Мастера иллюзий
Шрифт:
– Я не чувствую никакой угрозы.
– Хорошо. Продолжим утром. Возможно, завтра что-нибудь прояснится…
Заскучавший «Астон» взревел двигателем. Пробки на улицах рассосались, купе быстро летело по дороге. Луи уже приготовил ужин. Поев, Клод поднялся в свою комнату. Артем почему-то чувствовал себя виноватым перед ним. Перед глазами проходили красоты Парижа, юноша перебирал в памяти прошедший день, вспоминая памятники и картины, лица людей и облики зданий. Незаметно подкрался сон.
Утром разбудило бормотание телевизора. Протирая глаза, Артем оделся и вышел в коридор. Луи застыл посреди кухни с
– Что произошло? – спросил он.
Луи вздрогнул и вернул, наконец-то, кофейник на плиту.
– Они взорвали церковь Нотр-Дам. В Гавре.
Глава 10
Санкт-Петербург. Невский проспект. Департамент полиции.
– Я же вам говорила! – воскликнула Лана.
– Это ничего не доказывает, – парировал Леонид. – Мы предупредили французов, карабинеры выставили оцепление и это спугнуло взрывников. Они выбрали другую цель, вот и всё.
– Считаешь, такая организация испугается полиции? Никогда не поверю!
– Какая «такая»? Нам про неё ничего не известно!
– Это уже говорит о многом!
– Брейк! – сказал Смолин. – На одних домыслах мы далеко не уедем. Возможны оба варианта, но я склоняюсь к тому, что наши террористы изначально планировали взорвать церковь Нотр-Дам, а не собор Парижской богоматери. Хочу извиниться перед Ланой, что сначала не придал значения её словам.
Девушка состроила Кузьмину рожицу, тот поморщился и уткнулся в стаканчик с кофе. Глеб улыбнулся.
– Но я до сих пор не вижу логики, – продолжил майор. – После Казанского собора – и маленькая церквушка? Чего они добиваются? Взрыв Нотр-Дам де Пари вызвал бы гораздо больший резонанс.
– Возможно, они преследуют какую-то другую цель? – предположила Лана.
– Хм, пока не вернется Любимов с Вобером, вряд ли мы это узнаем.
– Вобер может остаться во Франции, – заметил Кузьмин.
– Не исключено, но что-то мне подсказывает, что они прибудут вдвоём. А теперь, у кого какие мысли по ночным событиям?
Сигмовцы дружно посмотрели на Шаврина. Глеб слегка покраснел и сказал:
– Я видел ядро и пушку, точно вам говорю. Куда они подевались, не знаю, но такой тоннель способен проделать только большой и прочный шар.
– Я излазил весь двор, опросил всех возможных свидетелей, – подал голос Беридзе. – Никто не заметил ничего подозрительного, но дыра в доме порядочная. Глядишь, и строители быстрее работать начнут.
– Традиционная наука не может объяснить подобные явления, – заговорил Леонид. – Но если поразмыслить, то выстраивается четкая цепочка. Все объекты материальны, что доказывает их воздействие на окружающий мир, то есть это не галлюцинации. Идем дальше. Чудовище в заливе, лес в метро, поезд на улице – все они существовали недолго. Возможно, это какие-то пространственные аномалии, кратковременный перенос объектов из одной точки Земли в другую. Тогда чудище превращается в обыкновенного кита, с остальным и так ясно.
Лана фыркнула. Не обращая внимания на девушку, Кузьмин продолжил:
– В доказательство хочу напомнить про Бермудский треугольник,
– Всё это конечно интересно, но попахивает откровенной фантастикой, – сказал Смолин. – Ладно, с дырой в доме мы что-нибудь придумаем, а с остальной чертовщиной пускай другие выкручиваются – там ничего похожего на наш профиль нет. Любимов должен прилететь завтра в десять утра, и я уверен, что не один. Со мной в аэропорт поедут Кузьмин и Беридзе. Джордж, позаботься о заявке на сопровождение, две машины будет достаточно.
– Есть!
В кабинете Смолина зазвонил телефон. Выслушав Красильникова, майор крикнул:
– Джорджик, закажи три! – и, выйдя в зал, добавил: – Федералы рвутся поговорить с Вобером.
Париж. Авеню Рей. Дом Вобера.
Луи выключил телевизор и налил кофе. Его руки почти не дрожали. Артем завтракал круасанами с джемом и украдкой поглядывал на Вобера.
– Je me suis fait avoir [33] , – вымолвил, наконец, Клод. – Но почему он высушил не собор, а церковь? Не понимаю…
33
Je me suis fait avoir фр. – Меня поимели.
– Может быть, там всё-таки скопилось больше жизненной силы? – предположил Артем.
– Исключено. Церковь построена на четыре века позже Нотр-Дам де Пари, молебны в ней проводят редко, внутри хранятся лишь несколько реликвий со слабой энергетикой.
– Месье, что случилось, уже не вернешь, – сказал Луи. – Не казните себя. Злодей насытился и покинул наше отражение, в следующий раз вы подготовитесь к его встрече лучше.
– А вот это большой вопрос, ушел он или нет. На моей памяти Балдур три раза наведывался на Землю, но всегда ограничивался иссушением одной святыни. В этот раз он изменил своим пристрастиям.
– Ты предчувствуешь, что он будет рушить храмы дальше? – спросил Артем.
– Точно сказать не могу. Так, бродит на окраине сознания какая-то мысль. Мы посетим Гавр, возможно, что-нибудь и выясним. У меня есть специальная аппаратура, которая отслеживает потоки ци.
– Вот теперь я узнаю прежнего месье Вобера! – воскликнул Луи. – Опасности лучше идти навстречу, чем ожидать на месте!
– Налей еще кофе, Суворов, – усмехнувшись, попросил Клод.
– А это разве не Наполеон сказал? Ну да ладно, Суворов тоже молодец.
Покинув Париж через ворота Майо, они обогнули деловой квартал Дефанс и устремились по загородной трассе. Вобер уже оправился от психологического нокдауна и, по обыкновению, восполнял пробелы Артема в знании Франции:
– Гавр буквально означает гавань. Это аванпорт Парижа в устье Сены, знаменитый не только торговлей, но и множеством музеев. Мне больше всего нравится археологический, в нем представлены около ста макетов жилищ, начиная с доисторических времен.
– Кстати, Гавр – побратим Санкт-Петербурга, – блеснул Артем.