Матабар IV

Клеванский Кирилл Сергеевич

— Отлично, вы очнулись. Берите ваши накоп…

— Зеленая Звезда, — снов перебил Ард. — Девять лучей.

И если до этого момента в зале висела тишина, то теперь звуки буквально погибли под грубым ударом вязкого молота, наполненного болотной трясиной, в которой можно лишь утонуть и исчезнуть без следа.

— Забавная шутка, студент, вы…

Ардан убрал руку в карман брюк и вытащил коричневый кожаный футляр для документов, где хранил свое гражданское удостоверение личности, билет студента и… билет клуба Рынка Заклинаний, где был зафиксирован результат его проверки на аппарате, которую

он проходил несколько месяцев назад.

Полковник выхватил документы и несколько раз пробежался по ним взглядом.

— Это правда? — спросил Иолай, смотрящий на Арда… со злобой.

Если раньше все, что испытывал Великий Князь по отношению к Арду можно было описать раздражением, то теперь во взгляде Иолая читалась неприкрытая, ядовитая, жгучая злоба.

— Правда, — кивнул полковник и протянул документы обратно. — Выбирайте ваши накопители, студент Эгобар.

Ард повернулся к Иолаю. Студент первого курса военного факультета лучшего Звездного университета мира. Ученик одного из самых опытных военных магов страны, он… не был Шагальщиком. Не был главарем банды Шанти’Ра… вампиром, Звездным Оборотнем; отставным, спившимся, военным магом Синей Звезды; демоном; и, разумеется, магом, погрузившимся в такие глубины демонологии и химерологии, что сумел создать искусственные Звезды.

Это был просто студент.

Может безумно талантливый. Может невероятно одаренный в плане военной магии, но все еще — студент.

— Не требуется.

— Что?

— Не требуется, господин профессор, — пожал плечами Арди. — Нет нужды переводить казенное имущество.

Агров побагровел, а затем и вовсе покрылся белыми пятнами. Кажется, если бы он начал что-то говорить, то вместо звуков с его губ сорвалась бы белая пена. Как у бешенной собаки.

— Ваша воля, — процедил… с раздражением, Кштовский и уже громче добавил. — Разойтись на исходные позиции!

Агров резко крутанулся на каблуках и буквально стремглав бросился к отмеченному на полу квадрату, находящемуся в дальней, восточной части полигона.

На сей раз вместо нескольких шагов их будет разделять почти сотня метров.

Арди спокойно, не обращая внимания на шокированные, а порой… испуганные взгляды студентов, направился к своему «углу».

Он буквально слышал о чем думали студенты.

Потомок Арора Эгобара… последний из Матабар… чудовище…

Они имели право так думать. Каждый из них. Арди их не судил и не осуждал. Да его, признаться, как-то теперь уже и не волновали чужие мысли. Куда сильнее Ардана тревожил Борис, вставший у границы.

Это ведь его друг. Он должен был рассказать другу. Наверное Фахтова сильно заденет тот факт, что…

— Недурно, дружище, — чисто и светло улыбнулся ему Борис, когда Арди подошел поближе. — Вот увидишь, к концу лета я тебя уже догоню. Будем вместе в Лиге выступать.

Ардан, до этого испытывавший страх и неловкость, вдруг почувствовал, как его сердце коснулась вовсе не ледяная, когтистая ладонь, а совсем иная. Теплая. Мягкая.

Друг…

— Тебя Елена к Вечным Ангелам раньше отправит.

Борис побледнел.

— Ну… ты ведь, как я посмотрю, хорошо секреты хранишь… — промямлил он.

Ардан улыбнулся. Не поджимая верхней губы. Не пряча клыков.

— Хватит улыбаться,

как имбецил, Арди, — скривился Борис. — Уважаю то, как ты плюнул в лицо этому бездарю, но без накопителей будет тяжко.

— Все в порядке, Борис, — спокойно ответил Ардан. — Все в полном порядке.

Фахтов в недоумении выгнул правую бровьт, а Арди повернулся спиной к другу и лицом к противнику. Агров едва ли не дрожал от нетерпения, а его накопители светились в тренировочных, массивных кольцах.

— Сражение до полного истощения Звезд и накопителей либо до невозможности продолжать сражение в виду травмы! — прогремел бас Кштовского. — Намеренные тяжелые увечья запрещены! При малейшей угрозе смертельного исхода поединок будет немедленно остановлен, а создать подобной угрозы подвергнут серьезному дисциплинарному взысканию! Да, это кровавый поединок, но все еще — учебный кровавый поединок. Не забывайте об этом! А теперь — начинайте.

Признаться, мгновение Ард действительно сомневался в том, что отказаться от накопителей хорошая идея. Все же, он лишь раз, девять месяцев назад, видел Иолая в деле. И, признаться, с тех пор он изрядно улучшил свои навыки. Настолько, что, наверное, все те же девять месяцев Ардану не потребовалось бы изображать безропотное поражение. Он действительно бы проиграл.

Всего немногим дольше секунды под ногами Иолая формировалась печать. Арди узнал её по первым же двум узлам параметров. Модификация огненного всполоха, но такая, чтобы ударить не в лицо, а со спины.

Красная Звезда. Два луча.

Стандартный способ открытия поединка для военного мага. Видимо Агров собирался использовать огненную стихию, чтобы потом вызвать в ней резонанс.

Всего дольше секунды…

Когти и клыки тварей сверкали куда быстрее, пули из револьверов не давали время на размышления, а маги, с которыми сражался Ард, как и сказал когда-то Глеб Давос, успели бы поседеть за это время.

Арди попросту сделал шаг вперед. Когда всполох сформировался за его спиной и ударил между лопаток, то встретил заранее подготовленный щит. Крассная вспышка прокатилась по металлическому отсвету вокруг Арди и, переместившись на грудь юноши, попросту вылетела прямо в лицо ошарашенному Иолаю.

Перенаправить чужое заклинание, когда прочел каждый из параметров и заранее знаешь, на уровне на разума, а рефлексов, как действовать, не составляет ровно никакого труда.

Агров же, ненадолго запаниковав, с силой врезал посохом по полу и поднял тяжелый, массивный щит. Крыло с несколькими водяными перьями прикрыло его корпус.

Стандартное, даже не модифицированное, Крыло Водной Ласточки — базовое заклинание для защиты от огненной военной магии.

Два красных луча, два Зеленых Луча. Таким, наверное, можно было бы ненадолго задержать Плеть Давоса или, может, защититься от одного удара того огненного эльфа Эан’Хане.

Но Иолай этого не знал.

Просто студент…

Арди же, опережая шаг движением посоха, размеренно двигался дальше.

Агров же, поняв, что его не атакуют, ударил посохом о пол и продемонстрировал сложную печать с пятью контурами и семь массивами. Он даже смог сформировать её всего за полторы секунды.