Мастер Триоль
Шрифт:
И Валторна, выскочив из замка, примкнула к преследователям.
Дирижелло поймали у озера Маримба. Он всё ещё нырял, пытаясь спасти мастера Триоля.
Дирижелло в подземелье Медного Замка
— Это я его поймал, — сказал Квартоша.
— Нет, это я его поймал! — возразил Квинтоша.
Оба получили от дядьки Цуг-Тромбона по увесистому подзатыльнику.
— Преступник задержан мною, ваше прекакофонство, —
— При моём личном участии, — вставил Сак-Софончик и оттеснил дядьку Цуг-Тромбона.
Но Какофон даже не обратил внимания на своих министров и стражников. Ой приступил к допросу:
— Ты зачем пожаловал в мою Какофонию?
Дирижелло понимал, что теперь от его находчивости зависит не только его собственная жизнь, а судьба всего города.
— Несколько дней тому назад я убежал из дома Маэстро Гармониуса… — начал он.
Какофон подскочил, словно его кольнули булавкой. Он не переносил имени великого сочинителя, особенно когда оно произносилось вслух.
— Я написал музыку, — как ни в чём не бывало продолжал Дирижелло. — А Маэстро сказал: «Ужас, а не музыка — сплошная какофония!» И хотел поколотить меня. Ну, я и убежал…
— Какофонию? — прищурился Какофон. — А ну давай её сюда!
— Что?
— Какофонию, которую ты сочинил. Если ты на самом деле сочиняешь какофонии, то я сохраню тебе жизнь и назначу помощником главного сочинителя какофоний. А главный сочинитель — это я!
— Но… но… Маэстро изорвал мою тетрадь.
— Ваше прекакофонство! — вмешался в разговор Сак-Софончик. — Осмелюсь доложить — мальчишка врёт. Это же любимый ученик Гармониуса. Где он мог научиться сочинять какофонии?
— Врёт, говоришь? — зловеще произнёс Какофон. — Ну, это мы сейчас проверим.
Он не сводил с лица мальчика глаз, вращающихся в разные стороны.
— Напиши-ка заново какофонию, которую ты сочинил, — наконец сказал он.
Хоть Дирижелло было очень не по себе, он твёрдо сказал:
— Дайте мне нотную бумагу.
«Сейчас понаставлю нотные знаки как придётся, — подумал мальчик, — вот и получится какофония».
— Эй, Сак-Софончик, дай ему нотную бумагу! — приказал Какофон первому министру.
— Эй, Фанфара, дай ему нотную бумагу! — крикнул первый министр второму.
— Эй, дядька Цуг, дать ему нотную бумагу! — эхом отозвалась Труба Фанфара.
— Эй, тромбоши, бумагу живо! — закричал Цуг-Тромбон.
— У нас нет нотной бумаги, — пролепетали тромбоши.
— Кто сказал — нет!? — грозно переспросил Какофон.
— Это он сказал, — свалил Квинтоша на Квартошу.
—
И тот и другой немедленно получили по голове барабанной палкой. Головы их загудели, как медные колокола.
— Срочно разыскать бумагу! — приказал Какофон.
Поставили на ноги весь Певучий Замок. Перерыли всю Капеллиану. Арестовали и обвинили в государственной измене три скрипки и Малый Барабанчик, но бумаги так и не нашли. Ни листочка.
Сам-то Какофон, сочиняя свои какофонии, обходился без бумаги. Откровенно говоря, он был малограмотным.
И вдруг Сак-Софончик вспомнил о Партитуре.
— Осмелюсь доложить, ваше прекакофонство, единственная нотная бумага имеется в книжке Гармониуса.
— Но она вся исписана, — промычал Какофон и задумался.
Сердце Дирижелло затрепетало: «Неужели я сейчас узнаю, где находится Партитура?»
Неожиданно ему пришла в голову счастливая мысль.
— В конце Партитуры должно быть несколько чистых листочков, — сказал он. — Их вполне хватит, чтобы записать какофонию.
— Ладно, — согласился Какофон. — Заприте мальчишку в подземелье, где валяется эта проклятая книжка. И пусть пишет.
Дирижелло увели.
В подземелье было темно и холодно. Ни один луч света не проникал в глубокий подвал с позеленевшими от сырости стенами.
Когда глаза мальчика немного привыкли к темноте, он принялся искать Партитуру.
Вдруг ему почудилось, что за его спиной кто-то движется.
Дирижелло замер и прислушался.
Шум повторился — не то кашель, не то вздох.
«Неужели крысы?!» — в ужасе подумал Дирижелло, но в следующее мгновение он услышал хорошо знакомый голос:
— Кажется, я вижу ученика Маэстро Гармониуса?
— Мастер Триоль! — воскликнул Дирижелло. — Неужели это вы?
— И в этом нет никакого сомнения, — ответил Триоль. — А вот и Партитура. Я её на всякий случай держал за пазухой.
Дирижелло схватил Партитуру и прижал её к груди:
— Как обрадуется Маэстро Гармониус!
— Ты что-нибудь узнал о своём Маэстро?
— Нет, — печально ответил мальчик.
— Эти волшебники умудряются исчезать тогда, когда больше всего нужны, — проворчал Триоль.
Лицо мастера было черно от угольной пыли. На лбу, между глаз, багровела здоровенная шишка. Волосы и борода были спутаны. Угольная пыль набилась в ноздри, и он поминутно чихал.
— Наконец-то я могу спокойно почихать, — весело сказал он.
— Как я рад, что встретил вас! — воскликнул Дирижелло.
— Ап-чхи!