Мастер Разума V
Шрифт:
Что за грёбанная привычка, выдавать информацию исключительно порционно? Машинально повышаю тон голоса.
— Как именно меняться? Что с ними произошло? Ты можешь объяснить развёрнуто и сразу?
На лице старика появляется улыбка.
— Думаю, в своей прошлой жизни ты тоже был молод и горяч. С возрастом понимаешь, что не всегда надо спешить. Порой нужно только немного подождать, чтобы победа, как зрелый фрукт, упала тебе в раскрытые ладони, Тео.
Возможно на его условных учеников или молодых родственников из числа
— Большая часть людей, которые были связаны с силой монстра из-за барьера, потеряли свои старые возможности. Кое-какие навыки у них остались, но всё самое ценное утеряно. И все они, как будто разом слетели с катушек. Основная масса исчезла, уйдя с радаров. Некоторые принялись убивать направо и налево, после чего были ликвидированы. Но как ты понимаешь, таких были единицы. Местоположение основного количества объектов нам неизвестно.
Мрачно угукаю. О чём я там недавно думал? Что мне и без Сомбун хватает проблем, да? Жизнь похоже решила ещё немного меня взбодрить. Чтобы уж совсем не расслаблялся.
Прежде чем ответить, прогоняю информацию в голове. Сегментирую, анализирую, строю гипотезы. И только потом озвучиваю вопрос.
— Кто ты? Откуда тебе известно о Твари и адептах? И что ты теперь собираешься делать?
Снова какое-то время молчит. То ли раздумывает, какой объём информации мне выложить, то ли просто по привычке.
— Монстра из-за барьера победили римляне. Об этом они пишут во всех своих источниках. Сейчас, конечно засекреченных, но на момент событий вполне открытых. Но они не упоминают, что в одном строю с римскими одарёнными, стояли и наши предки. Восемнадцать родов Азии послали своих лучших бойцов, чтобы принять участие в битве.
Сделав короткую паузу, скорбно вздыхает.
— Живыми вернулись представители только трёх. Именно они и создали Гуйанчайен. Организацию, призванную наблюдать за барьером и исследовать то, что осталось от монстра.
Непонимающе качаю головой.
— И они не поняли, что Тварь на самом деле жива? До них не дошло, что требуется добить её?
В глазах Сай Нго впервые мелькает какие-то эмоции. Я бы сказал, что это лёгкое раздражение. Но сложно дать точную оценку по мимолётному отблеску.
— Безусловно, в скором времени они осознали, что их враг жив. Но на тот момент ситуация изменилась. Одарённые сплотились перед лицом общей угрозы. А как только она миновала, попытались изменить баланс сил. К тому же тогда на Рим выкатывались всё новые орды варваров. Они потеряли почти весь цвет своей элиты. И не могли позволить умереть тем, кто стоял на ступень ниже. Новая атака на монстра наверняка привела бы к этому.
Задумчиво рассматриваю старого азиата. Что-то здесь не сходится. И кажется я понимаю, что именно.
— А ещё некоторые одарённые хотели добраться до силы
Собеседник слегка улыбается.
— Обходились своими силами. Правда и процент выживших одарённых, выживших после получения новой категории силы, был куда меньше. Если брать грубо, умирал каждый второй.
Вздохнув, снова берёт в руки сучью пиалу. Стараюсь держать себя в руках. Как ни странно получается — спокойно дожидаюсь момента, когда старик поставит её назад и посмотрит на меня. Ещё секунду помолчав, рассказывает дальше.
— Некоторые и правда соблазнились новыми возможностями. Но Гуйанчайен продолжал наблюдать. Мы не вмешивались. Лишь изучали, фиксировали и готовились на тот случай, если произойдёт нечто непоправимое и наш противник очнётся. Признаюсь, мало кто из нас верил в такое, но мы следовали указаниям основателей.
Когда он снова замолкает, не выдерживаю.
— Чего ты хочешь от меня?
Секунду буравит меня взглядом. А потом неожиданно отводить его в сторону. Имитирует смущение? Или ему на самом деле из-за чего-то стыдно?
— Я глава Гуйанчайена. Когда мне присвоили нижнюю ступень допуска, в организации была почти тысяча одарённых. Сейчас всего сто двадцать пять. У нас есть ресурсы. Наёмники, финансы, недвижимость, акции компаний и даже ручные политики. Всё необходимое, чтобы наблюдать за теми, кто использует силу монстра.
Теперь до меня доходит. Откинувшись на спинку дивана, уточняю.
— Но не осталось никого, кто знал бы, что делать, когда Тварь проснётся? Так? Вы просрали всё, что можно и допустили её возвращение. А теперь ты пришёл и просишь у меня помощи?
Не так уж и крепка его нервная система. Видимо привык к тому, что все вокруг ведут себя спокойно и уважительно — при таком раскладе держать каменную маску несложно. А вот сейчас, вьетнамец выглядит раздражённым.
— Мы несли вахту веками. Наблюдали и фиксировали. Выполняли все заветы основателей.
Разжимаю губы в усмешке. Киваю ему.
— Согласен. Выполняли. А вот своей головой не думали. Что мешало перебить тех, кто пользовался мощью Твари? Донести информацию до нужных людей в правительствах? Да в конце концов, собрать новую коалицию одарённых и добить грёбанное чудовище из-за Грани!
Пару мгновений смотрит на меня с таким выражением лица, как будто сейчас размажет по стенке. Потом всё-таки берёт себя в руки.
— Многие из тех, кто пользовался силой из-за барьера, были одной крови с руководство Гуйанчайена. А новые установки для присвоения категории силы, позволяли сохранить десятки тысяч жизней одарённых.