Мастер собак
Шрифт:
И понесло в Школу.
Вавилов принюхался и сморщил нос.
– Кого жжете, нехристи? – спросил он.
– Собака издохла, – ответил Абрам, не моргнув глазом.
– Я думал, вы их всех в Лагере хороните.
– Этой не положено. Молодая, на охоте не была.
Вавилов посмотрел на Абрама с сомнением.
– Звездишь, косой, – сказал он. – Чего натворили?
– Мало не покажется, – пробурчал с топчана Китаец.
– Больной, лежите спокойно. В чем дело, Абрам? Я серьезно.
Абрам шмыгнул носом и оглядел
– Понимаешь, старик, – сказал Абрам проникновенно, – я всего-навсего рядовой охотник. Если тебе так интересно, подойди к Хунте, ладно?
– Натворили-таки делов… – кивнул Вавилов, укладывая в кейс инъекционный пистолет. – Допрыгались, охотнички…
– Так получилось, – вздохнул Абрам. – Никак по-другому не выходило, понимаешь?
– У меня в комнате два ассистента сидят, – сказал медик подчеркнуто спокойным голосом. – А вонища на всю Школу. И что я им скажу?
– А что собака издохла.
– Они ходят со мной на дежурства уже больше года. Ваши порядки изучили от и до. Их не обманешь, Абрам. Положим, я не настучу. При условии, конечно, что мне все детально объяснят. С вескими доказательствами. А вот за этих ребят я не отвечаю. Они хорошие ребята. И то, что вы скрываете гибель человека, им не понравится.
– У нас тварь на территорию пролезла, – снова подал голос Китаец.
– Закрой глаза и спи. Иначе не пущу на расчистку, понял?
– Все так и было, как он сказал, – кивнул Абрам.
– Почему тогда эта тварь не лежит у меня в фургоне?
Абрам задумался. Вавилов ждал.
– Потому что ее никто из посторонних не должен видеть, – сказал чистую правду Абрам.
Теперь задумался Вавилов.
– Снова зомбированный охотник? – спросил он осторожно. – Как Боцман? Ну и что? Почему я не в курсе?
– Ты только что подъехал, – вывернулся Абрам, опять не солгав. – А у нас все начальство там… с ним. Почему я тебе должен что-то говорить? У нас субординация жесткая, сам знаешь.
– Ох, звездишь, косой! – не поверил Вавилов. Он работал с охотниками пятый год и знал, как относятся в Школе к положенным по уставу жесткой субординации и полной секретности. В аварийных режимах это все соблюдалось безупречно, но в остальное время… Ситуацию с охотником-зомби на территории Школы Вавилов аварийной не считал. Все эти годы он наблюдал, как смерть подбирается к охотникам ближе и ближе, видел их реакцию на потерю друзей и убедился, что вывести Школу из равновесия может только событие весьма нестандартное.
– Я же тебе сказал – подойди к Хунте! – взмолился Абрам. – Конечно, если тебя Зигмунд наружу выпустит. Но это ты с ним разбирайся. А я тут ни при чем. Если дежурный по Школе разрешит…
Вавилов открыл кейс, снова достал пистолет,
– Засеки время. Если через пятнадцать минут он не заснет, впрысни еще дозу. А я через полчаса вернусь.
– Одурею я от второй дозы, – пробормотал Китаец. – И точно работать не смогу.
– Все с тобой будет в порядке, – сказал Вавилов и вышел. Как только дверь за ним захлопнулась, Абрам наклонился к своей куртке, брошенной на соседний топчан, и прошептал в воротник, прямо в микрофон:
– Ну, как? Все слышал?
– Да! – раздался в наушнике голос Хунты.
Вавилов вышел из Школы совершенно беспрепятственно и первым делом подошел к стене псарни. Теперь он видел, что именно показалось ему странным часа два назад, когда он только приехал на дежурство. На стене медленно вымерзало большое мокрое пятно, а снег под ним был выскоблен до асфальта. Не обнаружив следов крови, медик обогнул здание. Вдалеке, в зоне выгула, из-за чахлых кустов поднимались редкие клубы дыма. Там догорало. Через тренировочную площадку навстречу Вавилову шли Бенни и Крот. Медик отметил, что оба приятеля основательно выпачканы в земле. Еще ему показалось, что сквозь омерзительный запах горелого мяса от сенсов пробивается свежий аромат холодного бензина.
– Не ходи туда, – сказал Бенни вместо приветствия. – Им сейчас только тебя не хватало для полного счастья.
– В чем дело, мужики? – спросил Вавилов. – Мне никто ни хрена не хочет рассказать.
– Это нормально, – утешил его Крот. – У них аварийная схема «три шестерки». Школа, считай, на военном положении. И ты, между прочим, тоже под него подпадаешь.
– Ой, ну хватит же! Вы что, сговорились, что ли? За мальчика меня держите?! «Три шестерки» – это атака тварей на периметр! Что-то я не вижу, чтобы здесь держали круговую оборону!
– А атака тварей изнутри – это лучше, что ли? – спросил Крот.
– Их что, много было? – опешил Вавилов.
Крот не ответил и принялся отряхивать грязные колени.
– Ты прикинь, какая ситуация, – сказал Бенни Вавилову. – И сам рассуди. Вот в Школе поймали тварь. Шлепнули ее. И тебе отдали. Ты немедленно докладываешь на Базу. А значит, через минуту обо всем знает Штаб. А это сегодня лишнее. Во всяком случае, до утра.
Вавилов смерил Бенни тяжелым взглядом и посмотрел через его плечо вдаль, туда, где медленно рассеивался дым.
– А что будет утром? – спросил он.
– Если все пойдет нормально, с утра мы начнем искать работу, – сказал Крот, выпрямляясь и разглядывая измазанные перчатки. – Но зато будем свободны как ветер.
– И даже Ветер будет свободен, – скаламбурил Бенни.
– Если останется жив, – заключил Крот.
Вавилов оторопело таращился на сенсов, переваривая услышанное. Те молча ждали.
– У меня в машине имеется спирт, – сказал Вавилов наконец. – И жена бутерброды дала. Пошли, обсудим все в нормальной обстановке, а? Нажраться я вам, алкашам, конечно, не позволю. Но в разумных пределах…