Мастер
Шрифт:
– Максим... ты ранен.
– Пуля прошла сквозь мышцы. Ты сбила его - иначе я был бы уже мёртв.
Я с трудом приоткрыла глаза.
– А он?
– О нём позаботились. Пожалуйста, ради меня, не засыпай!
– Максим выглядел так, словно и сам вот-вот потеряет связь с окружающим миром.
– Говори со мной. Расскажи, что случилось.
– Наконец-то могу.
– Ты скрывалась от Эдварда три года?
– Никогда не оставалась нигде...
– Мой голос звучал будто издалека.
– Правило номер три.
– И ты собиралась уехать из Майями навсегда?
Я попыталась кивнуть.
– Я убирала дома. Иванны тоже. Кроме Шэдвела... Денег не было. Показалось, что видела Эдварда...
– Продолжай говорить. Тебе показалось, что ты его видела, что потом?
– Испугалась. Можно было пойти на свидание вместо Иванны с каким-то русским... подумала: один парень, одна ночь. Хуже Эдварда не будет.
– Я потеряла нить разговора. Веки казались чугунными.
– Ты говорила, что я у тебя первый. А я не верил. Нет-нет, не засыпай! Продолжай говорить. Когда ты вышла за него замуж?
– В восемнадцать. После смерти мамы. Он её убил.
– Мой голос надломился.
– Я была такой глупой. Меня обвели вокруг пальца.
– Обвели вокруг пальца? Что ему было нужно?
– Они с Джулией... хотели заполучить мой пляж. Собирались и меня убить.
– Твой пляж?
– Пляж Мартинез. Он стоит сто пятьдесят.
Брови Севастьянова сдвинулись.
– Они преследовали тебя ради ста пятидесяти тысяч долларов?
– Миллионов.
Я слышала, как ахнул Василий.
– Василий тоже ранен?
– Нет, он удивлён, как и я.
– Недвижимость в трастовом фонде... её нельзя было просто так передать.
– Мне надо было всего на секундочку прикрыть глаза.
– Эдвард юрист. Я всё имущество перевела на него. Idiota...
– Нет, ты была так молода. Продолжай говорить. Очнись!
Мои глаза широко распахнулись.
– Смотри на меня, малышка. Что было дальше?
– Он меня подставил. В полицию пойти не могла... у меня был пистолет. Несчастный случай. Выстрелила в Джулию, повсюду была кровь... Он поклялся меня убить. Я бежала и бежала. Наверное, отправлюсь в тюрьму.
– С тобой больше ничего не случится! Никогда. Смотри на меня. Говори со мной. О чём угодно. Что ты делала в том классе?
– Последний экзамен. Максим, сегодня я окончила колледж.
Его брови сдвинулись так сильно, словно я разбивала его сердце.
– Поздравляю, малышка. Когда поправишься, мы это отметим.
– Он рявкнул что-то Василию, который ответил почти так же резко.
– Тебе, наверное, было смешно, когда я спрашивал, почему ты не учишься.
– Я ни разу не солгала. Я уклонялась.
– Это у тебя прекрасно получается. Но из тебя плохая лгунья.
– Ужасная, - согласилась я.
– Энтони сказал, что ты заказал Иванну.
– Убью его на хуй. Наверняка, он так сказал, чтобы ты согласилась на того бизнесмена, про которого ты говорила. Я звонил, чтобы узнать её номер и выяснить что-нибудь про Эдварда. В самолёте я решил, что найду его и заплачу, чтобы он от тебя отказался.
– Да?
– Вчера, поняв, что ты уходишь, я не стал возражать - только затем, чтобы потом выследить тебя и найти мужчину, которого ты любишь.
– Проныра.
– Я знал, что он вряд ли согласится меньше чем за полмиллиарда, так что я решил ему заплатить и получить взамен нечто более ценное.
– Ты так говоришь... потому что я умираю...
– НЕТ! Ты не умираешь, solnyshko. Мы почти приехали в больницу. Я так говорю, потому что теперь всегда буду всё тебе говорить.
– Я видела нож... но в груди больше не болит.
И сразу же Максим надавил на рану сильнее. Крикнул на Василия, затем спросил меня:
– Учитывая, что с тобой случилось, как ты смогла не устроить скандал, когда я обвинил тебя в попытке меня заарканить беременностью?
– Первое правило. Не говорить... ничего и никому. Я носила маску... рада от неё избавиться.
– Ты собиралась уехать ещё на прошлой неделе, ведь так? Ты перенесла свой последний экзамен. Я вынудил тебя задержаться в Майями, а потом буквально втолкнул в его лапы. Ты должна была мне рассказать, довериться.
По телу распространялось онемение, но я ещё чувствовала, как его пальцы впиваются в моё плечо.
– Я бы мог позаботиться о нём ещё вчера, пока ты крепко спала.
Я поднесла к его лицу ладонь, нахмурившись, когда она бессильно упала. Я размазала по его щеке кровь.
– У меня сильно кружится голова.
Его глаза сверкали.
– Я знаю, но ты должна быть сильной, Katya. Ты не можешь меня бросить.
– Временами всё его тело будто вздрагивало, словно и его тоже бил изнутри невидимый кулак.
– Только ты ведь не Katya. Ты — Ана-Люсия.
– Просто Люсия.
Он судорожно выдохнул.
– Ты знаешь, что это имя означает... свет?
Свет. Солнце. Я была его солнцем, а он - моим русским. Ради меня он поймал пулю. И не заказывал Иванну. Он любит меня.
Максим прижался своим лбом к моему, баюкая меня на руках.
– Умоляю, не бросай меня, Люсия.
Должна ему сказать...
– Te quiero tanto, Максим. Я так тебя люблю.
В глазах снова затанцевали чёрные точки. Последнее, что я слышала, был его мучительный крик.