Мать Ученья
Шрифт:
— Почему нет? — поинтересовалась Тинами. — Я бы на твоем месте влезла.
— Ты… уверена, что стоит говорить подобное?
— Я тебя умоляю. Ни на секунду не поверю, что ты никогда не злоупотреблял своей силой, — обвинила его Тинами. — Ты слишком хорош — этого не добиться законными способами.
— Давай закроем эту тему, — холодно сказал Зориан. — Почему бы нам не вернуться к занятию? Ну, знаешь, тому, зачем мы сюда пришли?
— Ты мне одно скажи, что вы все в ней находите? — совершенно проигнорировала его слова Тинами. —
Зориан, не в силах сдерживаться, закрыл лицо руками. А ведь день так хорошо начинался…
Глава 42. Количество и качество
Зориан ждал, сидя на скамейке неподалеку от ресторана. Рэйни пока не появлялась, но это как раз было понятно — он нашел ресторан куда быстрее, чем ожидал, и пришел раньше времени. Впрочем, ничего страшного — он коротал время, пробуя свое мысленное чутье на прохожих, глядя глазами пролетающих голубей и оттачивая плетения на горстке камушков, что носил с собой специально для этой цели.
Серьезно, когда Ксвим не стоит над душой, плетение как-то… успокаивает. Наверное, стоит найти какое-нибудь сложное — то есть действительно сложное, а не долбаное "недостаточно, начните сначала" Ксвима — и уделить врем… хм?
Уронив парящую кучку гальки в ладонь и сунув в карман, он наклонился к кусту, где его чутье засекло едва слышное течение примитивных мыслей. Даже зная, куда смотреть, он далеко не сразу нашел прячущегося среди листвы богомола. И, глядя на маленькое создание, Зориан решил попробовать…
Он направил ладонь и сосредоточился, пытаясь телекинезом притянуть насекомое, не раздавив, как… ну, как насекомое. Что оказалось совсем непросто — богомол отчаянно вцепился в ветку. Зориан рассчитывал застать его врасплох, но для того, кто только что пребывал почти без движения, у богомола оказалась мгновенная реакция. Однако и Зориан не собирался отступать. После пяти минут борьбы, он все же сумел отцепить богомола от ветки, не повредив, и притянуть, удерживая в воздухе. Богомол яростно извивался, явно возмущенный произволом, но телекинетический контроль Зориана был сильнее.
Был, до момента, когда богомол решил, что с него хватит, внезапно развернул крылья и улетел. Упс, точно — богомолы же умеют летать… совсем из головы вылетело. Пожав плечами, он вновь обратился к мысленному чутью, проверяя, не пришла ли Рэйни.
Она пришла. Да, ее не было видно из-за угла здания, но ментальный узор, несомненно, ее. Он направился к ресторану и скоро вновь был у входа, стараясь не смотреть в ту сторону. Когда же она наконец вышла из-за угла, она не пошла к нему, о нет — встала и смотрит настороженно. Да что с ней такое? Он же согласился, что это не свидание, чего она колеблется? Он "случайно" повернулся в ее сторону, сделал вид, что только заметил, помахал.
Решившись, она подошла и поздоровалась.
—
— Немного ждал, да, — признал Зориан. — Но, сказать по правде, лишь потому, что пришел слишком рано. Не беспокойся, я нашел, как скоротать время.
— О? Не расскажешь, как именно?
— Ничего особенного, просто упражнялся в плетении, — Зориан вынул камушки из кармана и закрутил их вращающимся кольцом над раскрытой ладонью. — Глупо, да, но занимает время.
Рэйни молча посмотрела на летающие камни, покачала головой, пробурчав что-то неразборчивое, и жестом поманила его за собой в ресторан. Он ссыпал гальку в карман и поспешил следом.
Войдя в обеденный зал, Зориан понял, почему ресторан называется "Грозный Сом". Под потолком и правда висело чучело здоровенного сома, достаточно крупного, чтобы заглотить человека. Гм…любопытное украшение для обеденного зала. Рэйни его реакция на этот шедевр таксидермиста позабавила — хоть он и знал об этом только благодаря эмпатии, она ничем себя не выдала, направляясь к ближайшему столику.
Он бы не удивился, если бы она набрала полную тарелку мяса — волчий аппетит и все такое, но она ограничилась жареной форелью и овощами. Хех. Пора бы ему перестать судить о людях поспешно… кстати о суждении, ему ведь платить за двоих? Его циничная часть полагала, что да, ведь Рэйни выбрала довольно дорогое блюдо — с другой стороны, она дочь вождя. Может, для нее это обычное дело. А может, она даже обидится, если он вздумает платить за нее, и решит, что он все-таки за ней ухлестывает…
— Заказ будут готовить некоторое время, — сказала Рэйни. — Почему бы тебе пока не рассказать об этих кошках?
Зориан огляделся, не слушает ли кто. Людей в зале хватало, на его взгляд — слишком людно для подобных разговоров, но речь пойдет в основном о ее секретах, а она, похоже, не возражает. По крайней мере, никто из обедающих не обращал на них внимания.
Он рассказал ей все, что мог открыть, не затрагивая вторжение или криминальное прошлое Реи — о котором ему очевидно было неоткуда знать. Но даже так, он очень надеялся, что Рэйни не пойдет поговорить с Реей — некоторые упомянутые им подробности иначе как слежкой за семьей Сашал было не объяснить.
— Не думаю, что они желают тебе вреда, — сказала Рэйни, когда он закончил. — Иначе они не оставляли бы с тобой свою дочь и не позволили бы ей сблизиться с твоей сестрой. Большинство перевертышей-кошек лишены какой-либо чести, но не трогают соседей, друзей и знакомых. Не пакостят там, где живут.
Что же. Зориан и так знал, что перевертыши разных видов не отличаются особым единством, но, похоже, они еще и недолюбливают друг друга. Или, по меньшей мере, такие, как Рэйни, не любят таких, как Реа.