Мастер Рун. Дилогия
Шрифт:
— Дело говоришь, — устало, словно с него спал весь запал, ответил Тинг, — Пошли, если хотите жить. Лео, держи фонарь и иди первым.
Я перехватил протянутый светильник, развернулся и не говоря больше ни слова, пошел, аккуратно переступая через камни и стараясь рассмотреть свод, не хотелось, чтобы оттуда что-то свалилось. Местами идти было трудно, завалы доходили до груди, так что пару раз даже приходилось ползти под самым верхом.
Но затем, когда Тинг и Оска, расшатали один из потолочных блоков и тот завалил проход полностью,
— Всё равно назад нет смысла возвращаться. — пожал плечами Оска, когда мы выбрались на чистую поверхность и немного отдышались. — А так, пусть роются и ищут.
Никто не хотел думать о том, что там, куда мы идем, выхода может не быть. Нам еще трижды пришлось пролезать через завалы, разгребать камни, и проползать, проходя по краю, когда понимаешь, если сейчас застрянешь, то всё, тебя не вытащат. Мне и Крабу было куда вольготнее, а вот крепкий Оска страдал сильно, поэтому мы все старались расчищать путь для него, чтобы было удобнее лезть.
В итоге, когда оказались в чистом и сухом коридоре, я даже сначала не поверил, что мы выбрались. Но свет показывал явно, разрушенное место мы проползли. Теперь можно было и отдохнуть. Спина, руки и колени горели от десятков царапин и ссадин, что я получил пока ползал, мои спутники выглядели не слишком лучше. Рубаху вообще пришлось снять, и замотать руки по локоть, так как там живого места не осталось. Слабый голос Лео в голове, смирившийся с тем, что мы сейчас умрём, даже ничего не сказал по этому поводу.
Коридор тянулся ровно, без подъёма, и чуть дальше, метрах в пяти я видел две развилки. Пока остальные сидели, я прошелся вперед, рассматривая стены. Судя по всему, древние строители посчитали развилку более слабым местом чем обычный коридор, и вместо нескольких больших валунов и свода, выбитого из скалы, положили огромную тесаную плиту. И именно она не дала этому месту развалиться.
— Мы под морем. — уверенно заявил Тинг. — Если учесть, где мы вошли, и как выбрались сюда, эта часть тянется под бухтой и ведет в сторону южной башни. Даже не знал, что тут есть такие проходы.
— Это хорошо или плохо? — уточнил я на всякий случай.
— Ну, кроме того, что я выходов в тех местах не знаю, то хорошо. Там находится владения самого Ночного Хозяина, возможно, что мы сможем договориться с его людьми, он хорошо знал моего отца.
— Знаешь, ты мне в самом начале нашего путешествия задал важный вопрос. — продумывая варианты, заметил я. — Про важную птицу и цену. Я верну его тебе. Люди Ночного Хозяина дадут тебе цену? Посчитают, что стоит нам помочь, так как ты сын своего отца, или закопают так же, как Серые?
— Еще слово и я тебя так отмудохаю, что ходить не сможешь, понял? — ответил Тинг зло поднимаясь с пола, понимая, что я сейчас рушу его репутацию среди его маленькой стаи.
Я
— Я просто хочу, чтобы мы все вместе подумали головой, — сказал я медленно. — Не хочу, чтобы нас закопали из-за того, что мы пришли не туда и не к тем. Идем сами по себе, и сами выползаем, не надеясь на помощь. Вот что я хочу.
— Согласен. — ко мне присоединился Краб, Оска кивнул тут же. — Тебя они может и вспомнят, Лео тоже, а нас? Там не прокатит что мы вместе, с каждой головы будут судить по-своему. Идем сами.
— Ладно, уговорил. — ответил Тинг через минуту раздумья. — Мыслишь ты интересно, а вроде деревенский? А? Кто тебя учил? Рунмастер?
— Мой дядя служил в армии много лет, он меня воспитывал. — нагнал я тумана. — Драться тоже он учил.
— Твой дядя за такое на каторгу улетит запросто, если он не практик. Простым смертным запрещено обучение бою, если ты не в армии или если не началась война.
Вот черт. И как теперь выкручиваться? Говорить, что моя дядя рунмастер — точно не вариант, если об этом и знают, то только те, кому надо, а вот всем встречным я такое рассказывать не буду. Я же им представлялся простым подмастерьем, не упоминая что рунмастер и есть мой дядя.
— Он давно мертв. — придумал я первую более-менее нормальную версию. — Пошли, нечего рассусоливать тут про то, что было.
— Фонарь у тебя, иди первый.
Я кивнул, развернулся и пошёл к развилке. Светильник выхватывал из темноты стены, пол, изредка — россыпи мелких камней, но было приятно, что ползать больше не придется, хоть какой-то плюс. Возле проходов остановился на секунду. Левый проход уходил круто вниз, правый — оставался ровным. Выбор был очевиден.
— Направо, — бросил я через плечо.
Никто не возразил. Мы двинулись гуськом, молча. Только шаги эхом отражались от камня, да изредка кто-то шипел, споткнувшись о неровность. Через минут десять коридор расширился. Стены стали выше, потолок — дальше. И тут я увидел первый скелет.
Он лежал у самой стены, свернувшись калачиком. Рёбра торчали сквозь истлевшую ткань, череп был повёрнут к нам, словно обвиняя нас в чем-то, смотрел пустыми глазницами. На костях — множество мелких царапин и сколов, даже за десять шагов было видно, что это следы острых, мелких зубов.
— Крысы, — прошептал Краб за моей спиной. — Его сожрали.
— Не совсем, — уточнил Тинг, подходя осторожно ближе и наклоняясь изучая кости. — Они не жрут кости. Грызут, но не жрут. Давно сдох, очень. Даже запаха нет.
Я обошёл труп, поднимая фонарь выше. Дальше, метрах в трёх, лежал второй скелет. Потом третий. Четвёртый. Всего пять. Все в похожих позах — скрючившись, будто пытались защититься от чего-то.
— Они бежали, — сказал Оска, разглядывая расположение тел. — Видите? Все лежат головами в одну сторону. Бежали от чего-то и не успели.