Матабар IV

Клеванский Кирилл Сергеевич

— Время?

— Ваш вес?

— Килограммов восемьдесят восемь.

Дагдаг недовольно проворчал:

— У меня была другая информация, капрал…

— Я похудел, — коротко ответил Ардан.

— Тогда… — дворф-полукровка подошел к своему лабораторному столу и его пальцы полетели по клавишам счетной машины. — Двенадцать секунд… плюс минус.

— Отлично! — обрадовался Ардан.

Дагдаг снова расплылся в счастливой улыбке и вернулся к стенду.

— Дальше стандартный, пусть и неполный, набор Кинжала, капрал, — полукровка вытащил футляр для очков и, хитро раздвинув тот, обнажил линзу. — Миниатюрный

фотоаппарат на четыре кадра. Чтобы сделать фото, наведите линзу на объект и нажмите вот на этот язычок, — следующим он достал зажигалку. Простую, ничем не примечательную, разве что в немного большем, нежели обычно, корпусе. — Горючего в ней совсем немного, так что если будете кому-то прикуривать, то имейте это ввиду. Чтобы активировать, — Дагдаг достал другую такую же — видимо муляж, и выдвинул наверх пластину с гравировкой лижущего лапки кота. — До взрыва у вас в запасе пара секунд. Осколков совсем немного, радиус поражения и того меньше, так что это скорее отвлекающий маневр.

— Понял.

Затем Дагдаг достал две пуговицы, которые тут же закрепил на воротнике костюма.

— Запоминайте, капрал, справа у вас довольно сложное алхимическое соединение в капсуле, растворяющейся при соприкосновении с желудоч…

— Дагдаг, при всем уважении, — едва ли не взмолился Милар. — у нас всего три с половиной часа до начала аукциона.

Полукровка нахмурился и повернулся к Гранд Магистру, все это время спокойно пившему кофе, с видом, который буквально кричал « Как же я вас понимаю».

— Слева, капрал, пилюля, которая выбросит вам в кровь весомое количество адреналина. А справа, наоборот, заставит сердце биться так медленно, что вас можно будет счесть трупом. Не перепутайте.

— Хорошо.

— Сигареты, — дворф выложил на стол серебристый портсигар с двадцатью папиросами.

— И что он делает?

— Сигареты хранит, капрал.

— А если серьезно…

— Это. Просто. Портсигар, — с паузами и раздражением, повторил Дагдаг. — У любого господина такой есть.

— Но я не курю.

— Вас никто и не обязывает… И, в качестве финального штриха, — Дагдаг вытащил из лакированной шкатулки сложенный треугольником, красный платок и вложил тот в нагрудный карман пиджака. — Пропитан сильнодействующим токсином. Прижмите ко рту и носу объекта и его парализует на пару минут.

— А если тот не вдохнет?

— Токсин срабатывает при соприкосновении с кожей, а не при вдохе, капрал.

— А почему тогда ко рту и носу?

— Потому что старые образцы действительно работали при вдохе.

— А если бы никто так и не вдохнул?

— То тогда… — Дагдаг всплеснул руками и посмотрел сперва на Аверского, а затем на Пнева. — Он издевается?

— Нет, — хором откликнулись Милар с Аверским.

* * *

Милар докурил и, посмотрев на Ардана, протянул руку. Арди ответил крепким рукопожатием.

— До встречи на той стороне, напарник, — подмигнул Милар в своей привычной, немного насмешливой, немного дурашливой и чуть-чуть серьезной манере.

— Да, — кивнул юноша. — До встречи на той стороне… напарник.

И, с этими словами, забрался внутрь длинного, дорогущего автомобиля. Внутри салон выглядел, на фоне Деркса, примерно так же, как салон второго класса поезда выглядел при сравнении с сидячим вагоном.

Мягкая

кожа, удлиненный корпус, благодаря которому можно вытянуть ноги даже такому, как Арди. Крыша, тоже обитая кожей, с подложенной подкладкой. Справа диванчик разделялся на две части из-за… встроенного в заднюю стенку небольшого бара с бутылкой виски и двумя стаканами. А еще здесь, разумеется, имелся обогреватель и шторка, чтобы задвигать окна.

Все вокруг отделано Алькадской сосной и вишней из Царского леса. Каждый из элементов выкроен, выточен, искусно вырезан и разукрашен исключительно вручную. Иными словами, вся внутренняя отделка выполнялась так же ответственно и по тем же принципам, по которым шили на заказ костюмы и платья лучшие ателье.

Борис рассказывал, что такие автомобили могли стоить вплоть до пяти тысяч эксов. Изготавливала их компания « Крылья Пегаса». И не больше, чем сотню экземпляров в год. С одной стороны совсем не много, а с другой… их ведь раскупали и даже стояли в очереди для приобретения нового.

Но Ардан сейчас не обращал внимания на то, в какой роскоши очутился. Все, о чем он думал — об удаляющихся огнях города. Водитель вез его в сторону полигона, с которого вскоре должен был подняться в небо дирижабль.

Год назад Ардан действительно впервые покинул Эвергейл.

И кто бы мог подумать, что спустя одиннадцать с половиной месяцев, он покинет еще и саму земную твердь, став одним из первых, кто поднимется в небо на железном агрегате.

— Почти как в дедушкиных историях, — выдохнул Арди.

Глава 111

Водитель затормозил у самой границы низины, спрятавшейся от неуместных взглядов под защитой нависающих со всех сторон холмов. Те, заботливыми великанами, окружили «малютку», убаюкивая ту в лесных рощах, укрывая широкими лугами и нежно смахивая слезы, протекавшие ручьями среди полей.

Что причинило боль низине, еще недавно сверкавшей озерами и цветами? Скорее всего широкое покрывало бетона, устлавшего большую часть некогда свободно дышащего осколка бескрайних лесов Галеса. А еще грузные, тяжелые… как же их называли… ах да — ангары. Навесы из искусственного камня и металла, вытянутыми арками, захватившими то, что некогда являлось долами и полянами. Буреломы сменились высоким забором, состоящим из многометровых, стальных жердей и колючей проволоки. Буквально через каждые сто метров в небо поднимались дозорные вышки, на которых кружились мощные прожекторы, разгонявшие и без того светлый сумрак летней ночи. Чуть поодаль поднималась самая громадная вышка. Крышей выше окружающих холмов, конусовидная, с большой «чашкой» на вершине, где мигали разноцветные огни и суетились размытые очертания чужих силуэтов.

Ардан слышал стон земли, еще не привыкшей к тому неудобному наряду, в который её одели не спрашивая разрешения или мнения. Слышал, но не мог сдержать вздоха восхищения.

В центре каменной площадки, поодаль от ангаров, находилось нечто. Нечто, напоминающее собой воздушную лодку, только не обрубленную сверху, а полностью закрытую. Как ткацкое веретено на старых станках или же, к примеру, исполинских размеров сигара. Настолько громадных, что Ардан сомневался, видел ли он прежде нечто, созданное не природой, а человеческим гением, что подходило бы масштабам.