Мастер Путей
Шрифт:
– Нет. Я просто должна быть рядом с ним, пока не исполнятся три знамения. Одно уже исполнилось.
Женщина заинтересованно оглянулась:
– Какое же?
– Песнь Севера убивала моих врагов, и я узнала, что не весь мой народ погиб. Я узнала, что на севере страны, которую вы зовете Ливад, большое племя. Снег стал черным от их жилищ.
– Правда?.. – Алсая была удивлена. – Нужно будет сообщить тем, кто в Та-Мали. Там тоже есть Дети Снегов, которым удалось спастись. Они пришли после того… как… Древний уничтожил то большое племя…
Ата остановилась:
– Дети Снегов?..
– Да.
– Мы будем мстить, пока не умрет последний Другой, пока Он не сгорит!
– Сгорит? Не думаю… Уснет… Он неуязвим.
– Он сгорит!..
– Если хочешь, Ата, я перенесу тебя в Та-Мали. Там тебе будет лучше… среди своих. Или на север Ливада… Это, наверное, на перешейке? Нужно будет спросить Марто…
– Нет. Пока не исполнились все знамения, я должна следовать за Человеком с крыльями.
Алсая пожала плечами и снова повернулась, чтобы идти дальше. Ата пошла рядом с ней.
– Ты могла бы увидеться с соплеменниками, а потом вернуться. Не так уж это и долго… За день бы управились. А Вирд-А-Нэйс никуда не денется.
– Ты вернешь меня назад сегодня же?
Алсая посмотрела на нее сверху вниз – Умеющая исчезать была очень высокой, почти как мужчина.
– Мне кажется, или я уговариваю тебя?.. – усмехнулась женщина.
– Я хочу увидеть других Детей Снегов, Исчезающая. Но я должна вернуться уже сегодня!..
– Ладно… Будем считать, что это ты меня уговорила. Прямо сейчас?..
Ата кивнула. Она хотела увидеть людей своего племени. Хотела поговорить с теми, кто, как и она, поклялся отомстить.
– Только возьмем теплую одежду… – сказала Алсая, – а то я и забыла, какой там мороз…
Четыре раза по десять и еще двое – насчитала Ата. Сильные, крепкие мужчины, мудрые вожди, смелые охотники, только их глаза были словно потухший в жилище очаг – без жизни. Увидев Ташани, они повеселели. Но когда узнали в Ате Вестницу восставших, Принесшую-злую-весть, Ташани мертвых – все как один опустили головы и понуро замолчали. Но сердце Аты все равно радовалось, что они живы.
– Я больше не Ташани-без-племени, – сказала она. – Послушайте меня, вожди, воины! Я больше не Принесшая-злую-весть, я не вестница смерти – я вестница жизни! Я видела мудрую Сову, и она дала мне три знамения, одно из которых уже сбылось!
И Ата рассказала все: о Человеке с крыльями, о своем сне, о знамениях, о будущем…
– Ты говоришь, Ташани, что наши люди еще будут умирать? – сказал Гихо, высокий и прямой, как дерево в землях людей огня. Сильный и красивый. У Гихо был брат Ай-Хойк – отражение его в воде. Такой же сильный, такой же красивый, и только имя и взгляд отличали одного от другого. Гихо смотрел хмуро, прищурившись, Ай-Хойк словно улыбался глазами. – Мы еще будем гибнуть – иначе как исполнится второе знамение? И ты говоришь, что больше не вестница смерти?
– Только один погибнет… – тихо произнес Шоймс Старый Волк. – Честь для воина положить свою жизнь, чтобы спасти народ.
– Честь для воина!.. –
Но Ата не хотела, чтобы кто-то из них погиб. «Ты увидишь последнего из твоего племени, чью кровь прольет Он».
Ата благословила всех, пахучей красной травой ши, смешанной с тюленьим жиром, нарисовала на лбу каждого солнце. Вожди и простые воины, юные и старые поклонились ей. И Ата обещала, что придет день, и они вновь станут сильным великим народом, который не боится ни холода, ни ледяного ветра, ни долгого пути по снежной пустыне, ни хищных зверей, нападающих из тьмы. Они – племя смелых охотников – Дети Снегов. Кровь их сильна, и Купающийся в крови купается на погибель себе!
– Прощайте, братья, – собралась уходить Ата.
– Подожди!.. – Шоймс Старый Волк встал. Он посмотрел на Ату, поднял сморщенную, но еще сильную руку. – Слушайте меня, воины. Если вы Дети Снегов, то должны знать обычай.
– Какой обычай, старейшина? – спросил Кигэ, вождь племени Кадиш.
– Когда я был молод, как ты, вожди клялись на крови, что не оставят без защиты свою Ташани. Мы должны пойти за ней, чтобы защищать ее, пока не исполнятся знамения.
– Но, старейшина!.. – воскликнул Гихо (он лишь недавно получил право говорить в присутствии вождей – кровь его горяча), – мы клялись остаться здесь, чтобы отомстить!
– Кому отомстить, Гихо? Враг наш уже ушел далеко на юг. Нам некому здесь мстить. Правда в том, что мы прячемся в этой башне! А мстить… некому… Если пойдем с Ташани, то найдем нашего врага!
Воины зашумели и закивали.
– Мы пойдем с тобой, Ташани! Мы пойдем с тобой!.. – послышалось со всех сторон.
Ата радовалась. Вожди и воины из ее народа будут с ней в том большом городе… чужом городе…
– Послушай, Ата… – тихо произнесла подошедшая к ней Алсая. – Я не смогу переместить всех. Только тебя и еще… максимум двоих. Скажи им об этом.
Ташани удивилась: Женщина, которая умеет исчезать, не могла взять всех… А может, она не хотела?
– Только двое пойдут со мной! – громко объявила Ата.
– Кто же эти двое? – хмуро спросил Гихо.
– А вот ты – и пойдешь! – Шоймс Старый Волк указал на Гихо скрюченным пальцем. – Пойдешь, чтобы научиться уважению к Ташани! Будешь защищать ее! А если хоть волос упадет с ее головы – позор ляжет на тебя!
– Слушаюсь, старейшина… – сквозь зубы процедил Гихо.
– А я буду вторым! – сказал вдруг Ай-Хойк, улыбаясь. – Не допущу, чтобы брат мой был опозорен.
– Так и решим! Идите, и пусть духи хранят вас, как вы будете хранить Ташани!
«И тогда начнется возрождение твоего народа. Вновь будут чтить традиции. Вновь будут говорить старцы, а молодые – слушать. Снова наденет невеста свадебный там-тук. Снова возьмет воин в руку копье. Снова поведет отец сына на первую охоту…»
Гани Наэль
– Я так тебя и не поблагодарил, Музыкант… – Его величество Мило Второй любовался, как под веселую мелодию, исполняемую четырьмя скрипачами, флейтистом, двумя барабанщиками и еще одним карликом, вооруженным бубном, выплясывают придворные на устроенном им празднике в честь победы в Ливаде.