Мастер Зеркал I
Шрифт:
– Я пока на постоялом дворе «Седло и морковка» – потупилась она, – сейчас как раз ищу квартиру в наём.
– Ага, понятно, тогда давай сделаем так, – предложил я её, – завтра во второй половине дня я зайду за тобой, и сходим в какое-нибудь приличное место, поужинаем, ну, и заодно поговорим. Мне кажется, что мы можем быть полезны друг другу. Хорошо?
Да, – еле слышно ответила она, подняв на меня глаза, в которых плескался сложный
Ухватившись за мой рукав, поднялась на цыпочки и чмокнула меня в щёку, чем немало, надо сказать, удивила. Потом развернулась, и отправилась вниз по улице. Гмм, видела бы она себя со стороны. Прямая спина, гордая посадка головы, уверенная, и в то же время лёгкая походка. Ну, ни разу не аристократка, ага. Только герцогской короны не хватает.
Я вздохнул, взвалил на плечо свой мешок, пристроил огромный рог эласмо себе за спину, взял глефу и отправился по направлению к лавке дядюшки Хефина, члена гильдии Старьёвщиков. Надо было продать лут, заодно и решить кое-какие вопросы.
От автора:
Если дочиталось досюда – то значит зашло. Тогда лайкосик бы, уж раз понравилось то?…ага?..))
Глава 7.1 – Дневные заботы. Реализация лута
Лавка скупщика лута встретила меня полумраком и приятной прохладой. Не успел звон колокольчика, возвестившего о моём приходе, окончательно стихнуть, как скрипнула дверь, ведущая во внутренние помещения лавки. И появившийся из неё дядюшка Хефин занял место за своей стойкой. Был он неказистым, сутулым и тощим. Но глаза его смотрели на мир сквозь толстые стёкла очков уверенно и бодро.
– Ну-с, молодой человек, чем вы порадуете старика? – он с некоторым удивлением осмотрел меня, глядя поверх верхнего ободка своих окуляров, – простите, но я вас совершенно не помню, вы первый раз у меня?
– Да, мастер Хефин, мне мой товарищ, Эконно, посоветовал именно вашу лавку, – пояснил я, – зовут меня Алейс.
– Понятно. Ну, показывай, Алейс, что там у тебя припасено, – сказал он, потирая руки.
_ Вот, смотрите, – я выложил на стойку требуху эласмо, расфасованную в стеклянные банки.
– И это всё? – спросил дядюшка Хефин, покосившись на мешок, стоявший на полу рядом со мной.
– Нет, есть ещё рог эласмо и его броневые пластины.
– Это интересно, – оживился старьёвщик, – показывай.
Я
– Пять золотых за всё, – объявил Хефин.
Я прикинул, что это немного меньше той суммы, на которую я рассчитывал. Ну и решил поторговаться немного. Вообще, я не люблю подобных препирательств, но сейчас деньги очень нужны. Поторговавшись, мы довольно быстро сошлись на цифре в пять золотых даллеров и шестьдесят серебрушек. На эти средства мне можно было бы жить год, правда, не особенно шикуя. Так что я ощущал себя если не богатым, то уже относительно обеспеченным человеком. Другое дело, что нам, ухитрившимся остаться в живых в сегодняшней ночной передряге, эти монетки достались отнюдь не просто. Да и доля моя составляла всего-то два золотых и две серебрушки. Столько же причитается Эконно. Пятьдесят шесть серебрушек уйдёт Братству. Ну и золотой, по-хорошему, надо отдать Ануэн. Она, как ни крути, а наши шкурки спасла.
Опустив деньги в карман и попрощавшись, я покинул лавку. Теперь надо было зайти к представителю Братства лутеров, курирующему наш район и внести в кассу десятую часть от выручки. Тогда у Братства не будет к нам претензий, а городские власти продолжат смотреть сквозь пальцы на нашу, не совсем законную, деятельность. О том, где его, представителя этого, искать, мне тоже рассказал Эконно.
Мастер Гваллтер жил неподалёку от лавки старьёвщика, так что добрался я до его дома минут за десять. Принял он меня в своём небольшом саду, где стоял небольшой столик и несколько лёгких кресел, сплетённых их лозы. Резидент Братства предложил мне сесть. Я примостился на кресло, слегка просевшее под моим, в общем-то, не таким уж и значительным, весом, и сразу перешёл к сути дела.
– Мастер Гваллтер, моё имя – Алейс. Сегодня ночью был мой первый выход в Пустоши в составе команды Тибурга. И я принёс десятину от выручки добытого нами лута.
– А-а-а, – протянул резидент, – так ты тот новенький, о котором мне говорил Тибург. Кстати, а что это он сам не пришёл?
– Тибург, Анчот и Мачен этой ночью погибли в пустошах, – доложил я, – а Эконно был серьёзно ранен умруном в ногу.
Конец ознакомительного фрагмента.