Мать Ученья
Шрифт:
— Действительно, правильно стертые воспоминания не подлежат восстановлению, — легко согласился Зориан. — Но кто сказал, что Красный затер их идеально? Я видел его ментальную магию в действии, и она совершенно не впечатляла. Вполне возможно, что он что-то упустил.
— У тебя искаженное восприятие магии разума, — ответил Зак. — Это не Красный плох, это ты пугающе хорош. И в любом случае, ответ по-прежнему «нет».
— А если я скажу, что ты можешь все еще быть под влиянием магии разума? — спросил Зориан.
Зак удивленно посмотрел на него.
— О чем ты, черт побери?! —
— Трудно поверить, что в прошлых циклах ты никогда не слышал упоминаний о Вейерсе, — со вздохом указал Зориан. — Его не часто вспоминают, но время от времени его имя всплывает в разговорах. За прошедшие десятилетия ты должен был заметить, что есть некий парень, которого знают все в классе — кроме тебя.
— Ну… с какого-то момента я стал реже бывать в классе… — попытался объясниться Зак.
— Зак, ты с подозрительной настойчивостью избегаешь темы Вейерса, — прямо сказал Зориан. — Сам посмотри, совсем недавно ты носился с мыслью, что просто забыл одноклассника. Как будто не очевидно, что его намеренно удалили из твоих воспоминаний. Я думал, ты будешь рад обнаружить нечто столь важное, но ты всячески стремишься закрыть тему.
— Зориан, ты опять все усложняешь, — упрекнул его Зак. — Говори по-человечески.
— Ладно. Возможно, ты находишься под действием некого внушения не думать о Вейерсе, — сказал Зориан. — И, вероятно, поскорее забыть, даже если тебя навели на мысли о нем. Посмотрим, будешь ли ты помнить об этом разговоре завтра.
— Даже не шути об этом, Зориан, — предупредил Зак.
— На месте Красного я бы так и поступил, — пожал плечами Зориан. — Но, подозреваю, об этом можно не волноваться. Если Красный не стал толком маскировать свое воздействие, вряд ли он заморочился чем-то сравнительно сложным. Пожалуй, внушения вполне достаточно. Сам посуди, не будь я столь настойчив насчет твоих пробелов в памяти касательно Вейерса, ты бы наверняка просто отмахнулся и выкинул проблему из головы.
Зак прошипел сквозь зубы что-то неразборчивое — судя по всему, в адрес Красного. Что-то насчет его происхождения от собак и пристрастия к мужским гениталиям. Что бы там ни было, Зак добрых несколько минут ходил кругами и бормотал.
Честно говоря, неуравновешенность напарника тревожила Зориана. И далеко не впервые. Видимо, десятилетия в петле, без возможности полноценного общения, дались парню тяжелее, чем он считал.
А насколько все было бы хуже, если б петля сработала, как должно, продержав его так сотни лет? Может быть, у Призрачного Змея и были основания для такого отношения…
Наконец Зак перестал ходить кругами, раздраженно взъерошил волосы и повернулся к Зориану:
— Поверить не могу, что я это делаю. Правда не могу, но выбора нет. Зориан?
— Да? — заинтересовался тот. Неужто Зак наконец решил пустить его в свой разум? Вероятно, что еще это может быть…
— Отведи меня к Ксвиму, — скривившись, попросил Зак. — Мне все же понадобятся эти уроки ментальной магии.
— О, — удивленно моргнул Зориан. Неожиданно. — Ага. Конечно.
Он даже не знал, доволен ли он или раздражен результатом. Он добивался совсем не этого — но, по крайней мере, это будет забавно.
Следующие пара-тройка дней выдались не слишком удачными. К хорошим новостям — Зак не забыл про Вейерса, так что если он
К тому же никто, даже официальные лица, не знали, где его искать. Поспрашивав представителей академии (и прочтя в их мысли после отказа отвечать), Зориан выяснил, что после отчисления Вейерс не контактировал с ними, хоть и должен был прийти и подписать документы. Академия направила его Дому протест, но не получила ответа. Полиция, в свою очередь, не получала заявлений о смерти или пропаже Вейерса, хотя его не видели много дней.
Зак и Зориан даже прямо обратились в Дом Боранова с просьбой о встрече, но представители рода сказали им убираться. Не буквально, они были достаточно вежливы, но ясно дали понять, что не желают с ними говорить.
По всему выходило, что найти Вейерса будет куда сложнее, чем ожидал Зориан. Впрочем, он уже не удивлялся и не расстраивался. Когда хоть что-то в этой петле было простым?
На всякий случай он решил опросить и одноклассников. Хотя бы тот же Бенисек был просто обязан слышать хоть что-то о незадачливом наследнике Боранова — другой вопрос, можно ли воспринимать эти слухи всерьез…
— Сегодня ты, для разнообразия, вовремя, — поприветствовала его у дверей класса Акоджа, делая пометку в листке посещения. — Добрый знак. По какому случаю?
Зориан хотел было заметить, что на самом деле он невероятно рано, но сдержался. Пускай.
— Вообще-то я хотел поговорить с тобой, — сказал он.
— Со мной?! — у нее округлились глаза. — Ээ… то есть, конечно… о чем ты хотел поговорить?
— О Вейерсе Боранова, — ответил Зориан.
— О нем? — скривившись, спросила она. Он явственно ощутил ее недовольство. — Умеешь же ты выбрать тему, Зориан.
— Прости, — он и правда почувствовал укол вины. Судя по транслируемым ей чувствам, он, вероятно, на миг дал ей ложную надежду на развитие отношений. Чего в его планах точно не было. — Я просто подумал, что ты, как староста, можешь что-то знать о нем.
— Сказать по правде, я старалась поскорее забыть о нем, — ответила она. — Словами не выразить, как я была рада, когда его отчислили.
— Кстати, об этом… Не знаешь, что на самом деле случилось на том слушанье? — спросил Зориан.
— Нет. И никто не знает, — покачала головой Акоджа. — до меня доходили слухи, что он напал на одного из судей, но это, вероятно, чушь. Это было бы чересчур, даже для Вейерса.
При всем своем отношении к этому типу, Зориан был вынужден согласиться. Вейерс умел сдерживать свой норов в присутствии учителей — и других людей, имеющих над ним власть — так что вряд ли сглупил бы настолько.
Впрочем, полностью отрицать такую возможность Зориан тоже не стал бы.
— То есть ты его больше не видела? — уточнил Зориан. — И не слышала, что он потом делал?
— Нет и нет, — она с подозрением оглядела его. — А что это ты вдруг заинтересовался Вейерсом?
— Зак хотел с ним что-то обсудить, но не может найти, — ответил Зориан. — Я согласился ему помочь, вот и расспрашиваю людей.