я уже сделал копию ключа для архива Гильдии. Заберу старенький чертеж и передам его оркам. Ничего такого.
— Оркам? — переспросил Луша.
— Да, — кивнул Андрей.
— Только им?
— Конечно только им! — возмутился Андрей. — Или ты думаешь, что я поверю этой госпоже, что чертеж можно продать еще и головорезам Пижона? Ха! Пусть ищет другого наивного дурака, который захочет обмануть Шестерку!
Ардан усилием воли заставил реальность замереть. Он остановил поток сознания Луши, а затем, очередным усилием, вернул его на несколько мгновений назад. Приглушил все звуки. Заставил исчезнуть все образы. Все, что осталось, это лишь стук сердца Андрея и его дыхание.
Ровный ритм. И мерные вздохи.
Андрей не врал.
Он говорил правду! Он не собирался обманывать Аркара!
Но тогда как…
— Посмотрите дальше, — донесся до сознания Арда уже знакомый ему голос мальчика.
— Ты здесь?– спросил он у темноты.
— Да… наверное… не знаю… посмотрите дальше…
* * *
Луша поглаживал волосы своей сестренки. Она так исхудала, что щеки впали до самых зубов, которые истончившиеся губы уже не в силах были прикрыть. Она едва-едва дышала, то и дело замирая, пугая мальчика тем, что Вечные Ангелы уже звали её за собой. Но, спустя мгновение, снова начинала дышать.
Луша проверил достаточно ли лекарства в капельнице и хватает ли питательного раствора. Он тратил все свои деньги, заработанные в порту, на то, чтобы купить нужные склянки в аптеке.
Деньги же Андрея они откладывали на лечение в пансионате. На Танцующем Полуострове. У берега Яркого Озера. Где почти круглый год весна, а еще растет дикий виноград и абрикосы. Луша помнил, что сестренка, пока еще не занемогла, любила абрикосы.
Дверь резко распахнулась.
В комнату влетел Андрей. Растрепанный и… злой. Луша удивился. За все годы, он ни разу не видел Андрея злым. Тот всегда улыбался и не упускал возможности пошутить, чтобы поднять брату с сестрой настроение.