Матабар IV
Шрифт:
Во всяком случае теперь, после слов Леи, Арди почувствовал, как тогда, в горах, очередную нотку запаха своей добычи.
Значит, Посох Демонов все же требовался не в качестве артефакта, а именно как, своего рода, гримуар. И, получается, Пауки действительно собирались построить установку. Установку, требующую непостижимое количество энергии… для того, чтобы отправиться в прошлое.
Спящие Духи.
Ардан вообще сам себя сейчас слышал?
Он буквально оказался внутри сказки
— Хотя, скорее, посреди совсем другого корпуса, чем мне требуется, — напомнил себе Арди и, взглянув на часы, быстрым шагом направился к лестницам — опаздывать на лекции профессора Конвелла совсем не хотелось.
Глава 94
Арди добрался до аудитории для занятий практической Звездной Инженерией (благо, что расписание, полученное им в начале месяца, еще не успело устареть) как раз к назначенному времени. Вот только, на удивление, двери аудитории оказались закрыты. Хотя, на памяти юноши еще ни разу не случалось такого, чтобы Конвелл опоздал на…
— С тебя бисквит и брусничный морс, дорогой.
Арди обернулся. Позади него, со стороны лифтов, шли Борис с Еленой. Учитывая, что в коридоре никого, кроме них троих больше не оказалось, то супружеская пара не скрывала свои отношения, маскируя те под служанку и дворянина.
Елена, одетая в плотное, теплое платье для холодной весны. Жаккардовая юбка с расцветкой в форме подснежников, звонкие, цокающие каблучки, перчатки, небрежно положенные поверх платинового замочка на сумке, чья стоимость превышала полугодовой оклад Арди. Даже, с учетом всех бонусов и надбавок… неужели он заговорил совсем, как Йонатан Корносский?
Впрочем, не важно.
С каждым месяцем, Елена все реже и реже обращалась к скромному образу служанки. И, не сказать, что по собственному чаянию. Скорее Борис все сильнее и сильнее старался показать обществу, что Елена — его жена. Хоть та и сопротивлялась, и хотела как можно дольше сохранить их статус в тишине и вдали от глаз общественности.
И не сложно догадаться почему.
Сам же Борис, несмотря на ничуть не менее дорогой костюм из оленьей шерсти, выглядел взмыленным и уставшем. С лица еще не сошло покраснение, а дыхание то и дело сбивалось с четкого, ровного ритма.
— А…
— Сегодня занятия в другой аудитории, Арди, — перебил его Фахтов.
Борис подошел ближе и протянул руку. Ардан ответил крепким рукопожатием, после чего, в рамках приличия, обнял Елену. Та пахла кофе, мускатным орехом и лавандой. Её любимые духи, которые Борис неизменно, из раза в раз, покупал в одной и той же модной лавке, привозящей в столицу парфюм со всего мира.
Стоит ли говорить, что стоимость за один флакончик могла превышать три, а то и четыре десятка эксов?
Каждый раз, видя чету Фахтовых, Арди вспоминал о том, что где-то за углом дома двадцать
— Мы поспорили с Борисом, что ты наверняка не в курсе, — объяснила Елена, отстранившись от товарища. — Борис, правда, настаивал, что ты всегда и обо всем в курсе.
— Был о тебе лучшего мнения, дружище, — с притворной печалью, вздохнул Борис. — Теперь, из-за тебя, мне придется вести жену на свидание. А ведь так хотелось…
— И что тебе хотелось? — нахмурилась Елена.
— Ты неправильно меня поняла, дорогая, — заулыбался Борис и, украдкой, подмигнул Арди. — Я ведь так и сказал — «а мне так хотелось сводить её куда-нибудь».
Промыслова-Фахтова сощурилась и промолчала.
— Вот так вот значит, да? — тихо, едва ли громче маленькой змейки, прошипела Елена. — Сначала сидишь чуть ли не семестр в госпитале со своим благоверным, у которого ума не хватает не ввязываться в склоки. Потом ждешь его неделю с полевого выезда. Ужин ему готовишь. А он…
— А он души в тебе не чает, — Борис наклонился и, убедившись, что в коридоре действительно никого кроме них нет, нежно поцеловал Елену.
Та возмутилась, но тут же обмякла и успокоилась.
Они любили друг друга. Честно и истово. Ардан это не только видел, но и чувствовал. Когда его друзья были рядом, то даже воздух, пусть и немного промозглый, все еще побитый зимой Метрополии, теплел. И казалось, что солнце, вечно скромно таящееся за низким, гранитным небом, выглядывало, чтобы полюбоваться четой Фахтовых.
— Эй… Арди.
— М? — неловко промычал юноша.
Борис, щурясь едва ли не в той же манере, что и его жена, с подозрением смотрел на товарища.
— Ты чего так глупо улыбаешься?
Арди пожал плечами.
— Просто вы замечательные, — честно ответил он.
Елена с Борисом переглянулись. В глазах у обоих читалось беспокойство.
— Так, ладно, наверное ты права, — вздохнул Борис, попутно постукивая пальцами по своему стальному, военному посоху. Отливали такие из специального, облегченного сплава, с теми же примесями, которые добавляли в топливо для генераторов. — Ард, нам нужно серьезно поговорить.
— На тему того, что мы уже, — юноша посмотрел на отцовские часы. — Пять минут, как опоздали на лекцию.
— Вечные Ангелы! — воскликнула Елена и, перехватив посох и сумочку, потащила… Арди в сторону лифтов.
— Я, вообще-то, и заревновать могу! — все в той же, шутливой манере, воскликнул Борис и поспешил следом.
Ардан же, в свою очередь, с тоской посмотрел на лестницы. Всего несколько этажей, а господа дворяне предпочитают собственным ногам бездушную коробку и тесный плен каменного мешка, где от неминуемой гибели на дне шахты отделяет всего-навсего несколько тросов и… И лучше об этом не думать.