Мастер ликвидаций
Шрифт:
– Но шеф просил не беспокоить его по пустякам.
– Это вы на мой счет? Ну и ну!
В ее голосе звучала неподдельная обида. Охранник даже смутился:
– Но меня не предупреждали…
– Так позвоните и спросите! Передайте: пришла Наташа. Что он на вас не рассердится, я гарантирую.
Маргарита чувствовала: еще немного – и сопротивление будет сломлено. Так и произошло.
– Хорошо, – сдался охранник. – Я спрошу. А вы пока посидите здесь, – указал он в сторону кресел.
Решив, что нарываться на конфликт не стоит,
– Извините за маленькую формальность, но я должен проверить, нет ли у вас оружия, – держа в вытянутой руке металлоискатель, охранник провел им вдоль тела Маргариты. – Огромное спасибо. И, пожалуйста, передайте сумочку вашему спутнику… Он ведь будет ждать вас в холле?
– Ну и порядки тут у вас! – возмутилась Маргарита, протягивая сумочку Павлу. – А сотовый вы тоже не разрешаете проносить в палату?
– Сотовый – пожалуйста… Вас проводить?
– Не надо. Следите уж за моим телохранителем, пожалуйста. Вдруг ему придет в голову взорвать эту идиотскую клинику.
Она пошла по коридору, мысленно чертыхаясь. Здесь принимались столь серьезные меры безопасности, что не проскользнула бы даже мышь. От этого Маргарите было не по себе – привыкла таскать с собой оружие и без него чувствовала себя почти что голой.
Остановившись перед дверью палаты номер пять, сделала несколько вдохов-выдохов и осторожно постучала.
– Войдите! – послышался знакомый голос, и она потянула дверь на себя.
Маргариту ждал сюрприз. В палате, больше напоминавшей номер пятизвездочного отеля, кроме Гольцева, находился еще один мужчина – невысокий, пухлощекий, улыбчивый. Явно не охранник и уж точно не сотрудник фирмы «Нью-Старс» – одет слишком скромно. В руках незнакомец держал черную папку, которую, как только Маргарита вошла, поспешно сунул в дипломат. Лицо мужчины показалось ей смутно знакомым, но она не стала задумываться, где именно могла видеть этого толстяка. Гораздо больше ее интересовал сам Гольцев, который даже не удосужился при ее появлении встать с постели.
«В прошлый раз он выглядел значительно лучше, – подумала Маргарита, делая шаг к ложу больного. – А теперь похож на живого мертвеца – бледный, зрачки расширены… Интересно, какими такими лекарствами пичкает его профессор?»
– Здравствуй, Вениамин, – поздоровалась и, небрежно кивнув незнакомцу, весело продолжила: – Что-то ты, дорогой, неважно выглядишь…
Приподнявшись, Гольцев хотел было что-то сказать, но, видно, раздумал – вяло махнул
– Госпожа Волошина, если не ошибаюсь? – вдруг спросил толстяк, вставая.
Маргарита резко обернулась к нему:
– Разве мы знакомы?
Привычным жестом тот достал из внутреннего кармана пиджака удостоверение и представился:
– Подполковник Зиновьев, департамент по борьбе с терроризмом, – и тут же, не дав ей опомниться, заявил: – Маргарита Сергеевна, вы арестованы.
– Арестована?.. – Маргарита едва не задохнулась от возмущения. – И какое обвинение вы собираетесь мне предъявить?
– Угроза совершения террористического акта с применением огнестрельного оружия плюс захват и убийство заложника. Двести пятая и двести шестая статья УК.
– Какой, к черту, теракт?.. Какой заложник?.. Вы с ума сошли!
Зиновьев холодно усмехнулся:
– Не в моих правилах разглашать факты, установленные следствием, но для вас я сделаю исключение: имеются свидетели, которые пятнадцатого мая видели вас у американского посольства. Теперь что касается заложника. Вы знакомы с Олегом Валерьевичем Суворовым?..
Маргарита инстинктивно отступила к двери.
– Не пытайтесь бежать, – предупредил Зиновьев. – Это вам не удастся, а своим поведением вы еще больше усугубите и без того непростую ситуацию… Вы ведь – юрист и сами должны все понимать. Я бы на вашем месте подумал о сотрудничестве.
– Это что, новая методика вербовки? – схватилась за соломинку Маргарита. – Огорошить обвинениями, арестовать, бросить в камеру-одиночку… Хочу заранее поставить вас в известность, что со мной этот номер не пройдет!
Она изо всех сил старалась не показать, что здорово перетрусила. Эх, было бы у нее хоть какое-нибудь оружие! Но пистолет остался в сумочке, которую она отдала Павлу. Да и какой прок, в конце концов, от пистолета? Все равно устраивать стрельбу в клинике, под завязку напичканной охранниками, было бы глупо и бесперспективно.
Тем временем подполковник Зиновьев, не спуская с Маргариты цепкого, буравящего взгляда, взял со стола сотовый Гольцева и быстро набрал номер.
– Глобулев?.. Бери ребят – и пулей на Малую Дмитровку… Клинику Караганова знаешь? Третий этаж, палата пять. Жду, – он прервал связь и, указав Маргарите на кресло, вежливо предложил: – Присядьте.
– Спасибо, я постою, – через силу улыбнулась Маргарита.
– В ногах правды нет.
«У меня в запасе, как минимум, пятнадцать минут, – подумала она, продолжая упрямо стоять, хотя от волнения у нее дрожали коленки и присесть хотелось неимоверно. – И за эти пятнадцать минут я должна решить, что делать дальше. Насчет теракта он прав на все сто, но к смерти Суворова я не имею никакого отношения… Неужели Гольцев решил свалить на меня все-все, чтобы упечь за решетку лет этак на двадцать пять?»