Мать Ученья

Курмаич Домагой

— Правда? — с подозрением спросила она, словно он сказал что-то маловероятное, но вполне возможное.

Нда… такой реакции он не ожидал. Секунду он просто смотрел ей в лицо, не зная, что ответить. Хмм… если подумать, Неолу довольно мила. Симпатичное лицо, да и ее наивность, пожалуй, приятна — в небольших дозах. В прошлом Зориан считал ее недалекой пустышкой и не задумывался об этом. Но он, кому осталось жить меньше суток, был куда снисходительнее в суждениях.

— Нет, просто шучу. У меня нет машины времени, — терпеливо объяснил Зориан.

—

Жаль. Было бы здорово иметь машину времени, — улыбнулась Неолу. — Иногда мне очень хочется вернуться в прошлое и исправить ошибки, пока все не зашло далеко.

— Как и всем нам, — пожал плечами Зориан. Жаль, что петля работает по другому принципу. Подумав, он вырвал из тетради листок, записал вопросы завтрашней контрольной по заклинательным формулам и вручил девушке.

У нее забавно округлились глаза — похоже, поняла, что там написано.

— Это же… — начала было она, но Зориан прервал ее:

— Шшш. Я ничего тебе не давал, ладно? Ну, увидимся завтра.

Акоджа потом наградила его очень неодобрительным взглядом. Видимо, тоже поняла суть его поступка — и была недовольна. Впрочем, ее недовольство значительно смягчилось, когда он дал копию списка и ей — хотя она и пробормотала что-то насчет того, что жульничать нехорошо.

Симулакрум закатил глаза и направился к дому Имайи — докладывать оригиналу.

Что-то подсказывало ему, что убеждения старосты не помешают ей воспользоваться списком при подготовке.

С первой попытки Зака и Зориана проникнуть в сокровищницу минуло восемь циклов. Все это время они расследовали состав заговорщиков, разыскивая возможные следы Красного, искали другие Ключи и обдумывали способы вырваться из петли. Разумеется, поскольку их нынешних навыков явно не хватало, чтобы добыть известные Ключи, и они понятия не имели, какие умения понадобятся для поисков остальных, значительную часть времени они уделили разнообразным магическим тренировкам.

Зак постарался сосредоточиться на восприятии души и ментальной защите, но оба навыка требовали настойчивости и терпения — а парень был по натуре нетерпелив. Он часто бросал это занятие и тратил время, пытаясь улучшить свои боевые показатели — хотя и так был очень хорош в боевой магии, а улучшения — еле заметны.

Что до самого Зориана — он занимался всем помаленьку, от новых уроков ментальной магии у аранеа (хоть он уже освоил все легкодоступные навыки, и дальнейший прогресс давался все сложнее и сложнее) до работы с големами и магических тренировок. Но основной упор он делал на пространственную магию и магию времени — надеясь, что это даст ему подсказку, как покинуть петлю. С подсказками пока было не очень — но, по крайней мере, он чего-то добился, научившись открывать пространственные врата и ускоряться.

Сейчас парни были в Черном Зале — но не том, что под Сиорией. В результате упорных поисков по всей Алтазии — раз уж второй запуск Зала Сиории оставался труднодоступным —

они нашли еще два, один в Суламноне, другой — в Цвеньяре, образовавшейся после Раскола небольшой стране, граничащей с Эльдемаром. Увы, эти залы серьезно уступали эльдемарскому — суламнонский давал двенадцать дней, цвеньярский — и вовсе пять. С другой стороны — это все-таки дополнительные семнадцать дней, так что Зак и Зориан не забывали использовать их в каждом цикле.

Пожалуй, и хорошо, что эти Залы были менее мощны — три месяца изоляции в каждом цикле могли всерьез повредить их психику.

Тем более, что Зак и так был на пределе — хотя они были в цвеньярском Зале, и до выхода оставался всего один день.

— Проклятье! — рявкнул Зак; сложный геометрический узор над его ладонью исчез, как только заклинатель утратил контроль. Последние дни Зак осваивал действительно экзотические плетения, пытаясь еще немного улучшить свои боевые заклятья… но, похоже, не все шло гладко. — Все, мое терпение лопнуло! С меня хватит!

Парень выпалил все это в небо (то есть в потолок), воздев руки вверх. На взгляд Зориана, дело было отнюдь не в сорвавшемся упражнении плетения.

— Все еще злишься из-за того случая на специальной тренировке Аланика? — предположил он.

Зак разразился отборной бранью — видимо, угадал.

Это случилось в прошлом цикле. Аланик наконец счел, что Зак достиг необходимого уровня и может пройти ту опасную специальную тренировку. Зак был в восторге — и полностью уверен в себе, но стоило Аланику коснуться его и попытаться отделить душу от тела — сработал маркер Зориана, и цикл перезапустился.

Вплетенный в их души маркер вообще был очень любопытной штукой. Изучать его было не проще, чем искать ответы в чужой памяти — нужно точно знать, что именно ты ищешь, просто листать, как книгу, не выйдет.

Теперь же, запомнив, что делал его маркер, чтобы перезапустить цикл, Зориан без особых проблем проанализировал все своим выстраданным восприятием души — и выяснил, что случилось.

Как оказалось, в маркере был триггер, обрывающий цикл в случае «существенного воздействия» на разум или душу Контролера. Было не очень понятно, как оценивалось «существенное» воздействие — но, очевидно, попытка вырвать душу из тела к таковым относилась.

В маркере Зориана эта функция была неактивна — что и позволило ему пройти специальные тренировки Аланика. А вот маркер Зака был полностью функционален — он счел действия Аланика атакой на Контролера и среагировал соответственно.

Теперь Зориан мог ответить на многие давние вопросы. Например, почему Красный не повредил память Зака сильнее — вероятнее всего, просто не мог. Скорее было удивительно, что он сумел даже это, не спровоцировав рестарт. Если он правильно разобрался в своем дефектном маркере, триггер был весьма чувствителен — его автор был тем еще перестраховщиком. Вероятно, Красный потратил не один цикл в поисках способа обойти эту защиту.