Мать Ученья

Курмаич Домагой

Наконец они вышли из парка и свернули на ближайшую улицу. Зашли в ресторан, решив немного передохнуть. Разумеется, стулья были рассчитаны на людей и не подходили матриарху — пришлось попросить официантов положить на стулья доски, чтобы аранеа, стоя на них, могла дотянуться до тарелки — и была видна Зориану.

— Кстати, — начал Зориан. — Сколько аранеа в вашей паутине знают о петле?

— Практически все, — отозвалась Копьё Решимости, с интересом изучая столовые приборы.

Зориан тяжело вздохнул.

— Ну разумеется.

— Мне жаль, — ответила она. Что-то не похоже. — У нас

быстро распространяются новости. Особенно столь странные, как путешествие во времени. Это было неизбежно — сейчас о петле знают все.

— А если вы попросите разрешения скорректировать их память? — спросил Зориан.

Некоторое время Копьё Решимости молчала.

— Это будет… сложно, — наконец сказала она.

— Но возможно? — с надеждой спросил Зориан.

— Потенциально возможно, — нехотя признала она. — Были случаи, когда паутина решала по той или иной причине стереть память об определенных происшествиях. Но это всегда сложное решение. Мне придётся потратить много политического капитала. И ради чего? В текущей ситуации наша жертва не спасёт твоего друга. Как насчёт этого неубиваемого лича, с которым вы никак не могли справиться? Как насчет Ксвима и Аланика? Как насчет тебя? Не думаю, что честно просить у нас такое.

— Я говорил с Ксвимом и Алаником, — сказал Зориан. — Они… в принципе могут согласиться утратить часть воспоминаний. Думаю, их можно убедить.

— Всё ещё остаются проблема лича — и тебя, — напомнила матриарх.

— Да, верно, — согласился Зориан. — К слову, что насчёт меня? Как думаете…

— Нет, — оборвала его Копьё Решимости. — Я видела твои мысли. Жизнь в петле — практически основа твоей личности. В ней ты провёл не меньше времени, чем снаружи. На мой взгляд, невозможно стереть память о ней, не разрушив твой разум. Решительно не рекомендую.

— Понятно, — тихо сказал Зориан. Какая-то часть его даже испытала облегчение. Терять столь большой кусок воспоминаний не хотелось.

Но как тогда спасти Зака? Неужели Панаксет был прав, и должен остаться кто-то один?

Мелькнула мимолётная мысль — а ведь он куда эгоистичнее Зака. Зак уже решил умереть, если для выживания нужно убить друга. Поменяйся они местами — Зориан был отнюдь не уверен, что смог бы принять такое же решение.

Он помотал головой, отгоняя лишние мысли, и вновь сосредоточился на Копье Решимости. Она молча изучала его своими большими чёрными глазами, по-прежнему стоя на досках.

Проходившая мимо официантка спросила, не хочет ли она что-нибудь выпить, ничуть не смущаясь, что говорит с гигантским пауком, но матриарх вежливо отказалась.

— В любом случае, — Зориан обвёл ресторан рукой. — Как вам?

— Город и ресторан? — уточнила Копьё Решимости. Зориан кивнул. — Было интересно. Непривычно.

— Ничто не бросается в глаза? — поинтересовался он.

— То есть кроме факта, что все люди ненормально спокойны в моем присутствии? — риторически спросила матриарх. — Ну, была парочка мелких деталей. Скажем, вибрации, что я ощущаю ногами, не совсем совпадают с тем, к чему я привыкла, и иногда заметно, что разговоры на заднем плане — просто бессмысленный гул, но в остальном очень убедительно.

— Воспроизводить

ваше чувство вибраций — тот ещё геморрой, — признался Зориан. — Я старался, но не удивлён, что вышло не идеально.

— Я скорее поражена, что ты смог так убедительно воспроизвести чувства аранеа, — сказала аранеа. — Для этого нужно не столько мастерство менталиста, сколько глубокое понимание нашего мироощущения. Полагаю, в петле ты читал огромное множество разумов аранеа.

— На самом деле я много раз превращался в аранеа, чтобы понять, каково это, — ответил Зориан.

— А. Может быть и мне стоит как-нибудь провести день человеком, — задумчиво сказал Копьё Решимости. — Могу поспорить, это будет незабываемый опыт. Ну что же, может закончим на сегодня?

— Хорошо, — согласился Зориан. — Честно говоря, я уже начал уставать.

Внезапно мир подёрнулся дымкой и истаял, словно распустился по швам. Они сидели на холодном каменном полу в подземельях Сиории.

Город и люди исчезли, как не бывало.

Так оно и было. Вся прогулка происходила в их воображении — это была ментальная иллюзия, поддерживаемая Зорианом.

— Если ты собираешься использовать это, как задумал, тебе нужно ещё практиковаться, — заметила Копьё Решимости.

— Я знаю, — согласился Зориан. — Мне понадобится ваша помощь.

— Никаких проблем, — ответила матриарх. — Может, я недостаточно сильна для прямого боя, это не мой конёк. Но можешь поверить на слово — я очень хороша в магии разума.

После нескольких минут разговора Зориан решил, что ему пора домой. Сегодня был долгий день, и ему лучше как следует выспаться, прежде чем принимать решения.

— Подожди минутку, — попросила матриарх, когда он собрался уходить. — Я понимаю вашу логику и согласна, что мне лучше оставаться в безопасности поселения… Но мне не нравится получать новости из вторых рук. Не обижайся, но меня не устраивает быть полностью зависимой от тебя.

— И?.. — поинтересовался Зориан.

— И я решила назначить тебе спутницу, — ответила она.

— Спутницу? — переспросил Зориан. — Ну… ладно, хорошо.

— Превосходно. Сейчас я её позову. Уверена, вы отлично поладите, — с нотками иронии сказала Копьё Решимости.

Что это она?..

Но прежде чем он успел спросить, в комнату вкатилась маленькая аранеа, прыгнула к нему и в восторге забегала вокруг, осматривая его со всех сторон.

[Привет-привет!] — затараторил в голове радостный голос. — [Я — Исполненная Энтузиазма Искательница Новизны, но ты можешь звать меня просто Новизна! Хочешь быть моим другом? ]

Глава 98. Невидимое глазу

С установлением хрупкого перемирия между путешественниками во времени тайная война в Сиории наконец стихла. Зак и Зориан больше не посылали симулакрумов громить базы захватчиков и устранять их лидеров — и те тоже не стали испытывать судьбу. Зориан опасался, что враги нанесут опосредованный удар — скажем, руками правоохранительных структур, или по кому-то, технически не связанному с парнями, но, к счастью, пока ничего подобного не происходило.