Матабар IV
Шрифт:
— Вы должны сделать так, Ард, чтобы никто из остальных студентов не смог взломать печать, — губы Аверского не шевелились, лишь едва заметно мерцала печать на посохе, но Арди слышал голос Гранд Магистра так, как если бы они с ним говорили в помещении с хорошей акустикой. — Если хоть один студент справиться с задачей, то можете забыть о том, о чем мы с вами договорились насчет работы над стратегической магией.
Ардан посмотрел на Аверского, а тот не сводил ядовитого взгляда с Конвелла.
У Арди даже дыхание
Остальные уже корпели над печатями. Записывали что-то в листах, щелкали пальцами по счетам, а Эвелесс с Иолаем и вовсе достали компактные, арифметические машины.
Арди еще раз взглянул на печать и заметил маленькую черту, которая, скорее всего, ускользнула даже от внимания Конвелла. Просто потому, что тот вряд ли бы заметил добавленную руническую связь в обычный, вложенный массив, определяющий совсем незначительное свойство — свойство сохранения целостности первичной структуры. Такие использовались повсеместно, чтобы печать не разрушилась при изменении внешней среды. Банальный массив, встречающийся в любом чертеже. И если бы не намек Аверского, Арди бы и сам его не заметил.
А теперь видел, что стоит добавить во внутренне пространство кусочек льда, как печать тут же разрушится. А значит все, что ему требовалось — когда студенты приступят к практическому влиянию на структуру — попросту добавить, с помощью искусства Эан’Хане маленькую льдинку.
Хватит самой миниатюрной и печать разрушится, а со стороны все будет выглядеть так, словно студенты ошиблись и не справились с задачей.
И видимо именно это так желал увидеть Аверский. Провал Конвела. Публичный и бескомпромиссный.
Арди перевел взгляд на Эвелесс и Иолая. Он бы соврал самому себе, если бы не сказал, что видел нечто до абсурда забавное в том, чтобы вернуть восемь месяцев преследований со стороны этих двоих в столь изощренной, пусть немного подлой, но весьма приятной манере.
А затем…
Затем взгляд упал на Танти Зариди. На её немного обтрепанную юбку, старенький посох со следами стесанных печатей — так поступали ломбарды, когда продавали посохи, уже служившие кому-то службу. И то, как она усердно и уверенно, не обращая внимания на остальных, строила расчеты.
Затем на Ликрааши, одно только кольцо на мизинце которого стоило больше, чем весь наряд Зариди и Арда вместе взятые. Но этот эльф… нет, они с Арди даже словом не обмолвились за год учебы, даже с учетом, что пересекались пару раз в неделю на парных лекциях. Ликрааши просто учился. Честно и добросовестно, не отвлекаясь на всякие склоки и кривотолки за спинами других.
И, разумеется, Елена.
Даже если бы он сумел себя как-то убедить в том, что сможет отплатить и Зариди и Ликрааши, то Елена…
Ардан, на мгновение, вспомнил прерии и орка, убийцу собственного отца, повернувшегося к нему спиной.
Да, он уже не был
Да, может глупо.
Да, может наивно.
Да, можно говорить что угодно, но…
Арди ничего не сказал. И ничего не сделал. Он просто стоял и молча, пятнадцать минут, смотрел на сферу перед собой. Ардан так и не стал ломать печать, хоть и мог сделать это мгновенно — расчеты здесь совсем простые, можно даже в уме провести, не прибегая к карандашу и бумаге.
Просто тогда, в баре, после Бальеро, Ардан не лукавил Аркару. Для него деньги, даже спустя год в Метрополии, даже после Петра Огланова, после Индгара, после Лорловой, после Налимова, после всего того, что произошло за этот год — они все еще пахли.
Все еще пахли…
Все пятеро, под аплодисменты Конвела и аудитории, справились с задачей. Всем пятерым Аверский выдал чеки на озвученную ранее сумму. Затем сказал несколько прощальных слов и, не обращая внимания на Конвела, покинул аудиторию.
Профессор и Елена смотрели на Арди с удивлением и непониманием, Эвелесс с Иолаем — с нескрываемым удовлетворением и превосходством, а Ардан… он лишь вздохнул и дотронулся до кармана брюк. Там уже раскалялся медальон Милара.
— Надеюсь, напарник, ты подготовился к рандеву с призраками, — Пнев, как и всегда, курил около своего чахлого автомобиля.
— Призраков не бывает, Милар, — в который раз напомнил Арди. — С чем бы мы там вечером не столкнулись — это не призраки.
— Ну, тебе виднее, господин маг. Тебе, вот, Аверский через своего шофера записку передал, — Милар полез внутрь пальто и достал бумагу. — Чего он, кстати, забыл в Большом сегодня?
— Долгая история, — скривился Арди, забирая записку. — Почему он не с нами сегодня?
— Потому что из нас троих у него куда больше шансов найти что-то, что наши умники могли пропустить касательно изъятых у Лорловой артефактов, — парировал Милар. — Может прольем немного света на детали плана Пауков. Время-то категорически поджимает.
— Ну да… а призраки?
— Так ты же сказал, что их не существует.
Ардан скривился еще сильнее, а затем развернул записку, где, наверняка, Аверский оповещал его о том, что…
' Ард, раз уж вы присоединитесь ко мне в работе, то вам придется подстроится под мое расписание. Работа начинается в три часа, в четвертый день. Так что сможем совмещать с вашем обучением.
P . S . Искренне прошу прощения, что сомневался в вас. Полагаю, это вызвано наличием маски Коршуна и связанной с ней профессиональной деформацией.'