Мастер печатей 2

Зарецкий Максим

То, что отвар каким-то образом меняет тело человека, принявшего его, я догадывался (особенно если вспомнить, что всех таких людей называли Изменёнными, да), но вот характер и глубина этих изменений впечатляли.

— Ну и что там? — с любопытством спросил Ва’йан. — Ты теперь не человек?

— Глупости-то не говори, — отмахнулся от него. — Но трансформации значительные, этого не отнять. Это зелье изменило костную структуру, каким-то образом значительно укрепив и усилив её, мышцы выглядят так, словно бы я их усилил магией, судя по всему, моя реакция так же значительно улучшилась, причём

чуть ли не раза в два. Теперь понятно, почему без татуировки скорости ветра и реакции мангуста мне было настолько тяжело сравниться с Изменёнными. И вроде как, это совсем не предел. С ростом ступени мои силы будут расти. По крайней мере, так об этом пишут в книгах и том же витанете.

— Что насчёт твоей силы? — уточнил фамильяр. — Ну, той самой удачи. Не так же просто этот путь так называется?

— А вот тут ничего не скажу. Пока я никаких особых сил и новых возможностей в себе не чувствую. Повелители огня или, например, льда уже на первой ступени способны манипулировать своей силой… я же понятия не имею, как запустить эту способность. В свитке отца никаких инструкций на этот счёт не было.

— Вот тебе и мифический путь развития, — хмыкнул на это кот. — Столько усилий и волнений, а на выходе пшик.

— Ну, первые ступени у разных путей развития сильно отличаются и по своей эффективности, и по возможностям… пока рано говорить о чём-то конкретном. У тех же повелителей растений, например, первая ступень называется «Лесной страж» и просто значительно увеличивает чувствительность и силу в лесах.

— А у тебя как называется первая ступень? — тут же спросил фамильяр, хотя раньше его эта информация не сильно интересовала.

— «Отмеченный», — ответил ему. — Одно лишь провидение знает, что это может означать. Я часто слышал, что сила некоторых ступеней может проявляться в конкретных ситуациях, а до этого просто спать, потому как её ничего не беспокоит. Как тот же путь воды и ступень «идущего в дожде», которая срабатывает в моменты опасности или определённых эмоций Изменённого. Тем даже приходится проходить специальные тренировки, чтобы нормально контролировать её… ладно, разберёмся. Сейчас мне точно нужно в душ, чувствую себя так, словно в помоях искупался.

— И пахнешь, надо сказать, соответствующе, Леон, — не удержался от комментария Ва’йан, легко уйдя от моей попытки схватить его за хвост.

Пришлось постараться, чтобы отмыть с себя всю ту грязь, что появилась после моего становления Изменённым. Я знал, что при принятии отвара происходит так называемая очистка организма, но никак не ожидал, что это будет выглядеть настолько своеобразно.

Моё тело преобразилось не только внутренне, но и внешне. Последние месяцы я постоянно занимался физической подготовкой, да и сам Антон не был хлюпиком, но сейчас, смотря на перекатывающиеся под кожей мышцы, я мог только покачать головой.

Такую форму быстро набрать можно только магией… и даже в таком случае будет так себе, в том смысле, что это всего лишь внешний эффект, а тут же всё было совсем иначе. Как если бы мастер-плоти поработал надо мной. В родном мире именно эти руники могли лепить из тел людей очень многое и являлись одними из лучших целителей.

И всё-таки, в чём же сила этой ступени

«Отмеченного»? Не может же быть, чтобы всё было настолько сложно? Хотя никаких намёков на ту самую удачу я не видел. Может быть, идея вставать на мифический путь, о котором никому неизвестно, была ошибкой?

Нет, всё, что было известно Антону об этих путях развитиях говорило, что такую возможность упускать было нельзя. Возможно, «Повелитель удачи» слаб на первых ступенях, как это было с тем же телекинетиком или «Повелителем молний», но потом это всегда окупалось.

Когда я выбрался из душа, Ва’йан тут же передал, что на мой телефон звонили уже раза три. Глянув, с удивлением обнаружил пропущенные от Анатолия. Неужели Тень закона наконец, закончил свои проверки и ко мне появились вопросы?

— Ты звонил? — спросил я, перезвонив старому другу Антона.

— Да, нужно встретиться. С тобой хотят поговорить. Тебя долго не было, мы уже думали, что ты сгинул в «колодце», — телефон плохо передавал эмоции собеседника, но мне показалось, что в нём звучит небольшое раздражение.

— Обычная охота, — спокойно ответил ему. — Примерно на такое время Искатели и спускаются туда.

— Но ты-то не Изменённый, — заметил голос в трубке. — Так или иначе, жду тебя сегодня в семь на обычном нашем месте. Ты же помнишь ту лавку с пирожками?

— Помню, буду, — ответил ему и сбросил вызов, посмотрев на замершего возле меня фамильяра. — Ну вот и вызов к Тени закона, пора нам обзавестись союзниками, Ва’йан.

— Или очередными врагами, — хмыкнул на это кот. — Прямо сейчас поедем?

— Нет, до семи часов, когда назначена встреча, ещё куча времени. Думаю, стоит перед этим навестить Лаборантум Артефакторум, и нашего нового знакомого Шутова. Наверняка он уже попытался разобраться с теми безделушками, которые я ему притащил в прошлый раз и должен понять, что повторить их в точности у него не получится.

— Не боишься, что он всё-таки попытается вытрясти из тебя все секреты?

— У благородного? — я не удержался и закатил глаза. — Провидение, Ва’йан, мы об этом уже кучу раз говорили. Им намного выгоднее со мной работать, да и не забывай — это знакомый отца.

— Ну, как знаешь, можешь считать меня своим голосом разума.

— Или паранойи.

— Или паранойи, — согласился кот.

Признаться честно, мне просто хотелось немного развеяться после всех этих путешествий по «колодцу» и принятия отвара Изменённого. Хотелось ощутить ветер и скорость. И именно поэтому перед тем, как ехать в Лаборантом Артефакторум я ещё около часа колесил по кольцевой автодороге, просто наслаждаясь дорогой.

И только войдя в холл здания Артефакторума и подойдя к девушке-администратору, которая так и сидела за стойкой ресепшна, я осознал, что вижу её в каком-то странном сером мареве, а приглядевшись понял, что это были нити. Они совершенно не мешали мне в деталях видеть девушку, словно бы были полупрозрачными, но одновременно с этим легко различались, особенно если приглядываться к ним.

Эти нити тянулись от девушки к разным предметам — телефону, стоящему на стойке, стулу, на котором она сидела, к терминалу, которым она пользовалась. Какие-то были тоньше, какие-то толще.