Мать Ученья

Курмаич Домагой

— А вы выглядите куда лучше, чем я ожидал, — заметил он.

— Вот как? — отозвался Кватач-Ичл, подавая некий знак официанту. Тот, похоже, понял намек и кивнул в ответ.

Зачем вообще личу выпивка? Разве что для маскировки… Интересно, может ли он вообще пить?

— Да, на удивление… цветущим, — уточнил Зак, прихлебывая из своей огромной кружки.

— А, это, — ответил лич. — Сказать по правде, это мой повседневный вид. Форму скелета я использую только для боя или устрашения.

По прошлым циклам Зориан знал, что это не совсем так. С ибасанцами и другими заговорщиками Кватач-Ичл общался именно в форме скелета…

хотя это может считаться «устрашением».

— Искать встречи с врагами довольно дерзко, — заметил Зак.

— А вы собираетесь устроить сражение прямо в таверне? — возразил Кватач-Ичл.

— Всерьез обдумываю этот вариант, — нахмурился Зак.

— Это неправда, — понимающе улыбнулся лич. — Даже если забыть про беззащитных граждан вокруг, бой в центре города навредит вам не меньше, чем мне. Вы тут же привлечете пристальное внимание властей — пожалуй, даже больше меня, ведь на вас куда проще надавить.

Разумеется, он был прав. Они сидят здесь, не скрывая своей настоящей внешности — схватись они с личем, власти вычислят их за считанные часы, ведь им придется продемонстрировать действительно серьезный уровень. А стоит кому-то начать всерьез расследовать их деятельность — всплывут такие подробности… Даже если они каким-то чудом победят лича, избежав жертв и разрушений — цикл будет загублен. С тем же успехом можно перезапустить его прямо сейчас.

Возможно, именно так им и следует поступить. «Беседа» с Кватач-Ичлом — игра с огнем. Даже способность перезапустить цикл не гарантирует безопасности — Судомир ощутил, когда Зориан обращался к маркеру, значит, и Кватач-Ичл, несомненно, это почувствует. Лич сидит прямо перед ними и готов ко всему — вполне возможно, они просто не успеют активировать маркер. К тому же, у тысячелетнего мага, не слишком разборчивого в средствах, наверняка хватает хитрых трюков в рукаве — они могут даже не успеть понять, что их атаковало.

Но несмотря на все это, следовало признать: Зориану было любопытно. Он хотел рискнуть и выслушать лича. Серьезный риск — но и редкая возможность. Они впервые относительно мирно говорили с Кватач-Ичлом — наверное, повторить такую ситуацию будет ой как непросто.

— В этом вы правы, но, думаю, вы потеряете больше, — сказал Зориан. — Если о ваших планах узнают…

— Вы давно могли это устроить, — спокойно возразил лич, не дослушав его. — Не знаю, многое ли вам известно, но, полагаю, немало. Вы давно могли сообщить обо всем властям. А вместо этого — только расхищаете наши тайники и атакуете неосторожных участников нашего небольшого заговора.

Зориан нахмурился. Так вот что имел в виду Кватач-Ичл, говоря, что они вмешиваются в его дела. Вот только Зак и Зориан делали это просто по давней привычке, брали, что плохо лежит, и в прошлых циклах лич смотрел на эти выходки сквозь пальцы. То есть настоящая причина его визита кроется в чем-то другом — и в голову приходили два основных варианта. Во-первых, они впервые нацелились на самого Кватач-Ичла — и древний лич мог это каким-то образом определить. Во-вторых — Сильверлэйк могла переоценить свои возможности и попытаться собрать о нем сведения — с предсказуемым результатом.

Сам Зориан склонялся ко второму варианту.

— То есть вы узнали, что мы работаем против вас, и могли бы нанести еще больше вреда — и тут же решили: блин, надо бы поговорить с этими парнями? — спросил Зак.

— Почему нет? —

вернул подачу лич. — Да, мы враги, но что с того? Враги постоянно договариваются, иначе половину дипломатов уволили бы за ненадобностью. Ну, гадкий старый циник вроде меня сказал бы, что вообще всех — но вы меня поняли. Суть в том, что вы могли сообщить о моих планах властям — но не сделали этого. А я мог отыграться за нападения на ваших близких, но решил вместо этого поговорить.

В ответ на угрозу Зак и Зориан одарили его убийственными взглядами — но лич сделал вид, что не заметил.

— Так вот, я веду к тому… что хоть мы и враги, нас не назовешь непримиримыми, — заключил лич. — Так почему бы нам не договориться?

— Боюсь, что не могу с этим согласиться, — ответил Зак. — Вы собираетесь разрушить Сиорию, собрать души погибших и скормить их призракам, выпустить первозданного и развязать новые Войны Раскола. Если не согласитесь бросить все это и вернуться на свой остров — мы очень даже непримиримые враги. То, что мы пока не принимаем активных действий, не означает, что мы согласны молча смотреть, как вы творите эти безумства.

— Ага. Значит, я был прав, и вы действительно много знаете… — медленно сказал Кватач-Ичл, ничуть не встревоженный словами Зака. — Но, если простите мне некоторую прямоту — вам-то какое дело?

Зак поднял бровь.

— Перед приходом сюда я навел кое-какие справки, — продолжил лич. — С этим городом вас ничего не связывает. Ты — наследник мертвого, разграбленного рода, а Зориан просто талантливый приезжий, поступивший в местную школу. Решительно не понимаю, почему люди вашего уровня тратят время на начальное образование, но, видимо, у всех свои причуды. Я бы, наверное, свихнулся за считанные недели, вздумай я годами изображать неуча… гм, что-то я немного отошел от темы. Так вот, у каждого из вас здесь живет лишь горстка близких людей. Мы легко можем организовать, чтобы в день вторжения их не было в городе. Положа руку на сердце — есть ли вам дело до остальных незнакомых людей, что могут при этом умереть?

Если бы Кватач-Ичл задал Зориану этот вопрос в самых первых циклах, когда тот еще не свыкся с миром, не узнал кучу людей и не видел вторжения во всех их ужасающих подробностях… возможно, он мысленно ответил бы «нет», как и ожидал лич.

Но теперь…

Он вспомнил Ночку и других детей-перевертышей, раздетых и испуганных, тянущихся к нему сквозь прутья клеток и зовущих на помощь. Вспомнил всех тех людей, что помогали ему в разных циклах, людей, что погибнут в день вторжения, если он ничего не сделает. Вспомнил сцены грабежа и резни на улицах. Да, ему определенно есть до этого дело. И он не сомневался — Заку тоже.

— А вам нет? — с вызовом спросил он.

— На самом деле — нет, — серьезно ответил Кватач-Ичл. — Я родом из тех времен, когда, захватив город, было принято насаживать на колья головы всех магов и взрослых мужчин — просто в качестве предостережения остальным. И я нахожу современную сентиментальность на войне лживой, лицемерной и отвратительной.

— А, — с отвращением отозвался Зориан. Ну да, логично. Кватач-Ичлу более тысячи лет, он пришел из давней, куда более кровожадной эпохи. И хоть собственные солдаты и считали его «суровым, но справедливым», его армия времен Войн Некромантов славилась своей жестокостью к мирным жителям. Говорят, это и было одной из причин его поражения.